Радость от недавнего поглощения войск Доу и возбуждение от великой победы всё ещё были написаны на лицах солдат.
Сидя на коне, Ма Инцзе с удовлетворением смотрел на своих воинов, когда разведчик‑гу вручил ему последнее донесение.
Он вскрыл его и прочитал:
— Чёрная семья и семья Лю вступили в войну; первое сражение истощило обе стороны, сейчас они стоят друг против друга, зайдя в тупик.
— Армия Елюй подверглась ночному нападению семи союзных армий. Елюй Сан с трудом держится, хотя он одолел шестерых сильных пятиоборотных мастеров, это не может изменить ход событий. Остатки войск Елюй отступают к Цинганю.
— Король крыс Цзян Баоя согласился на просьбу семьи Ян и официально присоединился к союзной армии Янов.
— Армия Нур не продолжает наступление, а остановилась на отдых и активно ловит диких леопардов.
...
Ма Инцзе пришёл в восторг от этих известий и мысленно порадовался: «Хэй Лоулань и Лю Вэньу — главные претенденты на престол на этот тур; кто бы мог подумать, что они схлестнутся так рано; хорошо, что они обессилили друг друга. Елюй Сан, заполучив бессмертного гу, стал полагаться только на свою личную силу. Но внезапное нападение на его армию с семи сторон, вероятно, не обошлось без участия Великой Снежной Горы.»
Семья Ма, чтобы стать сверхсемьёй, тайно сговорилась с демоническими гу‑бессмертными, которые зарились на Восемьдесят восемь углов Истинной Солнечной Башни. Ма Инцзе, как молодой глава семьи Ма, был прекрасно осведомлён об этих махинациях.
Северные равнины подобны огромной шахматной доске, а гу‑бессмертные — игроки.
Помимо праведных гу‑бессмертных, демонические гу‑бессмертные также имеют свои фигуры. Племена золотой крови, чтобы выжить как можно дольше, охотно сотрудничают с демоническими гу‑бессмертными. После неудачи в борьбе за Счастливую землю Вантина они часто скрываются в счастливых землях демонических гу‑бессмертных, чтобы спастись от снежных бурь.
Бессмертный гу — редкая вещь.
Верховный старейшина семьи Елюй доверил бессмертного гу Елюй Сану, тем самым сделав ставку на этой доске.
По правилам, установленным Почтенным Бессмертным Гигантским Солнцем, если бессмертный гу будет отобран простым смертным в борьбе за Вантин, гу‑бессмертный не имеет права отказаться.
Раз ставка велика, должен быть и соответствующий риск.
Именно бессмертный гу на Елюй Сане сделал его объектом вожделения гу‑бессмертных, которые тайно организовали семь армий для нападения на войска Елюй.
— Присоединение Короля крыс к Янам означает, что Король крыс и Орлиный король Ян Поин объединились, что делает ранее недооцениваемую семью Ян новым претендентом на трон. Однако фундамент семьи Ян гораздо слабее нашего, а Король крыс ещё и потрёпан, так что угроза невелика.
— Нур Ту, хоть и зовётся Леопардовым королём, но его леопарды сильно пострадали. При этом он не обратился за помощью к стоящему за ним гу‑бессмертному, а сам собирает диких леопардов — это странно...
— Но в целом ситуация для нашей семьи Ма складывается превосходно. Следующие противники слабее нас. Пока мы будем одерживать победы, постоянно поглощая и усиливаясь, шансы войти в Вантин будут расти!
При мысли об этом Ма Инцзе невольно сжал кулаки, и в его тигриных очах загорелся свет. Мужская амбиция побуждала его к великим свершениям.
Однако в этой воодушевлённой армии в одной из повозок тихо плакала маленькая девочка.
— Госпожа Ляньюнь, не печальтесь, смерть вашего отца прискорбна, но вам нужно поесть, иначе вы упадёте в обморок от голода, — неуклюже утешал девочку обеспокоенный Фэй Цай.
Эта плачущая девочка была не кто иная, как Чжао Ляньюнь.
Её отец, глава семьи Чжао, погиб в той битве.
Лишившись защиты любящего отца, Чжао Ляньюнь почувствовала себя словно на ветру. Её мачеха в ночь смерти отца вышла замуж за нового главу семьи Чжао, и положение Чжао Ляньюнь резко упало.
— В войне всегда погибают люди, это обычное дело. Моего отца тоже убили, — продолжал утешать Фэй Цай, видя, что Чжао Ляньюнь всё ещё плачет.
Чжао Ляньюнь, всхлипывая, резко подняла голову и с покрасневшими от слёз глазами сердито уставилась на Фэй Цая, а затем пнула его ногой: — Ты дурак, даже не умеешь успокаивать!
Её печаль была искренней. Хотя она попала в этот мир необъяснимым образом и недавно, отцовская любовь была настоящей. Эта любовь наполняла её благодарностью и постепенно зарождавшейся привязанностью.
Но теперь, когда отец пал на поле боя, она осталась совсем одна.
— Госпожа, вы здесь! Я вас обыскалась! Идёмте скорее, вас мама зовёт, — в это время открылся занавес повозки, и вошла старая служанка, которая схватила Чжао Ляньюнь за тонкую руку.
Чжао Ляньюнь отчаянно сопротивлялась и закричала: — Моя мама давно умерла, она мне не мать! Я не пойду!
— Это не тебе решать! — усмехнулась старая служанка и насильно потащила Чжао Ляньюнь наружу.
Эта служанка раньше прислуживала Чжао Ляньюнь и не раз подвергалась её розыгрышам. Теперь, видя жалкое положение Чжао Ляньюнь, она испытывала злорадство.
— Отпусти госпожу! — закричал Фэй Цай и одним ударом сбил старую служанку с ног.
От сильного удара служанка выкатилась из повозки. Встав и ощупывая синяк под глазом, она пронзительно завопила: — Ты ударил меня! Раб посмел ударить меня, свободную! Какая смелость! Кто тебе разрешил?! Я на тебя донесу, тебе конец! По закону тебя растянут, сдерут кожу, а тело повесят на солнце, пока оно не превратится в мумию!
Старая служанка была в ярости, её растрёпанные волосы и злобный взгляд делали её похожей на нахохлившуюся курицу.
Но её крики привлекли внимание окружающих.
Фэй Цай сжал кулаки, злобно глядя на служанку, и крепко защищал стоящую за ним Чжао Ляньюнь.
Чжао Ляньюнь отодвинула руку Фэй Цая, встала на подножку повозки, на её белом лице ещё оставались следы слёз, и она с усмешкой сказала старой служанке: — Что? Хочешь наказать Фэй Цая? Хорошо! Иди доноси на него. Но по правилам ты должна сначала сообщить его хозяину и потребовать возмещения. В таком случае ступай к молодому главе. Фэй Цай ведь старший над рабами господина Ма Инцзе!
— Что?! — старая служанка была ошеломлена. Её крик внезапно оборвался, гнев рассеялся, как волна, оставив только недоверчивый страх.