Взрывы прекратились, здания больше не тряслись, однако многие из рыцарских слуг и простых людей по-прежнему ощущали, как звенит в ушах, словно бесчисленные мухи кружатся в голове — разобрать что-либо было невозможно.
Один из рыцарей, следовавших за Виконтом Райтом к месту взрыва, вернулся и обратился к приключенцу-ночному Стражу: — Взрыв обрушил стену и несколько колонн, уничтожив четверть музея восковых фигур. К счастью, там ещё не было экспонатов, и никто не подходил. Сейчас Господин Виконт и двое других господ тушат остатки пламени. Он поручил мне предупредить вас — будьте осторожны, не дайте себя атаковать в суматохе. По его оценке, это либо среднее алхимическое взрывное устройство, либо маг четвёртого круга, обрушивший огненный шар.
Хотя уровень каждого заклинания фиксирован, его мощь стремительно возрастает вместе с силой заклинателя. Огненный шар мага четвёртого круга и мага третьего круга — это совершенно несопоставимые по разрушительной силе вещи.
Приключенец-ночной Страж кивнул: — Господа и мистер Браун с остальными рыцарями действовали быстро и правильно, не дав тем трусливым магам, прячущимся крысами, ни единого шанса. Надеюсь, мой товарищ уже поймал того стрелка. А я собираюсь использовать предмет Божественного Искусства, чтобы вызвать других Стражей — на случай, если на обратном пути кто-нибудь снова решит напасть.
Несколько нападений подряд, и ни одного убийцы не нашли — это порядком подпортит настроение любому Стражу. Тем более что засады и убийства — не то, к чему можно призвать епископов и священников.
— Лучше, если вы будете столь осторожны. Господин Виконт сейчас как никогда рассержен. — Рыцарь развернулся к Соггу, намереваясь передать от Виконта Райта слова утешения.
— Олиев, лучше немедленно отправьте меня обратно. Здесь слишком опасно! — Браун заговорил в панике, слегка теряя рассудок.
Ночной Страж по имени Олиев прекрасно понимал состояние Брауна. Одно нападение за другим — это действительно пугающе. К тому же Браун не был настоящим рыцарем, и его воля была значительно слабее: — Мистер Браун, подождите, пока подтянутся вызванные мной Стражи. Тогда я вас отправлю домой.
По его мнению, если бы все три нападения не оказались столь громкими в заявлениях и столь пустыми по существу, — если бы хоть один убийца реально появился, — состояние Брауна было бы куда лучше. Как только убийца покажется, Браун сможет взять себя в руки, потому что худшее — это неизвестность, особенно когда она пугает.
— Сколько ждать? Почему не позвать ближайших священников или епископа из церкви? — Браун выглядел одновременно испуганным и разгневанным, требуя немедленных действий.
Олиев пожал плечами: — Подобное — не для тех, кто купается в сиянии света и носит высокий сан. Священники и епископы не станут этим заниматься. Только если мы загоним убийц в ловушку, они явятся, чтобы пожать лавры.
Браун заметно нервничал: — Олиев, я больше не хочу жить так! Не хочу больше быть приманкой! Я хочу поскорее в Священный Город!
— Мистер Браун, успокойтесь, успокойтесь. Отсутствие реальных атак лишь говорит о том, что Магический совет исчерпал свои средства. И раз уж они не решились пожертвовать каким-нибудь магом среднего ранга, вам абсолютно ничего не угрожает. — Олиев слегка его успокоил, после чего добавил: — Сейчас я немедленно вызову товарищей с помощью предмета Божественного Искусства.
— Олиев, пожалуйста, побыстрее. — Браун нервно расхаживал взад-вперёд, и страх в его сердце нарастал.
«Быстрее уходи отсюда! Здесь большая опасность!»
«Бежи! Сейчас какой-нибудь высокопоставленный маг обрушит на музей прямой удар!»
Страх, таявший в его сердце, словно превратился в бесчисленные голоса, подгоняющие его, — нервы натягивались всё сильнее, и ему казалось, что он вот-вот сойдёт с ума от ужаса. Ангельские перья на его теле медленно исчезали по мере того, как он двигался.
«Беги! Беги! Беги!»
«Тук! Тук! Тук!»
Крики и стук сердца слились воедино, и Браун почувствовал, что больше не может это вынести. Заметив, что Олиев общается с кем-то, его взгляд мелькнул — и он бросился к выходу, не оглядываясь.
«Кровь регенерации» наделила Брауна такой скоростью, что он оставил за собой смутный след и исчез в дверях раньше, чем кто-либо успел отреагировать.
Толпа перед музеем восковых фигур уже разбежалась из-за взрыва, и площадь опустела. Браун бежал, не оглядываясь, хотя сам не знал, куда именно он бежит.
Внутри музея Олиев, всё ещё налаживавший связь с другими Стражами, осознал произошедшее лишь тогда, когда Браун вылетел за двери.
— Нет! — Он бросился в погоню.
Пробежав несколько десятков метров, Браун внезапно ощутил нарастающую опасность, пронзившую его прямо в сердце, и пришёл в себя из состояния крайней паники.
— Чёрт! — Он понял, что что-то не так, но перед его глазами уже вспыхнуло зарево. Огненный шар размером с человечий череп поразил его прямо в верхнюю часть тела.
В тот момент, когда огонь обрушился на него, Браун инстинктивно устремил взгляд в сторону, откуда летел шар.
В его пылающих алым глазах отразился вид за углом музея восковых фигур: молодой человек в высоком чёрном цилиндре левой рукой поправлял монокль, а зарево пламени на его запястье лишь начало рассеиваться.
Грохот раздался, когда огненный шар взорвался. Верхняя часть тела Брауна была разорвана на куски, а пламя уничтожило способность его клеток к регенерации, обрекая его на окончательную смерть.
…………
Олиев как раз добежал до ворот, когда раздался этот оглушительный взрыв, — и в его голове мгновенно выкристаллизовалась мысль.