Лёжа на больничной койке в психоневрологическом центре,
— Днём человек был в порядке, а к вечеру так заболел? — Цзо Хань вернулся на свою койку, сев на значительном расстоянии от Чэнь Гэ. — Я изучаю судебную медицину, столько лет учусь, но ни разу не слышал, чтобы частое воздействие раздражителей активизировало память.
— Судебные медики работают с мертвецами, а у живых всё может быть сложнее.
— Ты хоть знаешь, какая у тебя была температура, когда случился приступ? Единственное, что отличало тебя от трупа, — это сердцебиение. — Изначально Цзо Хань хотел объединиться с Чэнь Гэ и вместе сбежать отсюда, но постепенно понимал, что его сосед по палате очень опасен — в любой момент может прикончить и его самого.
По мнению Цзо Хань, дело было не только в болезни — Чэнь Гэ, казалось, хранил в себе ещё какие-то тайны.
«Неужели эта больница проводит эксперименты над людьми?» — Цзо Хань пытался найти ответ, опираясь на свои знания, но чем глубже копал, тем больше запутывался. Научно объяснить состояние Чэнь Гэ было невозможно — это уже выходило за рамки науки и переходило в область потустороннего.
— Цзо Хань, можешь рассказать мне пару страшилок? Самых жутких. — Чэнь Гэ лежал на койке, повернув голову в сторону Цзо Хань, с выражением полного ожидания на лице.
— Ты что, совсем спятил? Какие ещё страшилки? — Цзо Хань выдал это не задумываясь — он понимал, что совершенно не может разобраться в Чэнь Гэ. — Посреди ночи больной сидит и просит соседа рассказывать ему страшилки. Ты хоть представляешь, в каком состоянии нужно находиться, чтобы такое говорить?
— Я просто хочу проверить — сможет ли страх помочь мне вернуть память.
Услышав это, Цзо Хань не мог не признать, что в словах Чэнь Гэ есть некоторая логика. Уголок его глаза дернулся, и он рассказал Чэнь Гэ несколько страшилок, которые знал сам.
— Чувствуешь хоть каплю страха?
— Нет, твои истории вообще меня не заводят.
— Кто вообще от страшилок заводится?! — Цзо Хань вскочил с койки и потащил её подальше от Чэнь Гэ, остановившись только у двери.
На таком расстоянии, если Чэнь Гэ решит напасть, он сможет тут же распахнуть дверь и выскочить наружу.
— С тобой когда-нибудь случалось что-нибудь по-настоящему страшное?
— Да. Меня заперли в психиатрической больнице, и сосед по палате по ночам просит рассказывать ему страшилки. — Цзо Хань абсолютно не мог понять поведения Чэнь Гэ — ни с медицинской, ни с какой-либо иной точки зрения это не объяснялось.
— Твои страшилки вообще не пугают. Может, лучше... — Чэнь Гэ с трудом поднял руку. — Сыграем в какую-нибудь спиритическую игру? Типа Писца или Тарелочки?
Раздумывать не пришлось — некоторые вещи были впечатлены в его плоть, и Чэнь Гэ прекрасно знал эти слова.
— Ты что, потерял память? Почему ты так хорошо разбираешься во всех этих странных штуках? — Цзо Хань уловил неувязку.
— В моей памяти я был владельцем дома ужасов, но врач говорит, что я присвоил себе чужую личность — всё это выдумка.
— Врач, может, и обманывает тебя. Учитывая все твои жуткие выходки сегодня вечером — ты жаждешь острых ощущений, тебе нравится страх, ты знаешь всяких Писцев и Тарелочек и прочие жуткие игры, — вполне возможно, ты и правда когда-то держал дом ужасов! — Цзо Хань задумался, почёсывая подбородок.
— Зачем мне врачу врать?
— Откуда мне знать?
— Давай тогда сыграем в Писца? Я должен постепенно начать вспоминать.
— Не буду. Ручки нет.
— А Тарелочка? Ещё есть одна жуткая игра — «спина к спине». Один лежит на кровати, а второй прячется под ней... — Как только Чэнь Гэ пытался задуматься глубже, мозг словно разрывался пополам, поэтому и слова, и поступки его были чисто инстинктивными.
Цзо Хань больше не разговаривал с Чэнь Гэ. С холодным лицом он лёг на бок, повернувшись спиной, и стал размышлять, как выбраться из больницы.
Пролежав так некоторое время, Цзо Хань почувствовал непонятную тревогу. Он вспоминал слова Чэнь Гэ и не мог избавиться от ощущения, что что-то здесь не так. «А вдруг он притворяется? А вдруг он уже стоит у меня за спиной?»
Шея покрылась мурашками. Цзо Хань резко обернулся — Чэнь Гэ уже спал.
— Спит — выглядит как нормальный человек. Трудно поверить, что он говорил такие жуткие вещи.
Палата замерла. Часа через два ночи из какого-то уголка больницы раздался странный звук — будто что-то взорвалось.
Чэнь Гэ и Цзо Хань мгновенно проснулись. Не успели они понять, что произошло, как из коридора донеслись шаги.
— Кто-то идёт!
Дверь палаты тихо постучали дважды. Чэнь Гэ и Цзо Хань не успели подойти, как шаги снова затихли.
Когда Цзо Хань распахнул дверь, в коридоре не было ни души. — Кто стучал?
— Кстати, вчера ночью, когда ты вышел проверять, тут тоже кто-то стучал, но один раз. — Чэнь Гэ заметил, что когда вспоминал события после пробуждения в больнице, голова не болела, но стоило копнуть глубже — вспомнить то, что было до потери сознания, — и в мозгу начинало рваться на части.
— Вчера один стук, сегодня два? Похоже, кто-то нарочно приходит сюда и делает это не случайно. — Цзо Хань пристально посмотрел на Чэнь Гэ. — Ты, случайно, не знаешь кого-нибудь ещё из пациентов этой больницы?
— Не помню. С тех пор как я попал сюда, я, кажется, терял сознание много раз. После каждого пробуждения воспоминания перед обмороком стирались.
— А может, дело вот в чём? Больница пытается сделать из тебя «нормального человека» по своим меркам, но каждый раз лечение проваливается, и приходится снова и снова «перезагружать»? — Чем больше Цзо Хань думал, тем убедительнее это звучало. — Подобных курсов ты, возможно, прошёл уже множество — просто сам не осознавал этого.
— Но при чём тут тот, кто стучит? — Чэнь Гэ лежал на койке, стараясь не думать и восстанавливать силы.
— А вдруг ваша с ним связь — такая же, как между мной и тобой? — Цзо Хань неожиданно для самого себя предположил. — Он, наверное, был твоим бывшим соседом по палате. Тебя «перезагрузили» из-за неудачного лечения, а он спрятался. Стук — это, может, какой-то ваш сигнал. Или он пытается тебе что-то передать?
— Логично. — Чэнь Гэ кивнул.
— Завтра вечером он, возможно, снова появится. Мы попробуем выйти с ним на контакт.
— Хорошо.