На корабле-башне предводитель мокланов, увидев это, распахнул глаза и воскликнул восторженно:
— Господин, этот парень вот-вот сдастся! