Через мгновение факелы наконец оказались поблизости.
При их свете Хань Ли смог разглядеть кое-что вдали.
Вокруг царила белизна — всюду тоннами лежали рыбы и креветки, покрывая землю толстым слоем. А он сам с той женщиной как раз находились поверх одной из более высоких куч.
Далее же тянулась сплошная чернота, и разглядеть ничего было невозможно. Лишь чувствовалось, что это место чрезвычайно обширно — никаких стен или подобных преград не было видно.
Несколько человек остановились в двадцати-тридцати чжанах от Хань Ли.
Они быстренько поставили кожаные мешки на землю, и, за исключением одного, который стоял и настороженно осматривался, остальные увлечённо набивали мешки рыбой и креветками.
Увидев это, Хань Ли был слегка удивлён.
Женщина в его объятиях тоже тихо вскрикнула, но настолько неслышно, что мужчины не обратили внимания. Хань Ли же машинально перевёл взгляд на её лицо.
И в мерцании едва различимого красноватого света смутно обозначилось милое, изящное личико.
Девушка тут же заметила его наглый взгляд, по её щекам разлился румянец. Слегка повернув голову, она снова спрятала лицо во тьме, оставив лишь пару слегка стыдливых ярких глаз, которые искрились в темноте.
Хань Ли, увидев это, мысленно усмехнулся.
Эта девушка оказалась довольно забавной. Когда они не могли видеть друг друга, она казалась прямолинейной и даже немного дерзкой, но стоило им увидеться — тут же превратилась в застенчивую и робкую.
Ощущение её прежней свирепости мгновенно рассеялось.
Именно в этот момент издалека донёсся испуганный крик.
— Бежим! Огненные чешуйчатые звери поднимаются! — неожиданно обернувшись, прошипел остальным стоявший на страже мужчина.
Те, кто набивал мешки, мгновенно перекинули их через плечи и помчались прочь в другом направлении. На месте остались лишь два факела, воткнутых в землю, — их пламя мерцало и колыхалось.
Почти одновременно издалека, из темноты, раздалось несколько пронзительных криков — казалось, что-то обнаружило этих людей. Затем стремительно послышались глухие удары тяжёлых тел, падающих на землю.
Несколько рыжевато-красных фигур протяжённостью примерно в чжан вылетели из темноты, мелькнули — и исчезли.
И за это короткое мгновение Хань Ли успел разглядеть, каковы эти «огненные чешуйчатые звери». Оказались это жуткие чудовища с головами леопарда и красной чешуёй, оскалившиеся до ушей и обнажившие полный рта острых клыков, — выглядели они чрезвычайно свирепо.
Мгновение спустя всё снова погрузилось в тишину.
Хань Ли выдохнул с облегчением — чудовища не заметили их двоих, и это была единственная удача среди всех невзгод.
Ещё через небольшой промежуток времени Хань Ли слегка сжал кулаки, затем обхватил рукой талию прижавшейся к его груди женщины и неспешно поднялся на ноги.
Его тело наконец восстановилось, и он снова мог свободно двигаться.
— Ты… опусти меня, я тоже почти в порядке, — тихо и смущённо пробормотала женщина у него в объятиях.
— Если тебя не смущает эта рыбья вонь, меня тоже не смущает, — Хань Ли взглянул на женщину и невозмутимо произнёс.
Услышав это, женщина опустила взгляд на рыбу и креветки, валявшиеся повсюду вокруг, и на её лице появилось колебание. В конце концов она разумно промолчала.
Тогда Хань Ли легко подхватил женщину и легко прыгнул с рыбьей горы, направляясь к факелам.
Хотя он и не знал, какое это проклятое место, но если бы здесь совсем не было ни единого луча света, это было бы настоящей проблемой.
Слегка наклонившись, Хань Ли вытащил факел, поднял голову и огляделся, после чего на его лице появилось задумчивое выражение.
— Положи меня. Я уже могу двигаться, — через мгновение женщина в его объятиях тихо и смущённо произнесла, покраснев.
Хань Ли, услышав это, без лишних слов разжал руки, и женщина легко приземлилась на землю. Слегка приведя в порядок платье, она взяла другой факел и тоже осмотрелась вокруг.
А Хань Ли в тот же миг резко шагнул и зашагал широкими шагами к тому месту, откуда пришли те мужчины.
— Куда ты направляешься? — женщина, увидев это, испуганно и поспешно спросила.
— Не хочу дожидаться, пока эти чудища вернутся. Нужно найти безопасное место, — Хань Ли ответил, не оборачиваясь.