Доброта — это не слепая уступчивость и не самообман, при котором человек убеждён, что за каждое доброе дело непременно последует награда. Настоящая доброта обладает силой — это добродетель, пронизывающая тебя изнутри и сопровождающая всю жизнь.
Присутствующие, увидев серьёзный вид Чэнь Гэ, хотели было что-то сказать, но, вдумавшись в его слова, притихли.
Ливаньчжэнь, окутанный кровавым туманом, — здесь бродят злые призраки и маньяки, одно неосторожное движение может стоить жизни. В таком месте доброта особенно драгоценна, но в то же время она — самое дешёвое, что только может быть.
«Я тебе подчиняюсь.» Врач был первый, кто дал согласие, — он умел верно оценивать людей и давно уже считал Чэнь Гэ единственной надеждой на спасение.
«Пусть будет по-твоему.» Ножницы тоже выразили согласие. Из трёх пассажиров лишь Пьяница был слегка не в восторге.
«Голос большинства — закон. Значит, решено.» Чэнь Гэ раздал четыре ключа: «По возможности поменьше разговаривайте, всё берите на меня.»
Прошло минуты две-три, и полноватый хозяин вышел из кухни: «Вы все выбрали комнаты? Запишитесь здесь, а ещё у меня есть несколько правил, которые я хотел бы вам сообщить.»
Хозяин достал из-под прилавка пожелтевшую тетрадь, усыпанную пылью, — казалось, ею давно никто не пользовался.
Он раскрыл тетрадь — на страницах были перечислены номера комнат, а под каждым номером стояло чьё-то имя. Странно было то, что некоторые имена были зачёркнуты красной ручкой, другие обведены красным кружком с крестом.
Чэнь Гэ не знал, что означают эти символы, но ему казалось, что каждое зачёркнутое имя — это ушедшая жизнь.
«То, что я сейчас скажу, лучше запомнить.» Хозяин поднял руки над головой и принял странную позу: «Зал — это столовая. Когда настанет время обеда, я сам зайду в каждую комнату и позову вас. В остальное время лучше не бродите по коридорам. За углом коридора начинается жилая зона. Пока первый этаж не занят, второй этаж закрыт. Надеюсь, любопытство не заставит вас забраться туда — если что-то случится, заведение ответственности не несёт.»
«Второй этаж закрыт? Заведение небольшое, а правил — хоть отбавляй.» Ножницы пощёлкнул языком, и зловещий шрам на его лице слегка дрогнул.
Полный хозяин, похоже, давно привык к уродцам и призракам — его выражение лица не изменилось ни на йоту. Он терпеливо объяснил Ножницам: «Я ради вашего же блага. Когда стемнеет, в моём заведении могут появиться другие гости, и я не могу ручаться, что они не набросятся на вас.»
«Разумно. Будем осторожны.» Чэнь Гэ отличался самым покладистым характером среди пассажиров — по его лицу и не скажешь, что он задумал захват заведения.
«Если вы будете сидеть тихо в своих комнатах — ничего не случится. Ещё одно: как поселитесь, никому не открывайте дверь, даже самому близкому другу.» Маленькие глазки хозяина скрылись в складках жира, и на его лице мелькнула тень: «Я не пугаю вас просто так. Иногда друг оказывается не другом, а чем-то совсем иным.»
Чэнь Гэ не принял слова хозяина близко к сердцу — тот явно попытался посеять рознь и посадить зёрна подозрения в нескольких душах.
«На этом пока всё. Когда время обеда настанет, я вас позову. А пока — идите, посмотрите свои комнаты. Первую ночь — бесплатно.» Произнеся это, полноватый хозяин снова удалился — он двигался легко и быстро, что совсем не гармонировало с его полной фигурой: «Ещё четыре человека прибавилось. Придётся приготовить побольше еды.»
Чэнь Гэ провожал взглядом спину хозяина и не мог понять смысла его последних слов — хотел ли тот приготовить для них четверых побольше еды, или сделать из них четверых еду?
«Идёмте смотреть комнаты. Расслабьтесь, не держите себя так напряжённо.» Чэнь Гэ первым шагнул в коридор и открыл дверь в одну из комнат ключом.
Внутренняя планировка здания отличалась от той, что была в игре Сяо Бу, — здесь было куда просторнее.
