— Спасибо, брат. В повседневной жизни относись к нему как к слуге, а в свободное время подучи фехтованию. Парень и впрямь дикий и упрямый, но не из безнадёжных, в работе старателен. Пусть походит за тобой — мне будет спокойнее, не придётся больше за него тревожиться, — лицо
— А, кстати, было ведь ещё что-то — а что именно, никак не вспомню… — Поблагодарив Лориста за помощь, Эл снова принялся напряжённо припоминать, зачем, собственно, пришёл.
— Э-э… Я сидел у Ледоса, когда Хиро, что фруктами торгует, передал, будто ты вернулся. Я собрался к тебе. А Ледос, услышав про твоё возвращение, что-то ляпнул… вроде о братьях Лауд? Братья Лауд? Соседний квартал, депутат Угомбард, тот старый блудливый хрыч?.. О! Вспомнил! — Эл никак не мог поймать мысль, в нетерпении носился по комнате, бормотал себе под нос — и наконец вспомнил.
— Хе-хе, братец Лорк, а та штуковина, что я просил тебя привезти с Архипелага Руин перед поездкой, — добыл? — Эл потёр руки и осклабился похотливо.
— Угу. Тот самый ослиный «ус» Терранса. Хлопот хватило, но один достал. Только Старина Гар его конфисковал. Дядя твой говорит: ты, мол, в последнее время не тренируешься как следует, всё на бабах валяешься, молод ещё, а уже к подобным средствам тянешься — куда это годится. И решил он эту штуку держать у себя. Хочешь воспользоваться — иди к нему и проси, — Лорист в точности передал слова Старины Гара.
— Что?! Дядя забрал?! — Эл подскочил на месте. — Чёрт-те что! Старый хрыч только и знает, что палки в колёса вставлять. Я здоров как бык, мне эта штука самому не нужна! Я тебя просил привезти, чтобы поднести в дар депутату Угомбарду — подмазать, так сказать. Старик Иси из двух соседних кварталов отходит от дел, мы с ним обо всём договорились: после Нового года уступает мне управление двумя своими кварталами. Осталось только, чтобы Угомбард замолвил за это слово в городском совете — и дело в шляпе.
Мужчину в самом деле легче всего задеть намёком на немощь. Поглядев на разъярённого Эла, Лорист посмеялся, а потом с любопытством спросил: — Слушай, Эл, разве в мэрии не установили лимит — не больше трёх кварталов под одной общиной? У тебя уже три, а ты на ещё два метишь. Совет согласится?
— Это идея Ледоса. Пусть братья Лауд выступят формальной стороной: мы отдаём половину своих людей, половину — из тех, кого оставит старик Иси, и заводим новую общину для управления теми двумя кварталами. На бумаге — две, а по сути одна, — раздражённо фыркнул Эл. — Тот старик Угомбард жаден до неприличия. В прошлый раз я ему сотню золотых отвалил — а он всё мнётся, говорит лишь, что «постарается». А потом затеял длинный разговор о чудодейственных свойствах ослиного «уса» Терранса. Когда я вернулся, Ледос сказал, что старый хрыч опять требует эту штуку, — раз уж ты всё равно собирался на Архипелаг Руин, я и попросил тебя достать. Сожрал бы он её и помер в постели с какой-нибудь бабой — вот была бы радость!
На самом деле Эл лишь поругивался — он вовсе не желал Угомбарду умереть от любовных утех. Это обернулось бы ещё большими хлопотами и убытками: пришлось бы заново тратить целое состояние на поиски нового заступника в городском совете.
Лорист задумался и подсказал Элу одну идею. Дело в том, что ещё на Архипелаге Руин, добыв этот «ус», он всё разузнал заранее: достаточно съесть тонкий ломтик — и сил хватает на целую ночь. А тот экземпляр, что он привёз, был такой длины и веса, что нарезать можно ломтиков сто-двести. Поэтому Лорист посоветовал Элу: сначала нарежь штуковину на ломтики, закажи красивые стеклянные пузырьки, в каждый положи десяток ломтиков вместе с лекарственным вином — и так дари. Эффектнее, изящнее, а получателю — и почёт. Главное — не выкладывать целиком, как Эл собирался: тогда старика хватит года на три, и в следующий раз, когда потребуется его помощь, он снова заломит цену.
