«Прекрасно, прекрасно!» — Бессмертная Дева Тяньлу рассмеялась. — «Особенно последняя строка — "Под луной, в цветочных грёзах — красавица" — невероятно красива. Наверняка речь обо мне, хи-хи.»
Она нарочно пустилась в шутки, и атмосфера в беседке тотчас смягчилась.
Лунь Фэй покачал головой с горькой улыбкой и снова сел: «Смеюсь над собой — жалкий стих мой не годится для изысканного общества.»
«Лунь Фэй-сянь скромничаете. У меня тоже есть стихотворение,» — сказал Ло Муцзы.
«О, мы с нетерпением ждём,» — Цяо Сылю улыбнулась и взглянула на Ло Муцзы с ожиданием.
Ло Муцзы помолчал мгновение, а затем заговорил.
Поднявшись на гору, ищу бессмертных обителей, Шаг за шагом — высота и опасность. Мирская пыль течёт, как река времени, Тёмные гу таятся в извилинах души. Золото и нефрит — лишь призрачный сон, Тысячи лет — сожаленье и пустота. Достижения Пяти Краёв, Девяти Небес — Все умещены в одном лишь дыхании.
Как только это пятистишие прозвучало, его величие и глубина мгновенно тронули присутствующих гу-бессмертных.
Они погрузились в тихое размышление.
«Поднявшись на гору, ищу бессмертных обителей» — означает путь культивации гу-бессмертных.
«Шаг за шагом — высота и опасность» — на пути культивации приходится противостоять бедствиям и катастрофам, неустанно обустраивать свой Бессмертный Предел. Как восхождение на гору: каждый шаг ввысь несёт трудности и преграды.
«Мирская пыль течёт, как река времени» — река времени несёт свои воды. Гу-бессмертный погружён в мир суеты, на нём лежит пыль мира, и сам он подобен праху.
«Тёмные гу таятся в извилинах души» — на первый взгляд эта строка означает, что гу-бессмертные хранят бессмертных и смертных гу в своём Бессмертном Пределе. Но все присутствующие обладали литературным чутьём и уже уловили в ней ещё один слой смысла.
«Тёмные гу» — метафора тёмных эмоций: мрака, неудач, поражений, компромиссов, разочарований.
Все говорят, что бессмертным хорошо, но о горе бессмертных смертным неведомо. Посмотрите на все живые существа в мире — кому удалось обрести истинную свободу?
Гу-бессмертные несут на себе колоссальное давление на пути культивации, и негативные эмоции неизбежно зарождаются в их сердцах. Так было даже с Бессмертными Владыками и Демоническими Владыками.
«Поднявшись на гору, ищу бессмертных обителей, шаг за шагом — высота и опасность. Мирская пыль течёт, как река времени, тёмные гу таятся в извилинах души.» Эти строки лаконичны, но невероятно глубоки. При внимательном вникании они вызывают сильный отклик в сердцах гу-бессмертных.
Далее: «Золото и нефрит — лишь призрачный сон, тысячи лет — сожаленье и пустота» — означает, что золото и драгоценности — пустота, все богатства — иллюзия. С течением времени любовь, ненависть, привязанность и вражда рассеиваются. Это выражает отрешённое настроение поэта — человека, который спокойно смотрит на бурю мира и не позволяет миру прикоснуться к себе.
Последняя строка: «Достижения Пяти Краёв, Девяти Небес — все умещены в одном лишь дыхании» — невероятно величественна. Она развеивает предшествующую меланхолию и тяжесть, открываясь грандиозным простором. В ней заложено ещё несколько смыслов: человек живёт на свете, пока дышит. Как только последний вздох оборвётся — наступает смерть. Но человек живёт ещё и для того, чтобы отстоять своё достоинство. Если гу-бессмертный на пути культивации сможет сравниться с Небом и Землёй, стать выдающейся фигурой среди Пяти Краёв и Девяти Небес — это зависит от его собственных усилий и устремлений.
Вся поэма сначала подавляет, а затем поднимает дух, её масштаб поразителен и покоряет сердца.
На мгновение все в беседке замолчали, погружённые в размышления о стихах.
