Однако Хань Ли не просто стоял без дела. Он одновременно встряхнул оба рукава, и из них посыпалась густая россыпь талисманов, закружившихся вокруг него вверх и вниз. Серебристые руны мелькали, то появляясь, то исчезая.
Эти талисманы выглядели загадочно до предела, и было их целых сто восемь штук.
Хань Ли сложил руки в печать и быстро указал пальцами в сторону отдалённого грозового облака. Лицо его стало необычайно сосредоточенным!
Немедленно талисманы обратились в более чем сто серебристых потоков света, вспыхнули — и бесследно исчезли перед Хань Ли.
В следующее мгновение над огромным грозовым облаком мелькнул серебряный свет, и сто восемь серебряных талисманов явились в воздухе.
Они быстро закружились и загадочным образом выстроились в необычный узор, точно накрыв собой грозовое облако внизу.
По знаку Хань Ли талисманы одновременно взорвались, и возникла массивная серебристая световая формация.
Внутри формации проступало призрачное подобие огромного дворца, словно это было место не из мира смертных.
Дворец целиком сиял серебряным блеском, бесчисленные руны кружились и танцевали по его стенам, а из глубины едва слышно раздавалась небесная музыка, наполняющая душу умиротворением.
Но стоило прислушаться повнимательнее — и звуки немедленно рассеивались, не оставляя и следа.
Увидев, что формация сложилась, Хань Ли обрадовался и поспешно направил магию, заставляя её медленно опускаться.
В этот момент из грозового облака раздался оглушительный рёв.
После нескольких потрясающих раскатов грома зелёное облако начало бурно клубиться, и внезапно несколько молний, толщиной с бочку, прорвали облако и с силой вырвались наружу.
Эти молнии были столь массивны, что, несколько раз прокрутившись среди туч, они казались великанами-драконами, свирепо реющими в облаках.
Всего за мгновение огромное грозовое облако было рассеяно в грохоте.
Как только облако исчезло, молнии тоже растворились.
Вдалеке снова проступил Мрачный Громозверь.
Теперь зверь выглядел жалким и измождённым: чешуя на теле потускнела и утратила блеск, а открытые участки кожи были обуглены до черноты. Лишь рог на голове по-прежнему сиял серебром, а тонкие нити электричества продолжали клубиться вокруг него.
Только что гигантские серебряные молнии, несомненно, были выпущены этим рогом.
Но ещё сильнее Хань Ли поразило то, что стоило зверю появиться, как он тут же разинул пасть и выплюнул клуб красноватого света.
В свете мелькнули золотые отблески, и три жука, жужжа и гудя, вырвались наружу — это были его жуки-пожиратели золота.
Они были насильственно вытолкнуты из тела зверя при помощи Магической силы.
Подобное умение заставило Хань Ли похолодеть.
Когда жуки-пожиратели золота случайно оказались внутри тела зверя, он обрадовался и невольно подумал убить чудовище. Но теперь, увидев это, он понял, как наивна была его мечта, и тут же отбросил эту мысль.
Хань Ли обвёл взглядом окрестности и заметил свой Зелёный бамбуковый меч пчелиных облаков, парящий у ног Мрачного Громозверя и излучающий слабый золотистый свет.
Видимо, пока Громозверь справлялся с одновременным нападением грозового облака и жуков, он не нашёл времени обратить внимание на меч и просто отбросил его.
Впрочем, меч и не мог угрожать ему.
Мрачный Громозверь неотрывно смотрел на Хань Ли, и в его глазах ярко горела звериная злоба.
Понеся такие потери, он выглядел так, словно готов был немедленно разорвать Хань Ли на куски.
Но Хань Ли не дал зверю возможности шевельнуться. Одним взмахом руки он отозвал трёх жуков-пожирателей золота: те вырвались из красноватого света и понеслись обратно. Маленький золотой меч дрогнул и тоже внезапно исчез на месте.
Вспыхнув золотым светом, меч с низким гулом появился рядом с Хань Ли и мгновенно скрылся в рукаве.
Жуки-пожиратели золота, прилетевшие следом, были так же убраны.
Мрачный Громозверь замер, а затем пришёл в ярость. Пронзительный вой раздался из его горла, и он уже собирался действовать…
Но в этот момент над его головой мелькнул серебряный свет: массивная формация незаметно опустилась вниз.
При такой громадной формации, нависшей над головой, даже если Громозверь поначалу не заметил её, теперь это было невозможно.
Он поднял голову, увидел формацию, и в его глазах мелькнул испуг, но рог на голове тут же загремел, и толстая серебряная молния ударила вниз.
После оглушительного грохота молния крепко впечаталась в нижнюю часть формации.
Но серебряный свет вспыхнул, и массивная молния ушла внутрь, исчезнув, словно формация её поглотила.
Лиш тогда зверь понял, что дело плохо. Вспышки молнии озарили его четыре конечности, и он мгновенно ринулся прочь, пытаясь вырваться отсюда.
Но для зверя было уже слишком поздно.
Формация в воздухе повернулась — и с вспышкой загадочным образом исчезла.
Громозверь пролетел всего десяток с лишним чжанов, как вдруг перед его глазами вспыхнул серебряный свет, и он очутился в светящейся белой дымке. Оглянувшись по сторонам, он увидел вдалеке смутные очертания высоких стен и дворцов, башен и павильонов, рядов за рядами — словно их было бесчисленное множество.
Зверь сначала вздрогнул, но тут же успокоился, ум его стал тих, как вода.
Он жил, и неизвестно сколько тысячелетий; сколько раз его заключали в магические формации — он не мог сосчитать, и обычные ограничения его не беспокоили.
Он поднял шею и взглянул в небо.
Высоко в небе была серебристая мгла, и ничего не разглядеть.