Хань Ли приподнял брови и лишь тогда бросил взгляд на стаю летучих мышей перед собой. Он высунул ладонь из рукава и рассеянно ударил вперёд.
С глухим грохотом небесная и земная энергия в радиусе ста ли содрогнулась. Бесчисленные потоки пятицветного сияния возникли из ниоткуда и безумно стали стягиваться ввысь, мгновенно сложившись в пятицветную гигантскую ладонь размером с малую гору, которая с угрожающим рокотом обрушилась на стаю летучих мышей.
Ближайшее пространство мгновенно окутала неописуемая громадная сила.
Густо скученные обычные кровавые летучие мыши ещё до того, как гигантская ладонь по-настоящему опустилась, один за другим превращались в кровавый туман и лопались.
Что касается прозрачной волны, то под этим чудовищным давлением она и вовсе мгновенно обратилась в ничто.
Лишь одна огромная летучая мышь издала рёв испуга и ярости. Золотые узоры на её теле вспыхнули ярким светом — словно ожив — и, вырвавшись из тела, образовали золотистую световую завесу, окутавшую её.
Однако под чудовищным давлением золотая световая завеса, искажаясь, продолжала яростно дрожать, а огромная летучая мышь внутри неё была распластана звездой и не могла пошевелиться.
«Интересно, врождённая защитная способность! Жаль, что слишком слаба, а то можно было бы забрать в духовные звери», — пробормотал Хань Ли; в его глазах мелькнуло лёгкое удивление, но тут же сменившееся сожалением.
Затем он повторно ткнул пальцем в направлении пятицветной гигантской ладони на расстоянии!
Тут же по поверхности гигантской ладони разошлись мириады лучей света. Увеличившись в объёме, она стала ещё громаднее.
С оглушительным грохотом гигантская ладонь обрушилась вниз. Ближайшее пустое пространство сначала потемнело, а затем световой ореол, содрогаясь, взорвался.
Золотая световая завеса тут же рассыпалась на куски, а гигантская летучая мышь даже не успела пикнуть, прежде чем полностью распалась и исчезла.
Хань Ли усмехнулся, дёрнул рукавом вперёд — и пятицветная гигантская ладонь содрогнулась и бесследно растворилась в воздухе.
Всё вокруг мгновенно вернулось в прежнее состояние.
Однако там, где прежде находилась гигантская летучая мышь, едва заметно мерцали точки золотых знаков.
Хань Ли прищурился и, не раздумывая, поднял руку, сделав приглашающий жест.
Раздался звук рассекаемого воздуха, и золотые знаки, подхваченные силой притяжения, один за другим ринулись к нему и мгновенно оказались в его ладони.
Хань Ли обвёл взглядом собранные знаки, сжал обе ладони и принялся тереть их между пальцами.
Тут же между пальцами раздался странный звук металлического трения, а золотистый свет внутри бешемо мерцал.
Но стоило Хань Ли вновь развести ладони в стороны, как перед ним тут же во всей красе возникла золотисто мерцающая шкура какого-то зверя.
Бледные золотистые узоры на шкуре были теми самыми сверкающими золотыми линиями, что покрывали тело той гигантской летучей мыши.
«Если из этого сделать защитный магический артефакт, это должно иметь определённую ценность. Тогда уж сегодняшний день не пройдёт совсем без пользы.» Хань Ли пробормотал себе под нос и одним поворотом руки заставил шкуру исчезнуть.
Сразу после этого его выражение изменилось — словно он что-то уловил. В его глазах мелькнула голубая вспышка, и взгляд пронзил пространство на расстояние в несколько сотен ли. Там он увидел густое, тёмное облако незнакомых страшных птиц, неистово несущихся в его сторону.
Хань Ли сосредоточил взгляд и разглядел этих созданий во всех подробностях. Это были чудовища, похожие на гигантских орлов, — у каждого на спине по четыре крыла, а на голове по одному рогу. Все они были невероятно уродливы, а в глазах их пыталась кровожадная жажда.
Хань Ли нахмурился, отвёл взгляд и бросил последний взгляд на обширное пятно алой кровавой дымки у подножия холма, которое ещё не успело рассеяться. Покачав головой, он дал по телу пробежать вспышке изумрудного света и превратился в яркую полосу сияния, пронзившую воздух, — так он и умчался прочь.
Хотя эти птицы не представляли для него ни малейшей угрозы, он вовсе не собирался связываться с бесконечными волнами зверей, которые стекались сюда, привлечённые запахом крови.
Если уж тратить время, то куда важнее поскорее отыскать Паука Шура!
Время пролетало стремительно, и вмиг прошло два дня.
За это время Хань Ли, помимо того что уничтожил ещё несколько чудовищ, выглядевших весьма грозно, и обнаружил некоторые материалы, редкие во внешнем мире, больше ничего не приобрёл.
Из приобретённых материалов, за вычетом двух неизвестных ядовитых трав, остальное, хоть и было редким, для его нынешнего уровня культивации уже не представляло особой ценности — разве что могло послужить наградой для нескольких учеников.
Однако на третий день, в ущелье, сплошь усыпанном чёрными камнями, Хань Ли наконец обнаружил нечто, связанное с Пауком Шура.
Он стоял в скрытом зверином логове в одном из углов ущелья. Внутри находилось несколько жутких созданий — нечто среднее между человеком и медведем. Все они безмолвно лежали на выстланном сухой травой полу, покрытые снежно-белой шерстью и настолько иссушённые, что едва обнажали кости, — однако на поверхности не было ни единой раны, словно все они просто умерли от старости.
Хань Ли стоял рядом с одной из туш, наполовину лишённых шерсти, и, простояв так некоторое время, встряхнул рукав. Несколько огненных змей вырвались наружу и мгновенно обратили все тела в прах.
Трупы рассеялись, но там, где они лежали, на полу мерцал неясный кристаллический свет.
Хань Ли сделал хватающее движение рукой — и несколько неизвестных кристаллических нитей длиной примерно в локоть мгновенно оказались в его хватке, окутанные клубком зелёного света.
Он провёл по ним мысленным взором!
Лицо Хань Ли едва заметно изменилось. Он поднял руку и бесшумно погрузил палец в зелёное сияние, коснувшись одной из кристаллических нитей.
Предстал жуткий вид!