— Что случилось, брат Ту? Ты всё ещё неспокоен насчёт того направления? — мужчина средних лет мельнул взглядом.
— Верно. Компас тоже реагирует на это направление. Но реакция то усиливается, то ослабевает: в сильном состоянии она, кажется, самая большая из всех направлений, а в слабом — полностью пропадает. Это действительно довольно странно. — Старик уставился на Небесный Мистический Компас, который снова начал слабо мерцать в воздухе, и в его глазах появилось подозрение.
— Похоже, либо этот человек обладает необычным сокровищем, способным влиять на восприятие Небесного Мистического Компаса, — мужчина средних лет немного помедлил, — либо его магическая сила на самом деле немала и он применяет какое-то сверхъестественное искусство, скрывая свой уровень культивации, не давая Компасу точно определить его положение.
— Может быть. Но если это первое — ещё куда ни шло. Если второе — упускать нельзя. Вот что: сперва отправим двух пернатых жао на разведку в том направлении, посмотрим, что там на самом деле. К тому времени, когда они вернутся с результатами, мы с тобой уже закончим дела в остальных направлениях. Тогда и съездим туда — не опоздаем, — предложил старик.
— Брат Ту, твой подход весьма мудр. Пусть будет так. Если всё пойдёт гладко, за полдня мы покончим с делами здесь. — Мужчина средних лет хмыкнул и согласился.
Очевидно, этот человек считал, что отобрать кое-что у нескольких культиваторов уровня Усовершенствования Пустоты — дело не слишком трудное.
Услышав это, старик кивнул и издал резкий клич. Оставшиеся две золотые пернатые жао слегка закружились над головами обоих, а затем ринулись в направлении, указанном Компасом.
Вскоре они бесследно исчезли.
Старик и мужчина средних лет больше не теряли времени даром. Вспыхнув сиянием магического полёта, они превратились в два ослепительных луча, рассекших небосвод, но каждый устремился в своём направлении.
Один из лучей, несясь вперёд, внезапно вспыхнул белым светом и тут же побледнел, став невероятно тусклым — едва различимым, словно призрак.
Другой луч, пролетев более десяти ли, с грохотом выпустил облако фиолетового тумана, поглотившее его сияние.
Через некоторое время туман слегка закрутился и рассеялся, а внутри не оказалось ничего.
…
Над холмистой местностью чужеземец с желтовато-сухим лицом и парой странных усов на голове верхом на духовном звере, похожем на ящерицу, летел на небольшой высоте — всего в несколько чжанов над землёй.
Ящерица была невелика — около чжана в длину. Её тело окутывал слабый золотистый ореол, абсолютно совпадавший по цвету с землёй внизу. Под прикрытием этого сияния, если смотреть сверху, чужеземец и ящерица практически неотличимы от местности, и обнаружить их невооружённым глазом было крайне сложно.
Чужеземец, управляя своим духовным зверем, время от времени оглядывался назад, и на его лице читалась непреодолимая тревога.
Этот человек обладал силой культиватора начального уровня Усовершенствования Пустоты, однако не был ни одним из зеленокожих или Большеголовых. Похоже, в Городе Зелёного Света, помимо Хань Ли и четырёх Большеголовых, скрывались и другие представители высшего ранга.
Они каким-то образом умудрились скрыться от наблюдения Большеголовых и не вступали в контакт с другими представителями высшего ранга.
Впрочем, этот чужеземец был исключительно хитёр.
Он постоянно скрывал свой уровень культивации в городе и вовсе не хотел связываться с Большеголовым и прочими культиваторами того же ранга, чтобы не привлекать чрезмерного внимания со стороны племени Цзяочжи. А когда городские ворота открылись, он незаметно примкнул к низшим представителям других народов и добрался так далеко.
Теперь чужеземец находился более чем в тысяче ли от Города Зелёного Света, и при обычных обстоятельствах это можно было бы считать безопасным расстоянием. Однако его лицо по-прежнему менялось — то бледнело, то румянилось.
По неизвестной причине совсем недавно в его сердце появилось тёмное предчувствие, словно беда могла обрушиться в любой момент.
Их род — «Синьмэй» — на континенте Громовых Раскатов считался малым народом, но в предчувствии опасности они обладали врождённым даром, о котором посторонние знали лишь понаслышке.
Поэтому к этому предчувствию он относился со всей серьёзностью и с предельной осторожностью следил за происходящим вокруг.
Внезапно его лицо изменилось — он что-то почувствовал. Сжав ногами, он заставил ящерицу остановиться. Одновременно его сознание обострилось, глаза вспыхнули алым, и он принялся осматриваться со всех сторон.
Странные усы на голове чужеземца тоже пришли в движение, извиваясь и покачиваясь в такт вращению зрачков.
Внезапно в воздухе рядом с ним вспыхнуло белое сияние, в котором смутно мелькнула человеческая фигура. Подняв руку, незнакомец обрушил полосу устремляющегося к небу мечевого света.
Золотистое сияние мечевой энергии, ослепительное до предела, мгновенно оказалось перед чужеземцем.
Страх сковал чужеземца — если бы не его недавняя настороженность, он бы, пожалуй, лишь обречённо ждал смерти. К счастью, он был начеку: перед ним вспыхнул чёрный свет, и появился маленький чёрный щит, одновременно тело его вздрогнуло, издав гул, и выпустило странный трёхцветный барьер — красный, жёлтый и зелёный.
Нижняя ящерица тоже резко встряхнулась, и её необычайно длинный хвост, мелькнув, превратился в чёрную тень, ударившую поперёк. Одновременно она разинула пасть и выплюнула шар зелёной жидкости в сторону фигуры в белом свете.
Эта жидкость обладала невыносимо отвратительным запахом, от которого хотелось блевать!
Этот чужеземец воистину был достоин своего уровня Усовершенствования Пустоты — за считаные мгновения он предпринял столько действий.
Но фигура в белом свете была ещё поразительнее: выпущенный золотой мечевой свет мелькнул и сквозь поверхность чёрного щита прошёл насквозь, обрушившись на трёхцветный барьер.
Сам же чёрный щит беззвучно раскололся надвое и устремился вниз.
Лицо чужеземца слегка изменилось.
С грохотом золотой свет обрушился на трёхцветный барьер, высек ослепительное сияние. Различные цвета переплелись воедино, сопровождаемые непрекращающимися взрывными звуками.
И трёхцветный барьер сумел удержать этот золотой мечевой свет.