Скоро Цзян Чэнь добрался до прославленной Башни Нуньюй.
В отличие от других заведений подобного типа, Башня Нуньюй по своему размаху совершенно не походила на обычный дом утех — скорее, это был роскошный садовый ансамбль.
Даже привратники у входа были исключительно воинами императорского уровня. Цзян Чэнь мысленно присвистнул.
Больше всего его поразило то, что, в отличие от прочих подобных мест, Башня Нуньюй отличалась поразительной сдержанностью — никаких кокетливых красоток у входа, не цепляющих гостей за рукава и не подмигивающих им.
Общий облик заведения выглядел изящно и утончённо, без тени пошлости.
— Похоже, Башня Нуньюй и впрямь заведение особого класса, — Цзян Чэнь раньше никогда не бывал в подобных местах, но ради сбора информации стиснул зубы и шагнул внутрь.
За внутренними воротами к нему с улыбкой вышел человек: — Молодой сударь, желаете выпить вина или...
— Слышал, что Башня Нуньюй пользуется широкой известностью, и решил взглянуть собственными глазами. Сначала найдите мне место потревожнее, чтобы выпить пару чашек и почувствовать атмосферу.
Цзян Чэня, разумеется, никакие лисицы-женщины особо не интересовали.
Заведение вело дела по строгим принципам: не стало расспрашивать Цзян Чэня о его положении и не проявило пренебрежения лишь потому, что он пришёл один.
Вскоре ему нашли место у окна. За окном раскинулось озеро — лёгкий ветерок рябил поверхность воды, и вид был чрезвычайно приятным.
— Молодой сударь, вот ваше вино. А также деликатесы, которые вы заказывали.
Цзян Чэнь кивнул.
— Молодой сударь, вы пьёте в одиночку — может быть, позвать кого-нибудь из девушек составить вам компанию?
Цзян Чэнь улыбнулся: — Когда понадобится, сам попрошу.
Ему никакие спутницы были не нужны.
Один, с бутылкой вина, он устроился за столом и стал неторопливо выпивать, одновременно расширяя божественное сознание, чтобы понаблюдать за всеми окружающими гостями.
Все посетители, судя по виду, были людьми не из последних.
В такое место обычные разрозненные культиваторы не заходят. Те, кто всё же решался прийти, должны были занимать среди разрозненных культиваторов заметное положение.
Однако, чуть прислушавшись, Цзян Чэнь не извлёк из наблюдений ничего полезного.
Ни на одном из лиц гостей не было написано, что они принадлежат к Десяти Божественным Царствам.
Цзян Чэнь не торопился. Примерно через четверть часа за дверью вошла ещё одна группа — и немаленькая.
Когда Цзян Чэнь разглядел лица вошедших, он был по-настоящему удивлён.
Эти люди оказались теми самыми талантами из Многослышащего Божественного Царства, которых он видел на Острове Дунъянь. И вот эти таланты тоже оказались в Городе Чудес на Островах Голубого Дыма!
Эти люди не пересекались с Цзян Чэнем в Чёрных Кошмарных горах, а он к тому же изменил свой облик, — так что эти так называемые таланты не обратили на него никакого внимания.
Цзян Чэнь мысленно посчитал: вошло человек двенадцать — тринадцать. По сравнению с прошлым разом их было явно меньше, но зато появились некоторые более зрелые лица.
Цзян Чэнь предположил, что это таланты из Восеми Великих Семейств Многослышащего Божественного Царства. Некоторые выглядели старше тех, кого он видел в прошлый раз, — видимо, их возраст был примерно таким же, как у самого Цзян Чэня, или даже чуть больше.
Те наследники Восеми Великих Семейств, что появлялись на Острове Дунъянь в прошлый раз, были подростками — десяти- или двадцатилетними, — и ни одному не было и тридцати.
Эта группа, очевидно, заранее забронировала отдельный кабинет и направилась прямиком туда.
Совпадение: кабинет, в который они ушли, располагался довольно близко от места Цзян Чэня. Любые звуки оттуда он мог отчётливо слышать.
Цзян Чэнь не подал видом, будто заметил этих людей.
Но божественное сознание он слегка расширил, прислушиваясь к их разговору.
И действительно, те, пылкие и воодушевлённые, обсуждали ситуацию с тремя семьями из Восеми Великих Семейств — Куан, Сюэ и Сюань.
По их тону было ясно, что они испытывают злорадное удовольствие. Несомненно, отношения между Восемью Великими Семействами были далеки от дружеских.
— Ха-ха! Говорят, эти три семьи подали жалобу властям Города Чудес. Мол, Город Чудес не придаёт должного значения их объявлению о розыске.
— Эти трое, видимо, спятили с ума! Совершенно позорят лицо нашего Многослышащего Божественного Царства!
— Верно ведь! Какие ещё права на скандал? Столько времени прошло — а все три семьи бесполезны? Убийцу так и не поймали! Сколько нужно быть властителем чудес, чтобы исчезнуть, как будто его и не было!
— Чем дольше тянется, тем хуже. По-моему, если это затянется, весь Остров Ваньюань будет над ними смеяться.
— Не «будет», а уже смеётся!
В их голосах преобладали насмешки. Очевидно, им было совсем не жаль тех трёх семей — скорее, забавно.
— Кстати, этот Цзян Хуан — кто он вообще такой? Даже на Острове Дунъянь не смогли установить его происхождение. А единственные люди, с кем он там общался, исчезли с Острова Дунъянь. Как будто их никогда и не существовало.
— Какая разница, кто он! Ясно одно — он не из последних. Иначе убить Куан Жуна и Сюань Жуя было бы куда как непросто.
— Собственно, нам повезло. Если бы мы столкнулись с ним, наш конец мог бы оказаться не лучше, чем у Куан Жуна и Сюань Жуя.
— Пф, не равняйте нас с теми неудачниками! На мой взгляд, они просто жалкие люди, и дело совсем не в том, что Цзян Хуан такой уж сильный.