«Старик, школьница, женщина, полицейский — интересно, появятся ли эти пассажиры.» В игре полицейского хозяин убил первым, а если игра точно отражает реальность, значит, у хозяина должна быть полицейская пушка — и это ещё одна причина, по которой Чэнь Гэ не стал тут же обрушивать на него кувалду.
«Здесь гораздо чище, чем я ожидал.» Врач первым вошёл в комнату, заглянул под кровать и открыл шкаф.
«Что ты ищешь?» Пьяница был совершенно озадачен.
«Посмотрю, нет ли там следов крови или останков тела.»
«Не надо так, мы с трудом нашли безопасное место, из-за твоих слов я даже бояться туда идти стал.» Пьяница шёл за врачом сзади. «Может, сегодня ночью нам остаться вдвоём?»
Пьяница был по-настоящему напуган — боялся не только чужаков, но даже остальных пассажиров. Ножницы явно были ненормальным человеком, каждое его движение словно кричало «маньяк». Другой мужчина с молотком выглядел нормально, но то, что он говорил и делал, было не под силу обычному человеку. В сравнении с ними врач казался самым адекватным.
Осмотрев свою комнату, Чэнь Гэ взял рюкзак и начал бродить по коридору, заглядывая к дверям других комнат.
«Старик живёт в первой комнате. Зубы, способные призвать Красную Одежду, лежат в ящике первой комнаты. Запасной ключ от гостиницы тоже там.» Во время игры с Сяобу после входа в комнату старика давалось несколько вариантов — выбрать одну из вещей и забрать с собой. Но игра есть игра, а реальность — реальность. Чэнь Гэ собирался запихнуть в рюкзак всё полезное и взять гостиницу под полный контроль.
«Гостиница расположена прямо в центре Ливаня. Что особенного в этом здании?» Во время игры с Сяобу Чэнь Гэ думал лишь о выживании. Теперь, оказавшись здесь лично, он намерен раскопать все тайны.
Сузив глаза, Чэнь Гэ вставил ключ в замочную скважину и стал энергительно им трясти.
Его ключ, разумеется, не мог открыть дверь первой комнаты. Он делал это, чтобы вызвать старика наружу и запустить следующий этап своего плана.
Единственное, чего Чэнь Гэ боялся во всей гостинице, — это Красная Одежда в холодильнике. А зубы в ящике старика были ключевым предметом для её пробуждения. Либо завладеть зубами первым, и тогда он сможет действовать без опаски.
Он тряс ключ долго, но из первой комнаты не донеслось ни звука. Словно там была пустая комната.
«Что ты делаешь? Наша комната там, там же висят таблички с номерами?» Пьяница подбежал, чтобы предупредить. Чэнь Гэ слегка улыбнулся, убрал ключ в карман и какое-то время впился взглядом в дверь первой комнаты.
Он сжал рукоятку молотка в рюкзаке, но, подумав, решил не действовать опрометчиво. Вдруг после того, как он выбьёт дверь, зубов там не окажется, а старик уже успеет их спрятать — тогда ситуация выйдет из-под контроля.
«Чем дольше тянуть, тем хуже. Как только хозяин гостиницы поймёт, насколько мы опасны, действовать будет уже непросто.» Чэнь Гэ был весьма решительным человеком. Он выжидал удобный момент, и как только кто-то из работников гостиницы допустит оплошность, он тут же пустится в действие.
«Брат, вся наша опасность — это ты один. Успокойся хоть немного!» Пьяница знал, что Чэнь Гэ его не послушает, и побежал к врачу, надеясь, что тот поможет урезонить Чэнь Гэ.
Но стоило ему повернуться, как дверь первой комнаты приоткрылась на щель.
«Вы не в ту комнату зашли.» Из темноты донёсся голос старика. Чэнь Гэ сузил зрачки и посмотрел внутрь мрачным зрением.
В комнате не горел свет. Невысокий сгорбленный старик стоял в дверном проёме.
«Извините, мы не со зла.» Пьяница поспешно извинился за Чэнь Гэ и схватил его за руку: «Пойдём, не доставляй человеку неприятностей.»
Пьяница искренне хотел утащить Чэнь Гэ прочь. Все его жесты и мимика были настоящими.
И, возможно, именно поэтому, услышав слова пьяницы, старик расслабил бдительность — рука на замке ослабла, щель расширилась, обнажив его вторую руку, свисавшую у бока.
Эта рука была испещрена шрамами и держала кусок красной ткани и несколько обточенных зубов.