Секта Бури не действовала по правилам, и Цзян Чэнь, надо признать, начинал нервничать.
Теперь, даже если бы Цзян Чэнь и хотел дать Секте Бури решительный бой, нет никакой гарантии, что та пошла бы ему навстречу.
Секта Бури открыто не гнушалась никакими средствами — делала всё, чтобы противнику было максимально противно.
Такой противник был куда труднее, чем обозлённый город Данхуо в своё время.
……
Штаб-квартира Секты Бури — пещерное святилище, где обитал её глава, — была окутана тайной и призрачностью. Даже восемь Владык Дхармы без вызова не имели права сюда являться.
В данный момент в пещерном святилище главы Секты Бури по обе стороны от него стояли две фигуры, словно два стражника при входе в храм, — почтительно и неподвижно.
— Старец Пэн, Старец Мо, вы служите мне уже много лет, не будьте такими напряжёнными. — Глава Секты Бури махнул рукой, давая понять, что им не стоит стесняться.
Эти двое старцев были самыми приближёнными силами главы Секты Бури. Пожалуй, во всей Секте Бури, за исключением самого главы, мало кто знал об их существовании.
На самом деле эти двое были самыми способными людьми в окружении главы Секты — самыми преданными и близкими ему из его прямых подчинённых.
По значимости в его сердце эти двое старцев далеко превосходили тех восьми Владык Дхармы.
В конце концов, большинство из восьми Владык Дхармы были людьми, которых глава Секты переманил отовсюду — сильнейшие из коренных жителей Человеческой Области.
А эти двое старцев — его прямые, избранные подчинённые.
— Седьмой Господин, мы получили приказ от семьи поддерживать Седьмого Господина. Седьмой Господин — наш хозяин. Между хозяином и слугами есть чёткая грань, и мы не посмели бы ставить себя выше положения.
Эти слова произнёс слегка полноватый Старец Пэн.
Другой — более худощавый, с загорелой кожей Старец Мо — лишь слегка кивнул. Этот старик, казалось, был молчалив от природы.
Тот, кого они называли «Седьмым Господином», был не кто иной, как сам глава Секты Бури.
— Старец Пэн, за эти дни ты тайно и явно исследовал Человеческую Область, должно быть, собрал достаточно сведений? Есть ли какие-нибудь зацепки? — Глава Секты Бури посмотрел на Старца Пэна.
Старец Пэн поспешно ответил: — Сведений собрано немало. В целом можно сказать, что нынешняя Человеческая Область переживает самый слабый период с древнейших времён. Однако её слабость — лишь видимость. На самом деле в Человеческой Области до сих пор сохранилась целая группа тяжеловесов Небесного Уровня. Просто они все изображают мёртвых, годами пребывают в глубокой медитации, словно в подлинном забытьи, и вовсе не показываются на людях. Нынче в Человеческой Области господствует мнение, что пик Императорского Уровня — это максимум возможного. Большинство боевых артистов считают, что в Человеческой Области нет тяжеловесов Небесного Уровня.
— Разумеется, это мнение не обязательно ошибочно. Тяжеловесы Небесного Уровня в мире сохранились единицы, и эти люди совершенно не вмешиваются в дела Человеческой Области. Поэтому фактически они существуют лишь номинально — разницы между их присутствием и отсутствием почти нет.
Глава Секты Бури слегка кивнул: — Человеческая Область пришла в такой упадок, что от древних духовных жил сохранилась лишь десятая часть. Тяжеловесы Небесного Уровня поступают мудро, не показываясь на людях. Стоит им выйти на свет — и это лишь ускорит расход их сил и приблизит конец их жизненного срока.
— Хо-хо, при такой стратегии разница лишь в том, умрёшь ты чуть раньше или чуть позже. Их выбор — это самообман. Если духовные жилы Человеческой Области не смогут восстановиться и вернуть былое величие эпохи древности, им придётся медленно угасать, продолжая изображать мёртвых.
В голосе Старца Пэна звучала нотка насмешки. Очевидно, он презирал тех скрытных тяжеловесов Небесного Уровня в Человеческой Области.
— Это вполне понятно, и к такому подходу можно отнестись с сочувствием. — Глава Секты Бури кивнул. — Их нежелание действовать — для нас только к лучшему. По крайней мере, в наших планах будет меньше препятствий.
— Седьмой Господин, этих людей можно презирать, но нельзя игнорировать. Если они узнают о нашей цели, эти типы могут начать действовать как бешеные псы. Лучший для нас вариант — не давать им узнать, зачем мы здесь.
Глава Секты Бури задумался на мгновение и кивнул в знак согласия: — Ты прав, цель ни в коем случае нельзя раскрывать. И к тому же нам необходимо ускоряться. Когда другие силы с Острова Ваньюань начнут одна за другой снимать запреты и вторгаться, преимущество нашей семьи Сяоху станет не столь заметным. По крайней мере, сейчас наш клан Сяоху вернулся в Человеческую Область первым.
Этот глава Секты Бури оказался Седьмым Господином клана Сяоху с Острова Ваньюань.
Если бы Цзян Чэнь присутствовал здесь, он сразу бы определил, что глава Секты Бури — представитель семьи Сяоху, заклятых врагов Хуан'эр.
Разумеется, Седьмой Господин семьи Сяоху — это отнюдь не самый ключевой ученик клана и уж точно не тот, для кого Хуан'эр должна была стать духовным котлом для культивации.
Однако, будучи членом семьи Сяоху, был ли он именно тем человеком или кем-то другим — разница не столь велика.
Седьмой Господин семьи Сяоху привёл с собой свиту и, украдкой, используя различные Божественные Способности, сумел вернуться в Человеческую Область и скрыться.
Подобно тому, как некогда Старец Шунь тайно вернулся в Человеческую Область вместе с Хуан'эр, Седьмой Господин Сяоху точно так же пробрался сюда потихоньку.
На самом деле на Острове Ваньюань действовал запрет.
Людям с Острова Ваньюань без специального разрешения категорически запрещалось самовольно возвращаться в Человеческую Область.