«Ваше Высочество, хотя я и являюсь Мастер Меча герцогства Фулундо, подробностей этого военного похода я не знаю — лишь в самом конце, когда наш молодой принц повёл войска в осаду королевского города Фиделига, мне довелось принять участие в одном сражении. Граф Чичуик из герцогства Хандра участвовал в планировании всей кампании, он, пожалуй, лучше всех осведомлён об этой войне — давайте пригласим его, и он расскажет нам обо всём», — сказал Лимад, Мастер Меча.
Великий герцог Фисабрун кивнул и перевёл взгляд на графа Чичуика: «Не мог бы ваше сиятельство рассказать нам о ходе этого военного похода? Как военный, я искренне любопытствую насчёт столь неожиданного исхода. Когда я услышал, что Его Высочество-второй совершил внезапный рейд и захватил королевский город Фиделига, я был уверен, что победа уже предрешена. И вдруг за два года всё настолько изменилось — просто удивительно. Будучи очевидцем этих событий, ваше сиятельство, наверняка у вас много размышлений...»
Граф Чичуик не ожидал, что вдруг окажется в центре всеобщего внимания на банкете. Видя, что все взгляды устремились на него, он мысленно выругал Лимада, Мастера Меча, но поднялся на ноги и тайком бросил взгляд на Лориста — и увидел, что тот тоже выражает любопытство, чем несколько его успокоило: «Ваше Высочество, хотя я и участвовал во всей этой кампании, на деле мы, четыре центральных герцогства, были вынуждены — у нас не было выбора — создать объединённые силы и противостоять Его Высочеству-второму. Изначально мы действовали лишь в целях самообороны, но дальнейшее развитие событий превзошло наши ожидания. По правде говоря, эта победа была не из тех, к которым мы стремились — но обстоятельства вынудили нас её одержать...»
Никто не ожидал, что граф Чичуик скажет нечто подобное — зал погрузился в шум. Те, кого это не касалось, просто проявляли любопытство, но малый принц Док из герцогства Фулундо фыркнул, явно недовольный тем, что граф Чичуик позволяет себе столь умалительные речи. Лимад, Мастер Меча, и тот золотой рыцарь рядом с ним выглядели удивлёнными. Напротив, граф Далек из герцогства Сабаджи сидел с грустным выражением лица.
Граф Чичуик глубоко вздохнул: «Как всем известно, четыре центральных герцогства всегда были опорой бывшей Империи Криссен. Империя насчитывала двадцать девять провинций, и налоги восьми центральных провинций составляли сорок пять процентов бюджета. В эпоху империи, будь то внешние войны или подавление внутренних мятежей, восемь центральных провинций под руководством четырёх великих герцогов всегда вносили свой вклад, не отставая от других, и внесли выдающийся вклад в дело империи. Даже в ходе ста семидесяти лет войны с Торговым союзом жертвы, понесённые восемью центральными провинциями, были наиболее значительными.
Во время гражданской войны в империи, когда трое принцов боролись за престол, четыре центральных великого герцога, стремясь сохранить жемчужину империи, были вынуждены объединить вооружённые силы для самообороны. И даже в этих условиях они оказали Третьему принцу значительную финансовую поддержку, поскольку он представлял законную линию императорского дома Криссен. Но позже мятеж великого герцога Мадраса привёл к необратимым последствиям — империя раскололась на три королевства и семь герцогств.
Хотя четыре центральных великого герцога и основали свои герцогства, им сразу пришлось столкнуться с вторжением Старшего принца. Мы сопротивлялись два года, были измотаны и понесли огромные потери, но в итоге добились победы и завоевали драгоценный мир. Мы отдохнули лишь несколько лет, только-только приободрившись, как Его Высочество-второй явился под стены и предъявил четырём великим герцогам невыносимые условия, вынудив четыре центральных герцогства вновь собрать объединённые силы для самообороны...»
«О, какие же условия выдвинул Его Высочество-второй четырём центральным герцогствам?» — Великий герцог Фисабрун погладил бороду на подбородке с выражением любопытства.
«Перемещение феодов и требование, чтобы четыре великих герцога повели свои личные вооружённые силы против герцогства Мадрас...» — ответил граф Чичуик.
