Только через несколько дней дыхание Ян Кая полностью успокоилось, и он распахнул глаза.
Загу шагнул вперёд и, подражая людям, сжал кулак и прижал его к ладони: «Брат Ян, ты очень утомился.»
Ян Кай слегка улыбнулся: «Это мой долг. Брат Загу оказал мне такое доверие — я не подведу его.»
Загу нахмурился: «Я раньше видел, как мой слуга Мо занимался ковкой, но это чем-то отличалось от того, что делал ты?»
Ян Кай рассмеялся: «Человеческое искусство ковки подобно цветущему саду — множество школ, и методы, естественно, различаются. Не знаю, в какой школе обучался твой слуга Мо, но мой метод называется „Тысяча ударов, сто переплавок". Это одна из древнейших техник человечества, испытанных самим временем.»
Загу понял: «Понятно.»
Ян Кай не выдумывал — метод, которым он обрабатывал алебарду, действительно назывался «Тысяча ударов, сто переплавок». Эта техника особенно подходила для создания наступательных и оборонительных Артефактов, и даже в Шэньдин Тянь к ней допускались лишь те, кто занимал определённое положение.
Ян Кай учился ковке у Чай Хао, и поскольку за него вступились Дунго Аньпин и Чжун Лян, он получил доступ к этой технике и, разумеется, не стал её скрывать.
«Брат Загу, не переживай. Когда работа будет завершена, всё увидишь сам», — успокоил его Ян Кай.
Загу энергично кивнул: «Я полностью тебе доверяю, брат Ян.»
«Тогда я продолжу», — сказал Ян Кай, поднялся, снова подхватил тяжёлый молот, направил свою силу и привлёк мощь подземного огня. Удар за ударом обрушивался на алебарду.
Внешне процесс выглядел просто, но на деле каждый удар молота не просто направлял всю силу Ян Кая и привлекал подземный огонь — он одновременно прокаливал алебарду изнутри. Печати запрета, одна за другой, вбивались молотом в тело оружия, промывая его от внутренней стороны до внешней.
День за днём под землёй, в пещере, раздавался оглушительный грохот.
Ян Кай то ускорялся, то замедлялся. Иногда удар молота обрушивался медленно, почти мягко, словно лёгкое касание, иногда — тяжело, как гора, а порой — стремительно, как молния, и звуки ударов сливались в сплошной рокот.
Каждые несколько дней Ян Кай делал передышку, чтобы восстановить силы.
Поначалу Загу с интересом наблюдал и ждал, но вскоре его терпение лопнуло — к тому же он всё ещё не оправился от ран, полученных в прошлом сражении, и ему самому требовалась передышка.
Так он стал спускаться вниз примерно раз в десять-пятнадцать дней, и каждый раз ощущал заметные перемены в алебарде.
Три месяца спустя, когда Загу снова спустился проверить, он увидел Ян Кая, сидящего в позе лотоса на полу, а перед ним — сверкающая алебарда, стоящая вертикально.
По сравнению с прежней эта алебарда стала заметно тоньше, длина почти не изменилась, но Загу ясно чувствовал, что из оружия постоянно исходит острое, режущее излучение.
Если раньше алебарда была жемчужиной под пылью, то теперь пыль была стёрта, и жемчужина сияла ослепительным блеском.
Дыхание Загу на мгновение участилось.
Он медленно шагнул вперёд, схватил алебарду и поднял её. Слегка взмахнул — и почувствовал, что вес, длина и толщина идеально ему подходят, словно оружие было изготовлено специально для него.
На древке алебарды выступали сложные узоры. Загу направил в них Силу Мо — и алебарда грозно завибрировала, словно пробуждённый зверь издал рёв. Те сложные, спиралевидные узоры усиливали его Силу Мо.
На лице Загу невольно появилась улыбка.
Народу Мо жилось горько. Хотя они обладали Силой Мо, а их тела были крупнее и сильнее человеческих, с древнейших времён они не умели создавать оружие. В сражениях между двумя расами они не раз терпели урон от человеческих Артефактов, причём Артефакты отличались разнообразием, и от них было трудно уберечься — в больших сражениях бесчисленное множество воинов Мо гибло от их мощи.
Будь у народа Мо способность создавать Артефакты, человечество давно было бы разгромлено.
Но даже для Владыки, подобного ему, получить собственный Артефакт было непросто. Отнятые у людей Артефакты оказывались непригодными для использования, а его единственный слуга Мо, который кое-что понимал в ковке, создавал лишь посредственные вещи.
И вот неожиданно сегодня он получил настоящий Артефакт.
С этим Артефактом в руках Загу чувствовал, что его сила возросла как минимум на двадцать процентов. Двадцать процентов — не так уж много, но в решающий момент этого может хватить, чтобы переломить ход боя и спасти жизнь. А кроме того, одной этой алебардой, даже не направляя её особую мощь, можно наносить сокрушительные удары.
Загу уже почти мог представить, как в будущем на поле боя он будет неудержимо прорываться сквозь ряды врагов.
«Судя по виду, брат Загу доволен своим Артефактом?» — вдруг раздался голос Ян Кая.
Загу обернулся и только тогда заметил, что Ян Кай вышел из медитации и с улыбкой смотрит на него.
«Доволен! Как же доволен!» — Загу рассмеялся. — «Значит, это готово?»
Ян Кай ответил: «Оружие выковал твой слуга Мо. Я лишь облагородил его — на данном уровне мастерства это предел того, чего я мог достичь.»
«Это средний класс Артефактов?» — спросил Загу.
«Конечно», — Ян Кай слегка кивнул. По его оценке, алебарда едва-едва входила в категорию средних Артефактов и не считалась образцовой, но для Загу это было превосходное приобретение — иначе он не радовался бы так искренне.