— И впрямь! Как я сам не сообразил? Ты, братишка, всё предусмотришь, — обрадовался Эл. Слова Лориста словно распахнули перед ним новое окно, и он тут же начал развивать мысль: — А не пустить ли всё это и в торговлю? Пошлём людей на Архипелаг Руин — скупим там у местных все ослиные «усы» Терранса, хоть втридорога. Привезём, нарежем, упакуем, как ты говоришь, — и в продажу. Уверен, прибыль будет хорошая. Хлопотно только одно — стеклянные пузырьки.
Лорист кивнул. Стеклянные пузырьки и впрямь были проблемой. В Галентее производят лишь два вида стеклянных изделий. Первый — зелёное стекло: некрупные плоские листы озёрно-зелёного цвета, мутноватые, годные разве что на окна; цена невысокая. Второй — масляное стекло: очень прозрачное и чистое, специально для лабораторных трубок и стеклянной посуды — чайных и винных сервизов, чашек, тарелок, мисок; стоит очень дорого.
Оба этих сорта стекла производятся в Королевстве Тринберг — юго-западном соседе Торгового Союза Ферда: там есть огромная кварцевая гора, главное сырьё для двух стёкол. Рецепты их производства — главная тайна Тринберга, охраняется столь ревностно, чтобы никто их не похитил. По преданию, в эпоху магической цивилизации маги выпускали стекло с помощью магических кругов — и тогдашние изделия были несравненной красоты. Увы, наступление эпохи угасания магии превратило весь этот
блеск в прах.
Один маг, изрядно потрудившись, нашёл способ и рецепт изготовления зелёного и масляного стекла без магических кругов. Он передал тайны своим детям. Позже, когда возникло Королевство Тринберг, потомки мага преподнесли королю фамильные рецепты и технологию — и были пожалованы титулом великого герцога. С тех пор зелёное и масляное стекло стали фирменным товаром Тринберга.
Лорист видел оба вида стекла. Зелёное казалось ему мутным от не убранных как следует примесей в сырье. Удивляло его другое: Тринберг выпускает стекло уже столетие, а технологию совершенствовать так и не подумал. За сто лет ни размеры, ни качество зелёного стекла не сдвинулись с места — поразительное равнодушие к развитию.
Что до масляного — в прошлой жизни Лорист такого стекла не встречал. Внешне оно похоже на обычное прозрачное, но обладает удивительным свойством: как будто пропитано маслом, и ничто к нему не пристаёт. По преданию, маги использовали это свойство, изготовляя огромные лабораторные приборы: во-первых, удобно наблюдать ход опыта, во-вторых, легко мыть — после опыта достаточно ополоснуть чистой водой, и никаких остатков.
Лорист сам как-то ставил опыт — мазал разными клеями пробирки из масляного стекла. Сутки спустя клей успевал высохнуть, но стоило взять пробирку и тряхнуть — сухая корка слетала, точно лист бумаги. Действительно — ничто к масляному стеклу не пристаёт.
Когда Лорист в своё время проектировал и оформлял тот бутик женской одежды, со стеклом он намучился: зелёное не годилось, а плоских листов из масляного стекла не выпускали. В итоге он выложил лишние пара десятков золотых, закупил большую партию белого хрусталя и заказал распилить его на плоские пластины — так и решил вопрос. Из оставшихся осколков велел сделать хрустальные люстры — вышло и красиво, и без потерь.
— Сейчас самые расхожие пробирки из масляного стекла идут по большой серебряной за штуку, а изящные чайные сервизы — по несколько золотых за набор. Можешь сначала заказать у кого-нибудь проект пузырька, а потом съездить в Тринберг и узнать, сколько обойдётся изготовление на заказ. Лишь бы вышло не дороже золотого за штуку. Всё это уложится в себестоимость. Чем роскошнее упаковка — тем выше цена, и покупатели сочтут, что оно того стоит: дороже — значит, престижнее, — объяснял Лорист Элу.