Великий герцог Фисабрун опешил и, непроизвольно сжав пальцы, вырвал сразу несколько волосков бороды: «
Граф Чичуик разомкнул руки и горько усмехнулся: «Я тоже не понимаю, почему Его Высочество-второй предъявил такие условия четырём великим герцогам. Ведь всем известно, что это невозможно выполнить. Восемь центральных провинций уже два-три столетия служат семейными владениями и сферами влияния четырёх великих герцогов, корни ушли так глубоко, что, как заявлял великий герцог Факер, их семейная кровь уже навеки слилась с этой землёй, и ничто не способно их разделить.
Несколько лет назад, когда Его Высочество-второй возвысился в Королевстве Андинак, мы, дворяне четырёх герцогств, были тому очень рады и даже возлагали на него надежды на восстановление Империи Криссен. Для нас быть дворянином Империи Криссен — это честь. Наш великий герцог говорил: мне всё равно, глава я герцогства или нет — стоит только империи меня потребовать, и я тут же откажусь от титула герцога и вернусь в лоно империи.
Но никто из нас не ожидал, что, придя, разгромив Старшего принца и приведя двуспятитысячную армию к восьми центральным провинциям, Его Высочество-второй предъявил четырём великим герцогам такие условия: перемещение феодов, превращение восьми центральных провинций в непосредственные владения королевского дома Андинак, а также требование, чтобы четыре великих герцога служили империи, привели свои личные вооружённые силы и повели нас, дворян, против герцогства Мадрас — и лишь по мере наших заслуг будут определены наши титулы и владения...
Тогда все наконец поняли: в глазах Его Высочества-второго мы, дворяне, — всего лишь предатели империи. Мы были опечалены и пришли в ярость, направили к нему делегацию с протестом. Но Его Высочества-второго никто не видел — ходили лишь слухи, что он тяжело болен. Мы решили, что он намеренно от нас уклоняется, и вернулись в глубоком гневе, единогласно потребовав от четырёх великих герцогов создать объединённые силы для противостояния, а также увеличить поддержку дворян бывшего Королевства Ределис, используя их для сдерживания армии Его Высочества-второго.
Таким образом, дворяне Ределис стали врагами Его Высочества-второго. Но наши объединённые силы четырёх герцогств лишь противостояли армии Его Высочества-второго — мы не планировали провокаций и не намеревались начинать наступление первыми. Однако оказалось, что Его Высочество-второй действительно тяжело болен, и без его присутствия армия Андинака в сражениях с дворянами бывшего Королевства Ределис терпела одно поражение за другим, а затем была заманена в ловушку и потоплена наводнением, потеряв семьдесят тысяч человек. Ситуация резко изменилась — говорят, что Его Высочество-второй, будучи больным, поспешил на передовую и только тогда стабилизировал обстановку.
Честно говоря, четыре центральных герцогства собрали объединённую армию в двести тысяч человек для противостояния войску Его Высочества-второго. Хоть крупных сражений и не было, потери были огромными. Пять-шесть лет мира действительно позволили четырём центральным герцогствам немного прийти в себя, но двухсоттысячная армия Его Высочества-второго, стоявшая у границ, обрушила на четыре герцогства беспрецедентное давление и угрозу. Хоть Его Высочество-второй и отозвал несколько десятков тысяч солдат для подавления дворянских объединений бывшего Королевства Ределис, но более ста тысяч воинов, расквартированных на границах герцогств Факер и Хандра, висели над восемью центральными провинциями, как топор, — и никто не знал, когда он упадёт.
В довоенную эпоху империи население восьми центральных провинций в лучшие времена приближалось к трём с половиной миллионам человек — это была жемчужина империи, и кроме равнины Анталио у столицы ни одна провинция не могла с ней сравниться. После гражданской войны население сократилось до двух миллионов восьмисот тысяч, а затем Старший принц повёл варварские войска Королевства Ределис против четырёх центральных герцогств: войны, стихийные бедствия, неурядицы, голод, эпидемии — за два коротких года население восьми центральных провинций сократилось до менее чем двух миллионов — практически наполовину...»