Цяо Сылю мысленно удивилась: «Странно... Насколько я знаю Ло Муцзы, как его характер мог породить подобное стихотворение? Наверняка это чужой шедевр, который он присвоил. Впрочем, он и не говорил, что это его собственное сочинение.»
Она окинула взглядом Ло Муцзы.
Ло Муцзы сидел неподвижно, как сосна, — ровно, прямо, молча потягивая чай. Но тень улыбки на его губах уже выдавала его истинные чувства.
Цяо Сылю тихо усмехнулась в мыслях, но не стала его разоблачать.
Её проницательный взгляд переместился на рядом сидевшего Фан Юаня.
Выражение лица Фан Юаня было каким-то странным.
«Это пятистишие Цигюэ! Как такое возможно? Поднебесный Мир Демонического Бессмертного Цигюэ должен был явиться миру лишь тогда, когда Пять Краёв погрузятся в всеобщую войну и сны повсюду вспыхнут!»
«Странно, странно, странно...»
Демонический Бессмертный Цигюэ — великая сила древней эпохи, гу-бессмертный Восьмой Трансформации, обладавший чрезвычайно сильной боевой мощью. Он трижды сражался с Демоническим Владыкой Уцзи и одержал одну победу, в одном бою свёл вничью и один раз проиграл.
Правда, в первых двух сражениях Демонический Владыка Уцзи ещё не достиг Девятой Трансформации.
В последнем же бою Уцзи уже обладал мощью Девятой Трансформации и превосходил Цигюэ. Но они сражались девять дней и девять ночей, прежде чем тот был повержен. Уцзи, однако, не стал убивать Цигюэ и позволил ему уйти.
Демонический Владыка Уцзи произнёс: «Ты — мой величайший соперник за всю жизнь. Но без тебя я никогда не познал бы упорства и отчаяния. Мои нынние достижения — и твоя заслуга.»
Чтобы сам Демонический Владыка оказал такое признание — это навеки вписало имя Цигюэ в историю.
После его смерти Поднебесный Мир Цигюэ сохранился до наших дней.
В предыдущей жизни Фан Юаня, спустя пятьсот лет, Пять Краёв погрузились в всеобщую войну, сны повсюду вспыхнули, границы между мирами стёрлись и Пять Краёв объединились. Этот колоссальный переворот вызвал мощнейшие колебания Небесной и Земной ци, и множество Благословенных Земель и Поднебесных Миров, скрытых повсюду в мире, проявились на поверхности и стали доступны взгляду людей.
Поднебесный Мир Цигюэ обнажился именно при таких обстоятельствах.
Несомненно, его появление тут же потрясло все Пять Краёв.
«Не должно так быть.»
«Согласно всем соображениям, это пятистишие Цигюэ высечено на Стелле Мёртвого Дыхания внутри Поднебесного Мира Цигюэ. Как же этот Ло Муцзы мог узнать о нём заранее?»
«Неужели он уже побывал внутри Поднебесного Мира Цигюэ?»
Фан Юань на мгновение внутренне взволновался.
В Поднебесном Мире Цигюэ сокрыты подлинные наставления этого Демонического Бессмертного. А какой это был уровень личности? Очевидно, — на уровне мечника Бо Цина и ему подобных. Даже Хэй Фань был ему слабее!
«Если бы я мог получить эти наставления...»
«Убить этого Ло Муцзы и завладеть подлинными наставлениями Цигюэ!»
В сердце Фан Юаня снова вспыхнуло густое убийственное намерение.
Ло Муцзы пока не знал о помыслах Фан Юаня и всё ещё с вызовом смотрел на него: «Неужели у У Ихай-сянь нет ничего своего? Мы все с нетерпением ждём.»
«Конечно!» — тут же подхватил Лунь Фэй. — «Господин У Ихай родом из знатного семейства, обладает богатейшим жизненным опытом, а Восточный Мор кишит ресурсами. Что касается начитанности У Ихай-сянь — с этим я конкурировать не могу.»
Оба они возвеличили Фан Юаня до небес, говоря красивые слова, за которыми скрывалась злоба.