Чэнь Гэ не собирался больше тратить время на жильцов дома — он хотел быстрого и решающего сражения, поэтому и выдвинул столь радикальное предложение.
Как только Лай Ишэн и тётя Дин опомнятся и узнают правду, они сразу поймут, что всё это — проделки Чэнь Гэ, и настоящей целью для устранения станет сам Чэнь Гэ.
Танцуя на лезвии ножа, Чэнь Гэ с самого начала понимал своё положение, но другого выхода у него не было.
Ему нужно было как можно быстрее вывести из строя жильцов дома, пока Лай Ишэн, тётя Дин и остальные не опомнились, — и когда даже объединившись они не смогут представлять для него угрозы, он сможет открыто взять контроль над домом в свои руки.
— Сестра Дин, отдохните в комнате, закройте окна и двери, поберегите себя. Мы с Да Тоу пойдём проверим. Лай Ишэн по-прежнему был бесстрастен, и Чэнь Гэ не мог разгадать его мыслей, но одно было ясно — предложение Чэнь Гэ его зацепило.
Это был шанс снять с себя подозрения, и они, разумеется, не упустят его.
Увидев, что Лай Ишэн «клюнул», Чэнь Гэ поднялся и с заботой обратился к тётя Дин:
— Я не уверен, что убийца арендодателя и убийца Цюй Гуя — один и тот же человек. Будьте осторожны, оставаясь дома одна.
— Я буду осторожна. Тётя Дин не уловила скрытого смысла в словах Чэнь Гэ. Она лежала на диване, напуская на себя вид немощи.
— Пошли, сестра Дин нуждается в отдыхе. Лай Ишэн первым открыл входную дверь и прошептал что-то Да Тоу на ухо.
Чэнь Гэ воспользовался призрачным ухом и смутно уловил слово «расписка».
Выражение его лица не изменилось, и он неторопливо последовал за Лай Ишэном из комнаты.
В плане хитрости и интриганства Лай Ишэн считался весьма опасным человеком, просто он слишком недооценивал Чэнь Гэ.
Возможно, подсознательно он воспринимал себя хищником, уничтожающим слабых. Серия убийств раздула в нём внутреннего демона до чудовищных размеров, и простые люди в его глазах превратились в запасную добычу.
Если можно было подставить другого — прекрасно, а если нет — тогда просто устранить всех, кто знает тайну.
Это извращённое мышление не позволило ему отнестись к Чэнь Гэ серьёзно. Впрочем, его нельзя за это винить — кто бы мог подумать, что посторонний человек способен по крупицам, за столь короткий срок восстановить большую часть картины происходящего.
Разумеется, с течением времени подозрения Лай Ишэна к Чэнь Гэ будут только усиливаться, и желание убить его — крепнуть.
Тётя Дин жила на четвёртом этаже, и Да Тоу был её соседом. После того как Лай Ишэн прошептал ему что-то на ухо, Да Тоу под каким-то предлогом зашёл к себе домой.
Через полминуты он вышел, как ни в чём не бывало.
— Сестра Дин нуждается в отдыхе, пусть остаётся дома. Чэнь Гэ окинул взглядом остальных: — А тот дядька с третьего этажа ещё не вернулся?
— Пойдёмте к нему напрямую, так мы сэкономим время. Лай Ишэн заговорил сам, даже не осознавая, что каждое слово Чэнь Гэ словно подталкивало его к определённому действию.
Он не чувствовал, что им кто-то управляет, — ему просто было комфортно «работать» вместе с Чэнь Гэ, словно когда тебе хочется спать, кто-то сам подаёт подушку.
Все отправились к двери того самого мужчины средних лет на третьем этаже. Чэнь Гэ стучал долго, прежде чем дверь наконец открылась.
— Извините, живот расстроился, пришлось долго сидеть в туалете. Ну, пошли, к кому дальше? На лбу мужчины блестели капли пота, он ещё не отдышался, и выглядел он отнюдь не так, словно только что вышел из туалета.
— Мы составили план проверять квартиры по очереди. Раз уж вы открыли, начнём с вашей. Лай Ишэн не дожидаясь отказа вошёл в комнату, за ним следом прошёл Да Тоу.
