Благодаря поразительной скорости Хань Ли и ветрохода всего за несколько мгновений они проникли более чем на сто ли вглубь Муланьской степи.
Хань Ли, одновременно активируя кровавую мантию и несясь в облаке кровавого сияния, бросал взгляды назад — на его лице появилось выражение лёгкого удивления.
Он уже выпустил из мантии всю её мощь, однако не только не смог оторваться от преследующей его чудовищной повозки, но даже позволил ей сократить расстояние на целую треть. Ничего удивительного, что даже Старейшина Юнь со своим средним уровнем Ин юань мгновенно изменился в лице, лишь завидев приближение ветрохода.
Ветроход и впрямь оказался транспортной драгоценностью высшего класса. Похоже, без молниевого ухода или кровавой теневой техники от него не оторваться.
Однако с тех пор, как Хань Ли завершил выращивание своего Ин юань, ему ни разу не доводилось сражаться с культиватором той же ступени. Несмотря на достаточную уверенность в своих способностях и сокровищах, о собственной силе среди культиваторов Ин юань он понятия не имел.
Среди культиваторов Ин юань поединки — явление отнюдь не рядовое. За все годы, что он состоял в Лоюньской секте, оба Старейшины лишь рассказывали ему о методах культивации, но ни разу не вступали с ним в настоящий бой. А в Тяньтяньском городе маркиз Наньлун также ограничивался лишь спаррингами через духовное восприятие — проверить свой истинный уровень так было невозможно.
Похоже, фахши в ветроходе позади — отличный противник для измерения собственных сил. К тому же он испытывал немалый интерес к духовным способностям фахши.
Если удастся отбросить или даже убить противника — прекрасно. Если нет — воспользоваться Крыльями Ветра и Молнии для побега тоже не составит труда.
Затягивать поединок не следовало — промедление порождает непредсказуемость. А уж тем более нельзя цепляться за бой, находясь в самом сердце Муланьской степи.
Мысленно всё быстро просчитав, Хань Ли немедленно заставил кровавое сияние вспыхнуть несколько раз, после чего оно быстро погасло. Ему на смену взорвалось зеленоватое туманное сияние.
Одновременно он остановился в полёте, описал широкую дугу и развернулся лицом к преследователям.
Холодно взглянув на приближающийся белый свет, Хань Ли взмахнул рукавом — десятки зелёных мечей хлынули наружу. После тихого звона они выстроились перед ним чешуйчатыми рядами, образуя зелёную мечевую формацию, чьё величие было весьма впечатляющим.
Первый поединок с другим культиватором Ин юань — Хань Ли, разумеется, не стал относиться к этому легкомысленно. Помимо семидесяти двух мечей из зелёного бамбука, выпущенных в полном объёме, он поднял в воздух сумку для духовных зверей, пристёгнутую к поясу.
Золотопожиратели трёх цветов слились в громадное облако насекомых в небе, но по воле заклинания Хань Ли все жуки завертелись и обрушились вниз.
Глаза Хань Ли вспыхнули ярким блеском, он поднял обе руки, и два зелёных заклинательных знака вонзились прямо в облако жуков.
Тут же облако насекомых, окутанное зелёным сиянием, навалилось на Хань Ли и полностью поглотило его.
Однако через мгновение на теле Хань Ли проступила жуковая броня трёх цветов — кристально чистая, древняя и величественная, мерцающая мягким зелёным светом.
Стоило Хань Ли задержаться, как ветроход тут же нагнал его — фахши внутри воочию увидели, как формируется жуковая броня.
Бесстрастно преследовавшая его повозка мгновенно замедлилась и остановилась на расстоянии более ста чжанов.
Хань Ли, не выражающий ни малейших эмоций, лишь взглянул на неё и не стал реагировать. Вместо этого он перевернул ладони — в одной появилась корзинка, а в другой всплыл маленький колокольчик.
Не произнеся ни слова, он швырнул колокольчик навстречу. Серебряный свет вспыхнул, и колокольчик на ветру начал расти, мгновенно превратившись в гигантский предмет размером в несколько чжанов, который с угрожающим рёвом помчался прямо на противника.
В тот же момент Хань Ли мысленно дал знак — семьдесят два клинка перед ним вспыхнули призрачными отражениями, и каждый разделился на три, превратившись в более двухсот зелёных мечей.
Хань Ли тихо произнёс: «Вперёд!»
Ясный звон разнёсся повсюду — все мечи сомкнулись, образовав единую волну из зелёного сияния протяжённостью в более ста чжанов, которая катилась прямо на противника. Весь замысел был очевиден: следуя за серебряным колоколом, одним ударом превратить ветроход в щепки.
Серебряный колокол, выпущенный первым, уже начал проявлять свою мощь. Едва оказавшись над ветроходом, он завертелся на месте, и глубокие звонкие волны, одна за другой, полились наружу. Видимые глазу светло-серебристые ряби, расходясь концентрическими кругами от колоссального колокола, накатывались вниз, накрывая ветроход.
Если бы колдуны в ветроходе не были готовы к этому, Хань Ли был уверен, что этот удар хватил бы их изрядно.
Ведь серебряный колокол, хотя и оставался прежним древним сокровищем и внешне не изменился, после того как сила Хань Ли значительно возросла, при применении обрёл почти двойную мощь — и теперь его было совершенно невозможно сравнить с тем, как он действовал на стадии образования Зародыша.
Конечно, колдуны в ветроходе не могли принять этот удар напрямую.
Достаточно было деревянным крыльям ветрохода слегка дёрнуться — и тот мгновенно отлетел назад на десяток чжанов, оказавшись как раз за пределами действия звуковых волн.
Затем с ветрохода вспыхнул яркий белый свет, и из него внезапно вылетела человеческая фигура, зависшая над ветроходом. В тот же миг зелёная дуга, следовавшая за серебряным колоколом, уже достигла ветрохода и обрушилась на него сверху.
Увидев это, фигура над ветроходом, не теряя самообладания, подняла одну руку.
Вспыхнул синий свет, и толстый слой тёмно-синей световой завесы возник на нескольких чжанах над его головой. В тот миг, когда зелёная дуга врезалась в завесу, раздался оглушительный треск взрыва.