— Давай! — низко зарокотал здоровяк. Каменная печать, вращаясь, засветилась ярким блеском и обрушилась на далёкое радужное сияние.
Два летящих меча тоже превратились в красный и белый метеоры, пронзающие небо, и ринулись следом за печатью.
Каменное сокровище оказалось и впрямь недюжим — ещё не долетев до сияния, оно уже издало приглушённый гул, похожий на раскаты грома и шум ветра. А затем раздался оглушительный грохот, и огни самых разных оттенков мгновенно сплелись воедино, так что земля рядом чуть вздрогнула.
Увидев такую мощь каменной печати, двое других на мгновение тронулись улыбкой. Но улыбка тут же застыла на их губах.
Потому что в переплетении огней семицветное сияние вдруг вспыхнуло с удвоенной силой, и свет трёх сокровищ мгновенно оказался подавлен сиянием. А затем из сияния донёсся звонкий клич — и все три сокровища были одновременно отброшены прочь.
В ужасе трое поспешили вернуть контроль над своими сокровищами и переглянулись.
Мощь этой запретной системы, похоже, превосходила все их ожидания.
Здоровяк фыркнул и уже хотел было что-то сказать, когда всё окружающее сияние вспыхнуло и окрасилось в пунцово-красный цвет.
Трое опешили, ещё не успев понять, что происходит. А над запретной системой бесчисленные облака огня начали собираться и клубиться.
Столб жаркого воздуха мгновенно заполнил всё пространство вокруг сияния.
— Что это за штука?! Ведь говорили, что эта запретная система не обладает атакующей силой! — в ярости и ужасе вскричал здоровяк со шрамом на лице.
Но двое других не имели времени отвечать, потому что огненные облака уже, не церемонясь, обрушились вниз.
На этот раз трое, включая здоровяка, в ужасе погнали свои сокровища, торопливо закрывая тела защитными барьерами, и суетливо хлопали себя по телу целой серией защитных талисманов. На них вспыхнули и засветились барьеры различных стихий.
Багровые облака мгновенно поглотили всех троих.
Несколько мгновений спустя из огненных облаков раздались три пронзительных вопля, а потом воцарилась тишина.
Ещё через какое-то время облака рассеялись сами собой, сияние тоже улеглось и рассеялось, и на месте груды камней не осталось ни души.
Лишь три сокровища лежали на земле, их свечение было едва заметно, словно они утратили весь свой дух.
……
Культиваторов, столкнувшихся с бедой сразу же после входа в Долину Падших Демонов, было немного — семь-восемь групп. Но погибших оказалось больше половины.
В долине любая неожиданность могла стоить жизни. Среди погибших был даже культиватор Насления Души из средней секты — его внезапная неосторожность стала причиной гибели под пространственной трещиной.
Хань Ли не знал, что случилось с другими, но в самом опасном месте Тяньнаня он, разумеется, двигался с максимальной осторожностью.
Однако сейчас он был полон радости и удивления.
Над пустынной равниной он стоял, заложив руки за спину, широко распахнув глаза и уставившись вперёд. В его зрачках переливался синий свет, слепящий и ослепительный.
Со стороны казалось, что Хань Ли с голубовато-светящимися глазами выглядит каким-то сверхъестественным. Но Хань Ли не было дела до этих мыслей.
Впереди не было ничего — даже после сканирования духовным восприятием всё казалось абсолютно нормальным.
Но при полном использовании Духовного Глаза Мингцин Хань Ли увидел расплывчатую светящуюся дугу длиной в несколько чи, мерцавшую слабым светом примерно в десяти чжанах впереди.
Хань Ли глубоко вздохнул и постепенно ослабил голубое свечение в глазах. Лицо его стало непроницаемым.
Теперь он мог быть абсолютно уверен: его духовная способность действительно позволяла обнаруживать невидимые пространственные трещины, которые невозможно уловить с помощью духовного восприятия.
Это открытие, по крайней мере, не дало пропасть столь большому количеству духовной жидкости, потраченному на приготовление очищающей воды Мингцин для промывания глаз столько времени.
Теперь его жизнь в Долине Падших Демонов была значительно более защищена. Единственная проблема заключалась в том, что Духовный Глаз Мингцин мог обнаруживать такие трещины только при полном напряжении. Стоило немного расслабиться — и трещина могла ускользнуть от внимания.
Расход духовной силы на использование Духовного Глаза Мингцин был ничтожен. Но если бы он оказался рядом с Нань Лун-хоу и те заметили аномалию в его глазах — вот это было бы серьёзной проблемой.
Он не хотел, чтобы кто-либо знал о такой его способности.
Хань Ли задумался, опустив голову, но уже через минуту пришёл к решению.
Он хлопнул по мешочку для хранения, и в его руках мгновенно появилось блестящее изумрудное одеяние.
Это одеяние было не обычной одеждой — одним из трофеев, добытых Хань Ли в былые времена, верховым духовным инструментом.
Его единственная способность заключалась в том, что оно скрывало лицо и не позволяло другим заглянуть внутрь.
Конечно, для поддержания этого эффекта нужно было непрерывно вливать в одеяние духовную силу, к тому же разница в уровне между наблюдателем и владельцем одеяния не должна была быть слишком велика.
Хань Ли полагал, что если надеть это одеяние, то, за исключением, быть может, учёного-конфуцианца по фамилии Чжун и Уй Уя, которые ещё смогут проникнуть сквозь покров, остальные культиваторы в долине не смогут заметить аномалию в его глазах.
Одев одеяние, Хань Ли ещё раз спокойно взглянул на едва различимую пространственную трещину и ринулся прочь в виде изумрудного луча.
……
В густом лесу, поросшем древними великанами, высокая женщина с обычной, ничем не выделяющейся внешностью летела низко над землёй.
Её лицо было совершенно непримечательным, но глаза — невероятно ясными и выразительными. Взгляд её то и дело метался из стороны в сторону, словно она что-то искала.
Ещё через какое-то время женщина наконец проскользнула сквозь лес и остановилась на противоположном краю, остановилась и замерла с задумчивым выражением лица.
— Похоже, и здесь нет. Нет пометки, оставленной старейшиной Секты Призрачного Духа. Значит, она должна быть в другом месте. Но заставить меня первой найти пометку, а потом ждать его какое-то время — что это должно значить? Неужели у него в Долине Падших Демонов есть какие-то другие цели? — женщина подняла голову и, глядя на желтовато-туманное небо, пробормотала, и в её ясных глазах мелькнула растерянность.
Внезапно её тонкие брови дёрнулись — фигура мелькнула, и она мгновенно отступила обратно в лес, одновременно скрывая дыхание и накладывая на себя несколько маскировочных заклинаний. Укрывшись под огромным деревом, она замерла без движения.