— Проверяйте, только не ломайте мои вещи. У меня тут много ценных коллекций. Похоже, мужчина уже успел убрать свой «секрет», и его не тревожила возможная проверка Лай Ишэна.
Глядя на уверенного в себе мужчину, Чэнь Гэ покачал головой. Секретов не бывает — но их можно создать. И тот, кто создаст секрет, будет действовать отнюдь не от его имени. Сейчас Чэнь Гэ словно превратился в стороннего наблюдателя.
Все вошли в съёмную квартиру. Комната мужчины была в полном беспорядке — на полу валялись пустые бутылки и горы мусора. Самым чистым местом оказались постеры красавиц на стенах.
— Вы наклеили на стены столько портретов. Не страшно вам ночью встать и на них взглянуть? Манера, в которой Чэнь Гэ проводил обыск, была совершенно иной по сравнению с визитом к электрику. Он неотрывно смотрел на постеры, увлекая мужчину в разговор и тем самым создавая возможность для Лай Ишэна и Да Тоу.
— Почему мне должно быть страшно, когда я встаю ночью и вижу их? Разве это не счастье?
— Какое тут может быть счастье — от одного взгляда на постеры? Чэнь Гэ бросил взгляд на диван и обнаружил, что женское бельё по-прежнему валялось на нём в беспорядке.
Бельё было разбросано — значит, мужчине было всё равно, кто его увидит. Значит, женское бельё и не было его секретом.
Поначалу Чэнь Гэ решил, что мужчина просто фетишист, но теперь ему казалось, что дело обстоит куда серьёзнее. Этот неприглядный мужчина средних лет, должно быть, не ограничивался сбором белья — он наверняка совершал нечто куда более серьёзное.
— Эй! Идите сюда! Голос Лай Ишэна раздался из спальни мужчины, и все потянулись туда, столпившись у двери.
Сняв чёрную ткань, наброшенную на шкаф, Лай Ишэн распахнул его дверцы. Внутри обнаружились порнографические видеокассеты и книги с откровенными обложками самого разного толка.
— Это моя личная коллекция. Я не распространяю её намеренно, разве это незаконно? Мужчина облокотился на дверной косяк.
— А в этих записях случайно нет чего-нибудь ещё?
— Если не верите — можете сами посмотреть. Но чтобы просмотреть столько всего, понадобится несколько месяцев.
Мужчина пошёл закрыть шкаф, но Лай Ишэн схватил его за руку: — Откройте нам этот запертый ящик под кроватью.
— Не переусердствуйте!
— Вы же не хотите, чтобы вас обвинили в убийстве? Откройте, посмотрим. Если это не связано с преступлением, мы ничего не скажем. Лай Ишэн был бесстрастен, и его холодный голос внушал инстинктивный страх.
— Ладно, я сотрудничаю. Только когда доберусь до вашей квартиры, я тоже основательно обыщу вашу комнату. Мужчина произнёс бесполезную угрозу, вытащил из кармана ключ и открыл деревянный ящик под кроватью.
В ящике лежала женская фигура-манекен, сделанная настолько реалистично, что на расстоянии её было невозможно отличить от живого человека.
— Это моя жена. Она давно со мной. Мужчина стоял рядом с ящиком и не позволял никому прикасаться к фигуре.
Если бы это увидел человек, ничего не понимающий в изготовлении кукол, он просто восхитился бы красотой этой женской фигуры. К несчастью для мужчины, Чэнь Гэ был мастером по изготовлению кукол.
Он знал все материалы, из которых изготавливают кукол, и ни один из них не мог придать кукле столь реалистичную кожу. Кроме одного — человеческой.
Эта кукла отличалась от большинства кукол, представленных на рынке. Она состояла из десятков частей, и каждую часть тела можно было самостоятельно снять и заменить.
По сравнению с готовыми куклами, эта больше напоминала каркас тела — лицо, волосы, кожу и прочее можно было заменить собственноручно.
Мужчина демонстрировал куклу из ящика, позволяя смотреть, но не трогать. Впрочем, кроме куклы в ящике действительно больше ничего не было, и жильцы дома не собирались вторгаться в личные пристрастия мужчины.
— Посмотрели? Могу закрыть ящик? Мужчина уже хотел закрыть ящик, когда из ванной внезапно раздался голос Да Тоу.
— Что это такое?!