Граф Чичуик заговорил с выражением всё возрастающего волнения: «Четыре центральных герцогства не хотят войны — мы стремимся к миру. Но Его Высочество-второй принёс не мир: он заставил нас повиноваться, приказал сесть в его боевую колесницу, а неповиновение приравнял к измене. Четыре центральных герцогства были вынуждены вновь собрать объединённые войска и обороняться от армии Его Высочества-второго. Но год противостояния вынуждал нас расходовать бесчисленные запасы продовольствия, все крепкие мужчины ушли на передовую, земли в тылу остались необработанными, и вот — в ближайшие два года голод снова угрожает восьми центральным провинциям...»
«Простите, граф Чичуик, позвольте спросить: если вашим четырём центральным герцогствам с трудом удаётся обеспечить продовольствием двести тысяч собственных воинов, то откуда берутся припасы для двухсот с лишним тысяч солдат Его Высочества-второго, расквартированных в Королевстве Ределис?» — внезапно вмешался
«О, насколько мне известно, армия Его Высочества-второго в Королевстве Ределис насчитывает около двадцати семи тысяч человек. Пятнадцать тысяч — это Первый и Третий Королевские гвардейские легионы, переброшенные из Королевства Андинак. Ещё двенадцать тысяч — бывшая армия Королевства Ределис, в основном расположенная в провинции Кампона, которая сдалась после того, как Его Высочество-второй внезапным ударом захватил королевский город Фиделига. Первоначально Его Высочество-второй привёл лишь Первый Королевский гвардейский легион и организовал эти сдавшиеся войска для наступления на дворян Королевства Ределис, однако эффект был слабым — сдавшиеся войска терпели одно поражение за другим, из-за чего война затянулась.
Когда после наводнения было утрачено семьдесят тысяч воинов, Его Высочество-второй наконец утратил доверие к этим сдавшимся войскам и перебрал из Королевства Андинак Третий Королевский гвардейский легион, полностью взявший на себя подавление и уничтожение дворянских объединений мятежников Королевства Ределис. Первый гвардейский легион совместно с оставшимися сдавшимися войсками продолжал оказывать давление на четыре центральных герцогства — против нас стояло сто тридцать тысяч воинов.
Благодаря предшествующему внезапному удару по королевскому городу Фиделига Его Высочество-второй полностью захватил все военные припасы и продовольствие, которые Старший принц подготовил и собрал в городе, — по нашим подсчётам, этого хватило бы для его двуспятитысячной армии на восемь месяцев. Тогда все полагали, что война скоро закончится и Его Высочество-второй победит. Но никто не ожидал, что дворяне-мятежники бывшего Королевства Ределис продержатся так долго и будут наносить Его Высочеству-второму один удар за другим. Хотя Его Высочество-второй и потерял около ста тысяч человек, но после зимы столь значительные продовольственные расходы оказались для него непосильными.
Тогда Его Высочество-второй прибег к трём мерам для решения проблемы продовольственных расходов и поднятия боевого духа войск на передовой. Первая мера — он издал указ о конфискации зерна: изымать запасы продовольствия у всего населения Королевства Ределис, а затем часть из них отваривать в кашу и раздавать тем, у кого зерно было отобрано, обеспечивая при этом бесперебойное снабжение передовых частей. После издания этого указа Его Высочество-второй оказался в оппозиции ко всему простому народу бывшего Королевства Ределис, и мятежи вспыхивали один за другим...
Второй метод — конфискация имущества дворян бывшего Королевства Ределис для нужд армии. Всё конфискованное имущество пошло на вознаграждение солдат, одержавших победы. Хоть этот метод и поднял боевой дух и боеспособность передовых частей, он поставил всех нейтральных дворян в один ряд с мятежниками. Те дворяне-мятежники, которых Третий Королевский гвардейский легион загнал в угол, внезапно получили подкрепление и массовое пополнение живой силой и снова вступили в равную борьбу с Третьим гвардейским легионом, одержав даже несколько побед в мелких сражениях.
