Грузовой лифт медленно поднимался и остановился на шестом этаже.
Серебристо-серые двери лифта открылись перед
Яркий свет отражался от напольной плитки. Коридор был безупречно чистым — ни малейшего мусора.
— Экспериментальный корпус на восточном кампусе тоже выглядел примерно так же, только там не горел свет.
Чэнь Гэ вперился взглядом в стеклянную вставку двери — оттуда на него смотрело собственное отражение.
— Кажется, я уже бывал здесь, но почему ничего не помню? — Чжан Цзюй слегка приподнял голову и тоже увидел в стекле своё лицо. Огонь изуродовал кожу, оставив на ней рубцы и неровности; одно лишь зрелище вызывало отвращение.
Он потёр затылок, словно пытался что-то вспомнить.
— Ничего, что не помнишь. У меня тоже бывает такое чувство — приходишь в новое место, никогда тут не бывал, а кажется знакомым, будто видел во сне. — Чэнь Гэ положил руку на плечо Чжан Цзюй; тёплое, уверённое прикосновение развеяло его тревогу.
— Спасибо, учитель, я в порядке. Но я точно уже был здесь. — Чжан Цзюй добавил: — Не во сне, а наяву. У меня в голове смутно сохраняются какие-то воспоминания — они похожи на огромный обугленный комок мяса. Нужно продираться сквозь кровавую мякоть на поверхности, чтобы разглядеть их.
— Метафора выразительная. — Чэнь Гэ отметил, что Чжан Цзюй отличается от остальных детей — его память каким-то образом сохранила слишком многое. — Ну, давай сначала заглянем в анатомический зал.
Чэнь Гэ велел Чжан Цзюй вести, и вскоре в самом конце длинного коридора они обнаружили анатомический зал.
— Огонь выключен, внутри никого нет. — Чжу Лун приложился к окошку на двери анатомического зала и заглянул внутрь; в свете коридора он различил ряд холодных металлических столов для вскрытия.
Одного взгляда на них было достаточно, чтобы его тело начало мелко дрожать — это было что-то вроде инстинкта.
— Бай-лаоши, мы войдём? —
— Подождите! — Это был не Чэнь Гэ, а Чжу Лун, прильнувший к двери. — Раз уж мы здесь, стоит заглянуть внутрь.
— Двери заперты. Мы пойдём к администрации и скажем, что хотим войти в анатомический зал искать потустороннее? Хватит шутить! — Чжоу Ту ощутил, что клуб, в который он вступил, — это что-то совсем ненормальное. Он больно прикусил кончик языка. На деле он испытывал тревогу с самого момента поступления в эту школу; несколько дней подряд один и тот же сон изводил его до предела.
Перед другими он всё ещё умудрялся сохранять видимость спокойствия, притворяясь, что всё в порядке, но на самом деле был уже на грани срыва.
— Странная школа, а клуб ещё страннее.
— Без надобности, у меня есть ключи. — Чэнь Гэ извлёк из кармана большую связку ключей. — Мои полномочия куда шире, чем вы себе представляете.
Ни один из членов клуба не ожидал, что у Чэнь Гэ окажется столько ключей, — все были ошеломлены. Никто не обратил внимания на то, что номера на наклейках отличались от тех, что были на западном кампусе; на некоторых ключах даже виднелись пятна крови.
Чэнь Гэ встал спиной к ученикам, загородив собой дверь. Одной рукой он шумно перебирал связку ключей, а другой незаметно достал хирургический скальпель и проволоку, которые заранее припрятал в мастерской.
Он и не думал вскрывать дверь ключом — по своей профессии видел немало замков и побывал во многих школах, так что вскрытие замков давалось ему без особого труда.
Прошла минута, и на лбу Чэнь Гэ выступили капли пота.