Фан Юань спрятал два камня юань, полученные от продажи листьев, бросил тележку и вместе с Бай Нин Бином покинул маленький рынок.
— По-моему, лучше было бы просто похитить её. Ты хочешь приблизиться к ней, но не забывай, кто мы сейчас, — тихо проговорил Бай Нин Бин.
Фан и Бай сейчас были наёмными работниками семьи Чэнь. Они проникли в торговый караван под этим прикрытием, но теперь это, несомненно, стало препятствием для Фан Юаня в его попытке приблизиться к Шан Синь Цы.
Однако у Фан Юаня уже был план. Он взглянул на Бай Нин Бина и слегка улыбнулся: — Ты прав. Так что сейчас я пойду бить людей.
Бай Нин Бин опешил: — Бить людей?
Ночное небо было ясным, усеянным звёздами.
В просторном шатре несколько домашних рабов сидели кругом. На угольной печи в центре кипел котёл.
Верх шатра был открыт, и немного сажи от сгоревшего угля поднималось вверх через отверстие.
В котле варилось мясо. Рабы смотрели на него, чувствуя слабый запах мяса, и время от времени глотали слюну.
— Брат Цян, я разузнал. Об этих двух новичках я всё выяснил, — сказал Худой Обезьян.
— О? И что же? — спросил крепкий раб по прозвищу Брат Цян, приподняв бровь.
— Этих двоих порекомендовал старый староста деревни у Пурпурной Призрачной Горы, — ответил Худой Обезьян.
— Понятно.
— Я помню, что тот старый староста изначально был простым смертным. Заместитель главаря хотел иметь опорный пункт и походя просветил его.
— Так вот какая у него подоплёка…
Все понимающе переглянулись.
— Пусть у них за спиной гу-мастер, но что с того? Сестра Брата Цяна — наложница нашего господина Чэнь Синя! — выкрикнул кто-то.
— Эти новички слишком нахальные. Если их не проучить, они совсем от рук отобьются.
— Хватит спорить, мы слушаем Брата Цяна! — громко сказал кто-то.
В шатре стало тихо, все взгляды устремились на Брата Цяна.
Брат Цян колебался. В конце концов, за спиной Фана и Бая был гу-мастер. Пусть этот гу-мастер не был из семьи Чэнь. Пусть он был стариком, стоящим одной ногой в могиле. Но он всё же был гу-мастером…
— Ты точно разузнал? Какие именно отношения между этими двумя и тем деревенским стариком?
Худой Обезьян сразу принял озабоченный вид: — Это… Брат Цян, вы сами знаете. Мы кто такие? Узнать столько уже было непросто.
Брат Цян задумался.
— Брат, эти новички слишком наглые. Как они сегодня утром обращались с Худым Обезьяном? Они явно нас презирают! Их надо проучить.
— Верно. Тот старый староста по своему положению ниже нас. Просто ему повезло, и он стал гу-мастером.
— Что в нём особенного? Если бы наш заместитель главаря не нашёл ему применение, разве он стал бы гу-мастером? Он всего лишь высокопоставленный раб.
— К тому же, торговый караван в пути, каждый день может стать последним. Даже если эти двое умрут, тот старый староста не посмеет искать правды у семьи Чэнь!
Все заговорили наперебой, а Брат Цян нахмурился.
Худой Обезьян долго наблюдал. Он хотел создать проблемы Фану и Баю. Унижение сегодня утром наполнило его сердце ненавистью к Фан Юаню.
Но он знал, что у него нет связей, и если он хочет отомстить, то может рассчитывать только на Брата Цяна.
Он увидел, что момент подходящий, и сказал: — Я только что слышал, что на маленьком рынке они продали целую тележку пурпурных кленовых листьев за два камня юань.
Глаза Брата Цяна засияли.
— Что? Два камня юань?
— Как такое возможно? Их не обманули?
— Какая удача! Какой дурак это купил?
Худой Обезьян усмехнулся, в его голосе звучали презрение и зависть: — Кто же ещё? Та госпожа Чжан из семьи Чжан. Она всего лишь смертная, но что поделать — она родилась в хорошей семье.
— Чёрт возьми! В те годы, когда я тайком перевозил товары, меня постоянно обдирали. Почему этим двоим так везёт! — Брат Цян позавидовал.
Он возмущённо продолжил: — Завтра займёмся ими. Как новички, они должны выказать уважение нам, старожилам. Если не знают правил, мы любезно их научим.
— Да, Брат Цян.
— Как Брат Цян скажет, так и сделаем!
— Брат Цян мудр и могуч! — польстил Худой Обезьян, доставая половник, чтобы разлить суп. — Мясной суп готов. Брат Цян, отведайте первым.
Запах мяса ударил в нос. У многих заходили кадыки, они сглатывали слюну.
Брат Цян облизал губы, взял половник, подул на суп и собрался было отпить.
Внезапно занавеска шатра отдёрнулась.
Фан Юань широким шагом вошёл внутрь.
— Ты! — все изумились. Тот, о ком они всю дорогу толковали, явился собственной персоной.
Это вызвало у них чувство растерянности и паники.
Худой Обезьян резво вскочил и зловеще усмехнулся: — Новичок, теперь испугался? Хочешь извиниться? Я скажу тебе — поздно!
Не успел он договорить, как Фан Юань безучастно поднял ногу.
Бум.
Худой Обезьян получил прямой удар, его спина ударилась об угольную печь. Горячий мясной суп выплеснулся на него, обжигая, и он громко закричал.
— Мясной суп!
— Всё пропало! Мясо, на которое мы скинулись. Еле собрались поесть, чёрт возьми!
— Ублюдок, ты ищешь смерти!
В одно мгновение все пришли в ярость. Один за другим они вскакивали с криками и бросались на Фан Юаня.
Фан Юань сжимал в руке два камня юань и швырнул их в толпу.
— Ай!
Двое были поражены: один закрыл глаз, другой схватился за живот, жалобно стонали.
— Подло, использовать скрытое оружие!
— Погодите, это… камни юань?!
Все уже собрались наброситься, но при этом возгласе их натиск резко прекратился.