— Хм, раз ты так говоришь — верю: дело будет выгодное. Нет, мне срочно надо в таверну, а то старый хрыч сам эту штуку израсходует — потери выйдут немалые. — Эл не мог усидеть и собрался немедленно вернуться в «Красный Ворон», чтобы забрать вещь у Гариландо.
Лорист с улыбкой шутливо пригрозил: — Сплошные глупости. Что Старине Гару с этой штуки толку? Перестань вечно цапаться с дядей — он ведь о тебе радеет. И помни: на её добычу я потратил восемнадцать золотых форде, изволь возместить.
— Э, ты, может, ещё не в курсе? В прошлом месяце мой дядя-старик сделал предложение Луизе — и она согласилась. Ещё два месяца — и она станет хозяйкой «Красного Ворона». Скажи, ну что он раньше-то тянул? Уже почти шестьдесят, а тут — старое дерево зацвело, сухостой ожил. И ведь почти вдвое старше Луизы — а она пошла. Так разве я могу спокойно смотреть, как эта штуковина лежит у дяди в руках? — Эл выложил Лористу важную новость.
— Это правда? — Лорист резко выпрямился.
— Конечно. Все давно знают, дело-то было ещё месяц назад. Ты только вернулся, видимо, забыли сказать, — ответил Эл.
Лорист от души обрадовался за старшую Луизу: хороший дом — это благо, такое и впрямь стоит поздравить. Старина Гар — человек неплохой, и хоть и в годах, но он Золотой мечник, телом крепче иного молодого: глядишь, года через два и Эла прибавится в семье брат или сестрёнка.
— Похоже, надо мне готовить свадебный подарок Старине Гару и старшей Луизе, — сказал Лорист.
— До свадьбы ещё два месяца, выбирай не торопясь. И мне заодно подыщи — мне самому ломать голову лень, об этом и думать не хочется. — Эл взглянул на Лориста: — Я сейчас возвращаюсь в «Красный Ворон». Поедешь со мной?
— Не поеду. Останусь здесь на последнюю ночь. Завтра утром пришли несколько повозок — отвезём эти книги и прочие вещи в академию. Того парня, что хочет учиться фехтованию, тоже можешь привести.
— Ну, ладно, я пошёл. — Эл бесшумно исчез — словно его никогда и не было в комнате.
День понемногу занимался; город пробуждался от ночной тишины. Шум колёс и голоса людей мало-помалу сливались в один непрерывный гул —
Лорист просидел за письменным столом всю ночь. Он смотрел, как серебряный лунный свет шаг за шагом покидает комнату, как двойные луны исчезают за горизонтом, как на небе сгущаются яркие краски зари, и как улыбается ему только что взошедшее солнце.
Новый день — и новое начало.
Снизу послышались голоса и шаги слуг; вскоре в дверь постучали.
Вошли Лина и ещё одна служанка — они принесли Лористу обильный завтрак, как и каждое утро на протяжении этих трёх лет.
Глаза у Лины слегка припухли — похоже, ночью она плакала.
Отпустив другую служанку, Лина осталась прислуживать Лористу за едой.
Лорист с насмешливым видом посмотрел на её красные глаза: — Почему не приложила два яйца, чтобы прокатать? Отлично снимает отёк.
— Всё в порядке, просто закрутилась и забыла, — Лина отвернулась, не желая, чтобы он видел её лицо.
— Эх… — Лорист встал, подошёл к книжной полке и снял оттуда толстый том,
обёрнутый в шелковичную бумагу. На обложке значилось: «Чудесное путешествие рыцаря Мингулака» — судя по всему, обыкновенный приключенческий роман о рыцарях.
Лорист положил книгу перед Линой: — Лина, это тебе.
Лина опешила. Лорист улыбнулся: — Знаю, ты, как и старшая госпожа, не любишь такие книги — считаешь, что авторы их пишут как попало, лишь бы заработать. Но открой — тебя ждёт сюрприз.
Лина с недоверием раскрыла книгу — и тут же ахнула, прикрыв рот ладонью. Внутри были раскрашенные эскизы женских нарядов.
