Едва группа прибыла к каменным воротам, сияние жетона культиватора в жёлтом одеянии погасло, и проход мгновенно бесследно исчез.
— Следуйте за мной, — бросил он, сухо обведя взглядом остальных.
Его пальцы один за другим зашевелились, выстраивая сложные мудры. Затем он резко развернулся и поднял обе руки.
Красноватый и жёлтый лучи вырвались из его ладоней и врезались прямо в каменные ворота, покрытые запретными печатями.
Тотчас же символы на дотоле запертых синеватых воротах один за другим вспыхнули блеском. Под глухим гулом ворота медленно распахнулись, обнажив длинный прямоугольный коридор.
Культиватор в жёлтом одеянии без лишних слов шагнул внутрь.
Остальные обменялись взглядами и последовали за ним.
Хань Ли шёл среди остальных учеников, не отводя глаз в сторону, но на деле обшаривая окрестности духовным восприятием.
Этот прямоугольный коридор, по всей видимости, был высечен прямо в горной породе с помощью магических артефактов. Стены его были необычайно гладкими, а каждые несколько шагов на них обязательно попадались вырезанные глубокие и непонятные руны и заклинания.
Хотя он не мог тут же изучить их как следует, Хань Ли и так понимал, что всё это — отнюдь не украшения.
Коридор оказался недолгим. Пройдя чуть более сотни чжанов, группа вышла в светлый, опрятный каменный зал.
Зал был около пяти-шести десятков чжанов в ширину и семи-восьми в высоту — иными словами, весьма обширен.
Посередине зала стоял зеленоватый каменный столик в несколько чи. Горизонтальные и вертикальные линии, вырезанные на его поверхности, пересекались, образуя огромную доску для го. Чёрные и белые камни покрывали её целиком — похоже, игра дошла до самого решающего момента.
По обе стороны доски со скрещёнными ногами сидели двое — старик и ребёнок, держа в руках чёрные и белые камни. Старик был длиннолицым человеком в нарядном одеянии, ему было около пятидесяти. Ребёнку едва исполнилось семь-восемь — пунцовые губы, белые зубы, словно нефритовый мальчик, воплощённый на земле.
— Наставник Лань! Как вы, старший, оказались здесь?
Увидев мальчика, культиватор по фамилии Бай невольно вскрикнул и поспешно подбежал, отвесив низкий поклон.
— Наставник Лань?
Старик в сером и средних лет культиватор из Дворца Ста Ремёсел поначалу опешили, увидев незнакомого ребёнка, но, услышав обращение культиватора Бая, их лица резко изменились. Глянув ещё раз на мальчика — с маленькой косичкой, босиком, с золотыми браслетами на запястьях, — они тут же вспомнили имя одного громкого предшественника.
— Младшие ученики Ду Хой и Юй Шаньань кланяются Старшему Ланю! — поражённые, они без всяких раздумий поспешно поклонились.
— Вставайте. Не видите, что я и младший брат-ученик Ху как раз дошли до самого важного момента? Не мешайте, обо всём поговорим после этой партии.
Малыш был явно мягок и гладкокож, голос его был детским, но речь — старческой, развязной и самодовольной.
— Слушаюсь! — Культиватор Бай и два других культиватора ступени Формирования Ядра, не раздумывая, поспешно согласились и, сложив руки, встали поодаль, не смея выказать ни тени недовольства.
Длиннолицый старик, игравший с мальчиком, криво улыбнулся троим, но промолчал.
Что касается культиватора в жёлтом одеянии, то, как только он вошёл в зал, тотчас встал позади мальчика — ровно, по-ученически, выказывая должное почтение.
Молодые культиваторы, вошедшие следом, услышав, как эти трое наставников обратились к семи-восьмилетнему малышу, называя его «старший дядя», тут же загудели.
Значение этого обращения — как будто они, ученики ступени Переработки Ци, могли бы не понимать! Каждый тут же выпучил глаза и вперил взгляд в мальчика, сердце бешено колотилось.
При первом взгляде на этого мальчика Хань Ли тоже немного вздрогнул. Это был настоящий культиватор ступени Первозданного Духа — как он мог оказаться здесь?
Однако уже через мгновение Хань Ли снова обрёл самообладание.
Сейчас он, конечно, не мог тягаться с культиватором ступени Первозданного Духа, но убежать от него — не самая сложная задача. К тому же он был уверен, что тот появился здесь не из-за него.
Поэтому Хань Ли сохранял спокойное выражение лица, мысленно же обдумывая, какие перемены появление этого человека может внести в его планы.
Наконец, после ещё почти четверти часа совместной игры длиннолицый старик отодвинул доску для го и почтительно произнёс:
— Искусство игры Старшего Ланя превосходно — я, ученик, не в силах соперничать и смиренно признаю поражение!
Лицо мальчика озарилось лёгкой улыбкой, но тут же его чёрные глазки хитро завертелись, и он произнёс с подозрением:
— Младший брат-ученик Ху, ты ведь не поддавался намеренно? Я же с тобой условился — со мной играть нужно без снисхождения.
— Как я осмелюсь обманывать Старшего? Ваше искусство игры действительно значительно превосходит прежнее, — услышав это, длиннолицый старик, казалось, стал ещё длиннее лицом и поспешно начал оправдываться.