Тогда Доктор Мо вспомнил, как при входе в комнату Хань Ли упорно не дал ему закрыть дверь. Выходит, тот уже тогда заложил подвох, рассчитывая на отражение солнечного света. Едва ли не подросток, этот парень сумел всё продумать с такой тщательностью и расставить столь изощрённую и жестокую цепочку ловушек, что он, Доктор Мо, бывалый волк, попал в неё с головой и едва мог выпутаться. Глубина расчётов этого человека совершенно не соответствовала его возрасту и жизненному опыту — неужели он и впрямь был прирождённым гением, перевоплощённым вундеркиндом?
Он думал и думал, и чем больше размышлял, тем страшнее ему становилось — холодный пот непрерывно выступал по всему телу.
После этой неудачи страх и настороженность Доктора Мо по отношению к Хань Ли только усилились. Он с опаской смотрел на Хань Ли и какое-то время не решался действовать опрометчиво.
А Хань Ли, по какой-то причине, тоже лишь уставился на Доктора Мо, не обнаруживая ни малейшего намерения атаковать. Противники одновременно приостановили боевые действия и замерли, уставившись друг на друга.
Спустя мгновение, в неловкой тишине, Хань Ли внезапно произнёс фразу, от которой Доктор Мо опешил и оцепенел на месте.
— Старик Мо, давайте заключим мир. Или я сдаюсь — как вам такой вариант?
Произнеся это, Хань Ли махнул рукой и без лишних церемоний швырнул оружие к своим ногам. Обнажив белоснежные зубы, он широко улыбнулся Доктору Мо — и предстал перед ним простодушным деревенским пареньком.
— Сдача?
Доктор Мо сначала подумал, что неверно расслышал, но тут же опомнился. Он взглянул на железный конус, который Хань Ли швырнул на пол, и, вовсе не веря в искренность его слов, яростно переспросил:
— Какого чёрта ты задумал? Не думай, что я поверю в твою болтовню. Если хотел сдаться, мог сделать это с самого начала — зачем ждать, пока мы друг друга почти прихлопнули, и устроить вот это?
Хань Ли молча улыбался Доктору Мо, как бы соглашаясь с его обвинениями, и оба снова впали в противостояние.
Немного спустя Доктору Мо, казалось, пришла в голову чрезвычайно забавная мысль. Он внезапно согнулся пополам, крепко обхватив живот руками, и расхохотался во всё горло — так заразительно и безудержно, что по щекам побежали слёзы.
— Ха-ха! Ха-ха-ха! Вот это... вот это да! — Доктор Мо запинался и хрипел сквозь захлёбывающийся хохот, невнятно выдёргивая слова. — Как-же я забыл столь важную вещь... и стал драться с тобой... честно, открыто...
Хань Ли слегка нахмурился, но тут же невозмутимо разгладил лоб. Глянув в окно, он чуть заметно улыбнулся и неторопливо заговорил:
— Старик Мо, разве вы не думаете, что мы слишком долго тянем? Пожалуй, пора это закончить.
Доктор Мо слегка опешил и прекратил хохот. Он медленно выпрямился, натянул на лицо бесстрастную маску и уставился на Хань Ли. Лишь спустя долгое молчание холодно и сухо ответил:
— Я тоже считаю, что пора всё это закончить.
Оба вдруг обрели уверенность в победе, словно каждый в одно мгновение нашёл козырь, способный покорить противника и заставить его подчиниться.
После недолгой паузы первым заговорил Хань Ли — он был абсолютно уверен в том, что держал в руках, и верил, что заставит Доктора Мо отступить и отказаться от любых замыслов.
— Старик Мо, вы ведь знаете, что ваша жизнь теперь в моих руках?
Эти слова привели Доктора Мо в изумление.
— Моя жизнь — в твоих руках? — Доктор Мо презрительно фыркнул, и его лицо выражало полное недоверие.
— Вы не чувствуете чего-то неладного в месте ранения?
— Чепуха! Я тщательно осмотрел — на коротком мече вовсе не было... — Доктор Мо рявкнул в ответ, но оборвался на полуслове — его лицо резко изменилось, и он вспомнил, что ранил его не короткий меч, а тот самый спрятанный конус.
— Похоже, лишние объяснения ни к чему — вы уже поняли, — Хань Ли ухмыльнулся.
— Ах так? Ну и что с того? Не забывай, что всё, что ты знаешь о врачевании, — я тебя научил. Какой бы яд ты ни изобрёл, я найду противоядие, — лицо Доктора Мо быстро обрело прежнее спокойствие, и он заговорил ровным тоном.
— Ах, я забыл сказать — я намазал клинок Шёлком Опутывающего Аромата.
— Шёлк Опутывающего Аромата?! — Доктор Мо тихо вскрикнул — это явно оказалось совершенно неожиданным.
— Верно. Полагаю, вы знаете, какова его сила? — неторопливо поинтересовался Хань Ли.
— Чепуха! Откуда ты мог научиться готовить такой яд? Я никогда не показывал тебе ни строчки из этой формулы. — Доктор Мо по-прежнему держался бодро, словно не веря словам Хань Ли, но неприятные ощущения в ране подсказывали, что тот говорит правду — на девять десятых.
Увидев, что Доктор Мо упрямится и не желает признавать очевидное, Хань Ли вздохнул и решил объяснить.
— Не забывайте, старик, что когда-то вы полностью открыли мне доступ к своим медицинским книгам. Эта формула была спрятана в какой-то малоизвестной фармакопее — если бы я не читал внимательно, скорее всего, просто пропустил бы её.
Лишь тогда Доктор Мо вспомнил: когда он когда-то получил эту формулу, то, поскольку требовалось слишком много видов лекарственных трав и процесс приготовления был чрезвычайно сложен, он записал всё — способ приготовления, необходимые ингредиенты — подробнейшим образом на листок бумаги и машинально вложил его в одну из книг. Позже произошло столько событий, что он полностью забыл о существовании этой записки. И не ожидал, что теперь она окажется на руках у Хань Ли и доставит ему столько неприятностей.
— Давайте всё-таки присядем и спокойно обсудим условия мира, — уверенно сказал Хань Ли.
Доктор Мо фыркнул и не стал отвечать, пытаясь вспомнить способ приготовления и свойства Шёлка Опутывающего Аромата.
Название «Шёлк Опутывающего Аромата» звучало совершенно безобидно и даже будило приятные, пикантные ассоциации. Но его действие было подобно тоске влюблённой женщины — невыносимому, проникающему в самую кость, неотступному, как шёлковая нить, впивающаяся в плоть.
(Конец главы)