Последний способ — доставка продовольствия из Королевства Андинак. Но дальние расстояния, потери в живой силе и грабежи со стороны дворян-мятежников привели к тому, что из каждых ста циней зерна, отправленных на фронт, доходило не более двадцати-тридцати. В результате расквартированные на передовой части едва утоляли голод, а запасы продовольствия в лагерях хватало лишь на три дня.
Главнокомандующий нашими объединёнными силами, великий герцог Факер, весьма проницательно уловил этот момент. Когда
«Подождите, граф Чичуик: дворяне Королевства Ределис, то есть владельцы поместий в провинции Андевольф, действительно оказали столь отчаянное сопротивление Его Высочеству-второму? Насколько мне известно, владельцы поместий провинции Андевольф всегда были во вражде со Старшим принцем и даже объединились в союз для противодействия посягательствам на свои интересы. Его Высочество-второй, как покоритель Королевства Ределис, наверняка знал об этом — если он хотел умиротворить Ределис, ему были нужны эти дворяне. Что же заставило владельцев поместий и Его Высочество-второго стать заклятыми врагами? Вы знаете причину, граф Чичуик?» — Лорист вопросительно посмотрел на графа Чичуика.
«Э-э...» — граф Чичуик помедлил, размышляя, — «я, пожалуй, кое-что знаю. Мне доводилось встречаться с несколькими дворянами провинции Андевольф. По их словам, условия капитуляции, предложенные Его Высочеством-вторым, заключались в сокращении и перемещении феодов, а также в уплате денежного выкупа в качестве искупления за то, что они прежде следовали за Старшим принцем в мятеже. Поэтому переговоры зашли в тупик. Изначально эти владельцы поместий намеревались лишь оказывать пассивное сопротивление Его Высочеству-второму, но его армия подняла меч, разорила несколько дворянских семей дотла, и в итоге всем пришлось поднять знамя сопротивления...»
Лорист горько усмехнулся. Это было полное помешательство. Его Высочество-второй и правда воображал, что армия в несколько десятков тысяч человек даёт ему право покорить весь мир. Уже однажды наёкшись на владельцев поместий провинции Андевольф, он повторил тот же приём с четырьмя центральными герцогствами, превратив друзей в заклятых врагов. Это было попросту самоубийство.
Перемещение и сокращение феодов — действительно лучший способ ослабить владельцев поместий, но это зависит от обстоятельств. Подобную стратегию можно проводить лишь тогда, когда ты абсолютно контролируешь ситуацию. Его Высочество-второй, вообразив, что двухсоттысячная армия в его руках даёт ему полный контроль, решил провести эту политику — слишком поспешно, попросту саморазрушение.
«Кстати, граф Чичуик, после того как вы захватили королевский город Фиделига, вам не удалось обнаружить местонахождение Его Высочества-второго?» — спросил граф
«Нет, его местонахождение так и не удалось обнаружить — он исчез бесследно, как и Старший принц. На самом деле после того, как наши четыре центральных герцогства разгромили армию в более чем сто тысяч на границе, мы хотели отстраниться и больше не иметь конфликтов с Его Высочеством-вторым. Но следующий поступок возмутил все четыре герцогства: Его Высочество-второй, воспользовавшись тем, что наши объединённые силы и его армия противостояли друг другу на границе, направил войска великого герцога Мерлайна в тыл — они ворвались на территорию герцогства Сабаджи, грабили, убивали и творили всякое безобразие. Из-за отсутствия обороны обширные территории были захвачены, погибли около десяти тысяч стариков, женщин и детей.
В этот момент Торговый Союз Форде прислал своего представителя, и в итоге четверо разгневанных великих герцогов решили выступить против королевского города Фиделига: каждое герцогство выставило по двадцать тысяч воинов, а остальные войска двинуть через обходной путь в герцогство Сабаджи для противодействия армии великого герцога Мерлайна. Двадцать первого июля прошлого года наши войска окружили королевский город Фиделига и потребовали от Его Высочества-второго сдаться, гарантируя ему сохранность жизни. Но это предложение было отклонено золотой рыцаршей, оборонявшей город...»
«Золотая рыцарша?» — Лорист выпрямился в кресле.
«Да. У Его Высочества-второго есть шесть воинов золотого уровня
(Продолжение следует...)