— Всё это я нарисовал в прошлом году. Старшая госпожа видела часть и хотела сразу запустить всё в производство и на рынок, но я её остановил. Слишком много моделей сразу — это хаос: мы потеряем возможность управлять модой, и прибыль резко упадёт. Поэтому за прошлые годы мы выпустили лишь около сотни моделей, а с вашими доработками этого вполне хватало, чтобы удовлетворить спрос. А здесь ещё больше трёхсот новых моделей женской одежды — ни одна ещё нигде не появлялась. Теперь они твои, Лина.
— А с-старшая госпожа знает? — Лина прижимала книгу к груди, точно раскалённый уголь: и положить не хочется, и держать страшно.
— Знает, но не знает, что я нарисовал столько. Видишь — комната перевёрнута вверх дном. Это работа твоей госпожи: она искала эти эскизы, но не догадалась, что я собрал их все вместе и замаскировал под обычную книгу, оставив на полке. Поэтому и не нашла. Наверное, решила, что я держу на неё обиду — даже вчера вечером не попросила. — Лорист грустно усмехнулся.
— То, что скажу дальше, никому, кроме твоего отца, не передавай. Поняла? — Лорист посмотрел Лине прямо в глаза.
— Я… я могу поклясться… — запинаясь, выдавила Лина.
— Передай отцу, рыцарю Сому: я считаю, что полный переход семейства Виндзор на сторону семейства Рофи — крайне неразумный шаг. Старшая госпожа всей душой стремится войти в род Рофи маркизой, считая, что так обеспечит семейству Виндзор покровительство. Но если у Рофи появятся на семейство Виндзор иные планы, выхода у них не останется. А то, что старшая госпожа распродала имущество в Моранте, и вовсе отрезает ей пути к отступлению. Сейчас уже ничего не поделаешь, остаётся лишь молиться, чтобы маркиз Рофи был с ней искренен и не преследовал иных целей.
— Вчера старшая госпожа призналась, что у маркиза есть план: нанести смертельный удар тем четырём лордам, что захватили земли вашей семьи, а затем выделить семейству Виндзор один надел в качестве компенсации. Этот надел старшая госпожа пожалует твоему отцу и возведёт его в баронство. Если всё пойдёт удачно, ты, Лина, тоже вскоре станешь дворянкой. Тогда напомни отцу: семейству Рофи можно уступать во многом, но в двух вещах соглашаться категорически нельзя.
— Первое: молодому наследнику Виндзоров всего одиннадцать. Не позволяй ему принимать от Рофи ни «лордского образования», ни рыцарской подготовки — мало ли что случится; рядом с отцом он в наибольшей безопасности. Когда подрастёт, отправляйте его учиться в Морант — подальше от Рофи. Второе: когда он подрастёт, Рофи, скорее всего, заведут речь о брачном союзе. Чтобы этого избежать, напомни отцу как можно раньше подыскать наследнику подходящую кандидатуру и обручить — и не дать Рофи вмешаться.
— И последнее — лично о тебе, Лина. Эскизы, которые я тебе дал, никому не показывай — ни старшей госпоже, ни Сюзи. На этот раз старшая госпожа решила открыть магазин в столице Цигеда именно потому, что маркиз всё ей устроит. Так что я опасаюсь, что бутик «Виндзор» может попасть в руки Рофи. И тогда вернуться в дело можно будет только благодаря твоим эскизам. Если кто-то узнает, что у тебя их столько, ты можешь оказаться в опасности. Поэтому никому ни слова. Поняла?
Лина изо всех сил кивала; маленькое личико пылало, глаза вновь заволокло слезами.
— Если у Рофи нет дурных намерений, то магазин в столице по-прежнему останется делом старшей госпожи, и ты сможешь раз в месяц-два показывать по одному эскизу — мол, твой собственный. И в самом деле, Лина: ты давно отвечаешь за пошив женской одежды и за все детали, у тебя настоящий талант. Иметь собственные мысли в дизайне — самое главное. Если станешь известным мастером женской моды, новые модели уже не будут вызывать подозрений.
Лорист посмотрел в окно: — Хм, повозка за вещами приехала. Пора прощаться. Запомнила всё, что я сказал?
— Запомнила, господин Лорк. Сделаю всё, как вы велели.
* * *