Фух... Вот и завершилась эта часть Сказания о Предке Человечества.
Очевидно, это самая длинная часть за всю историю. На её замысел ушла примерно неделя.
Это было невероятно сложно!
Я переработал этот отрывок множество раз. Только лишь по части образов приходилось подходить с осторожностью — например, трудности, сила и слабость, бедствия. Среди того, что включали в себя трудности, — страдания, убытки и катастрофы. Эти три образа были тщательно отобраны. Изначально подобных образов было как минимум десять. В последующие дни мне с болью в сердце пришлось отбросить большую часть. А на финальном этапе я убрал ещё два образа — трудность и лёгкость. Иначе текст получился бы ещё длиннее.
Эту часть Сказания о Предке Человечества я вынужден был перекликать с основным повествованием. Поэтому появились этапы: Предок Человечества терпит страдания, несёт убытки, переживает катастрофы и, в конце концов, лишается сердца и погибает. Каждый из этих этапов отражает приём пищевого пути Юньхуня, а также ситуацию самого Фан Юаня.
Многие читатели, вероятно, заметили, что связь между этой частью Сказания о Предке Человечества и основным сюжетом — это скорее контраст. Две линии слабо, но ощутимо перекликаются. Например, в «Сказании о Предке Человечества» Предок Человечества сталкивается с сильнейшим испытанием в своей жизни — точно так же и Фан Юань. Предок Человечества отчаянно борется за выживание — Юньхунь делает то же самое, Фан Юань тоже, и другие персонажи, например Ван Сяоэрь (он важный второстепенный персонаж, поймёте, когда дочитаете). Или вот ещё: Предок Человечества когда-то использовал Отношение Гу и Жук Самости, пытаясь обмануть трудности — точно так же, как Фан Юань на Десятитысячелетней Боевой Летающей Колеснице использовал свою волю, пытаясь обмануть Юньхуня. Все эти вещи взаимно отражают друг друга.
Предок Человечества — главный герой «Сказания о Предке Человечества». Какие блестящие реакции покажут Жуки Гу, находящиеся при нём, во взаимодействии с трудностями? Этот вопрос игнорировать было нельзя. В этом плане я размышлял как минимум три дня.
Также был вопрос о Десяти Совершенных Телах — и в этой главе наконец появился радостный прогресс: родилось Тело Великой Силы Истинного Воина!
Когда эта масштабная сюжетная арка завершится, вы можете перечитать всё сначала. При обновлении раз в день темп может казаться медленным, но если читать подряд, откроются совершенно новые находки.
«Преподобный Гу» — книга, которая воспринимается по-разному при первом и повторном прочтении. В особенности эта глава: подлинная её красота — не только в видимой борьбе Фан Юаня и его противостоянии преследованию, но и во многих более глубоких слоях. Например, в перекличке Сказания о Предке Человечества с различными персонажами — увидеть это можно, лишь оценивая произведение целиком, и тогда обнаруживается вся та красота, что заложена в построении романа. Или вот ещё: расчёты и интриги различных сил и персонажей — особенно между Цигюэ, Юньхунем и Фан Юанем...
Когда вы вечером прочитаете вторую главу — дополнительную публикацию в честь нового покровителя Сяо Чжэнжэня — вам станет ещё понятнее.
Недавно я увидел одну рецензию читателя, которая глубоко меня затронула. Суть её была такова: «Преподобный Гу» — произведение, которое растёт вместе со своим автором. Поначалу оно было более тёмным по стилю, но к середине и особенно к концу обрело поистине эпический размах. Называть эту книгу просто «тёмным романом» — несправедливо.
Эта рецензия побудила меня взглянуть на самого себя.
«Преподобного Гу» я пишу уже около шести лет. За столь долгое время стиль, несомненно, претерпел изменения. Как и говорила эта рецензия, поначалу было больше тёмных мотивов, но затем постепенно всё менялось.
С одной стороны, были внешние причины. С самого начала публикации книга неоднократно подвергалась жалобам, и даже в последнее время ничего не изменилось — со временем стало не безопаснее, а наоборот всё опаснее. Обстоятельства в стране таковы, что пришлось менять подачу.
С другой стороны — внутренние причины. Я сам как автор многому вырос. Особенно после недавнего перерыва в публикации у меня было особое прозрение.
Когда я начинал писать «Преподобного Гу», меня вела лишь горячая кровь, бунтарский и несгибаемый дух. Я писал, не обращая ни на что внимания — ни на результаты, ни на деньги.
Поначалу читателей было мало, но потом их становилось всё больше, реакция была огромной, и оценки — от восторженных до крайне негативных.
Поэтому к середине «Преподобного Гу» мои уши были полны всевозможного шума, словно я находился на многолюдном базаре. Повседневные дела сыпались одно за другим, мой дух был неспокоен, а озеро в сердце — встревоженным.
Писать сейчас, на поздних этапах «Преподобного Гу», невероятно тяжело — из-за «Сказания о Предке Человечества» и множества сюжетных линий основного повествования я продвигаюсь с трудом. Часто чувствую бессилие и всё острее осознаю собственную малость.
Недавний перерыв в публикации и уединение — они меня спасли!
Как будто шумный рынок вокруг постепенно сужался. Людей вокруг — словно реки и моря — становилось всё меньше и меньше, пока не осталось лишь столик на углу улицы, тусклая настольная лампа и я один.
Множество голосов, что постоянно звучали в моих ушах, тоже постепенно утихли, и не осталось ничего, кроме стука моего собственного сердца.
Во время уединения я не читал ни одного сообщения в QQ, ни одного сообщения в WeChat — я думал и писал, ни на что не отвлекаясь. И наконец преодолел стоявшую передо мной преграду.
По правде говоря, самая большая трудность, с которой столкнулся Предок Человечества в «Сказании», и самая большая трудность Фан Юаня — разве это не самые большие трудности, с которыми я столкнулся в своём творчестве за всё время?
Теперь я снова смотрю на «Преподобного Гу». Эта книга охватывает около шести лет жизни, пережила бесчисленные удары, мучения, проклятия и сомнения. Откройте раздел рецензий — ругательства, сомнения и проклятия никогда не прекращались.
Поначалу я носил в себе бурные чувства, потом мои эмоции поднимались и опускались, но в конечном счёте всё успокоилось.
Осталось лишь стремление завершить это произведение и непоколебимая решимость.
Неважны никакие рейтинги, неважен доход, неважна вся эта суета мира — лишь одна мысль, чистая мысль творца.
Пусть подают жалобы. Пусть сомневаются. Пусть отмахиваются. Пусть приходят в ярость.
Я просто напишу этот роман — и больше ничего от меня не зависит.
В последнее время я всё отчётливее осознаю свою малость и то, насколько ограниченны мои возможности.
Я буду продолжать писать так, как пишу, пока не наступит финал «Преподобного Гу».
С сентября я ставлю перед собой небольшую цель: стабильно публиковать по одной главе в день на протяжении одного месяца! Если в этот период появится новый покровитель, я постараюсь выпустить дополнительную главу.
Но если в этот период я почувствую, что не могу писать на уровне своих идеальных стандартов, я снова выберу уединение. Тогда эту маленькую цель придётся временно отложить.
Что касается продолжительности уединения — сам не знаю. В любом случае, чтобы преодолеть трудность, сначала нужно удовлетворить самого себя.
Если вам нравится — поддерживайте. Если нет — я ни в коем случае не принуждаю.
Вот и всё.
А, и ещё: сегодня вечером выйдет вторая глава — дополнительная публикация в честь нового покровителя. Она тоже станет той самой деталью, которая оживит всю картину.