Впрочем, когда имя Цзян Чэня впервые прозвучало в Островной области Хуйчунь, выбор стал предельно прост. В нынешнем положении Хуйчунь иметь могущественного покровителя — уже само по себе роскошь, о которой большинство могло лишь мечтать. А Цзян Чэнь был, без сомнения, идеальным кандидатом.
Между тем, многие в Хуйчунь также знали, что принц Хуо неоднократно отправлялся на Остров Дунъянь с дарами, желая встретиться с молодым владыкой Цзян Чэнем.
Однако большинство воспринимало это как шутку. Они не верили, что у принца Хуо есть хоть какой-то шанс, и уж тем более не представляли, что Цзян Чэнь станет терять время в такой глухомани, как Остров Дунъянь.
Поэтому они даже не допускали мысли, что у него что-то получится.
Но жизнь любит сюрпризы. Принцу Хуо удалось добиться невозможного — он действительно пригласил молодого владыку Цзян Чэня.
Это было событие из ряда вон выходящее.
Если удастся снискать расположение молодого владыки Цзян Чэня, это пойдёт далеко за рамки решения проблемы с областью Саньцай — колоссальная выгода для всего будущего Хуйчунь была бы обеспечена.
Поэтому, когда Государь обозначил свою позицию, настоящих голосов против практически не было.
— Братец мой, молодой владыка Цзян Чэнь уже прибыл в нашу Островную область Хуйчунь? — спросил Государь.
— Да. Я разместил его в Саду Шэньчунь. Государь, по окончании аудиенции вы можете лично навестить молодого владыку Цзян Чэня. Мы, люди малых земель, проявим скромность — в этом нет ничего постыдного.
— Верно, верно! Я лично отправлюсь навестить молодого владыку Цзян Чэня. Государь не отличался упрямством и даже не осмелился бы ставить себя выше Цзян Чэня или требовать, чтобы тот явился к нему.
Если бы он так поступил, это было бы равносильно самоубийству.
Как только аудиенция завершилась, Государь немедленно отправился к Саду Шэньчунь, взяв с собой принца Хуо. Было очевидно, что Государь относился к делу крайне серьёзно.
Особенно после того, как ему стало известно, что Цзян Чэнь и его спутники практически мгновенно уничтожили двенадцать культиваторов высшего уровня Небесного ранга, у Государя мурашки по коже пробежали.
Ведь двенадцать высших культиваторов Небесного ранга — это более половины основных сил всех враждебных окрестных владений.
Их уничтожили с такой лёгкостью.
Это заставило весь Хуйчунь осознать, какова на самом деле пропасть между ними и подлинными Десятью Божественными государствами.
У ворот Сада Шэньчунь Цзян Чэнь не стал чинить из себя важность и с учтивостью принял Государя Хуйчунь и принца Хуо.
О прошлых событиях на Острове Дунъянь Цзян Чэнь и речи не завёл.
Государь, увидев столь величественный нрав и столь безупречные манеры, мысленно обрадовался. Он опасался, что Цзян Чэнь окажется самодуром, который берёт дары, но не собирается выполнять обещания, или берётся за дело спустя рукава.
Теперь же было ясно: молодой владыка Цзян Чэнь — человек рассудительный и разумный.
Так дело можно было успешно обсудить.
— Государь, то, что принц Хуо обещал, требует вашего решения. Если вы утвердите — дело будет заключено. Цзян Чэнь изложил свою позицию предельно ясно.
Государь поспешил ответить: — Утвердить, утвердить! Те острова лучше половину отдать молодому владыке Цзян Чэню, чем позволить им достаться тем невежам из Саньцай!
— Всё решено?
— Решено! — голос Государя прозвучал твёрдо и непреклонно.
Цзян Чэнь слабо улыбнулся и поднялся на ноги. — Пойдёмте. Отправляйся в Островную область Саньцай.
Увидев такую прямолинейность Цзян Чэня, Государь и принц Хуо переглянулись. Однако, будучи людьми привычными к власти, они тут же опомнились.
— Братец мой, ты берёшь на себя всю ответственность. Иди, собери воинов и следуй за молодым владыкой Цзян Чэнем. Нужно так покорить Островную область Саньцай, чтобы они больше никогда не посмели строить козни!
Цзян Чэнь лишь рассеянно улыбнулся: — Много воинов не потребуется. Два государства воюют — стоит поразить предводителей, и нет нужды губить лишних.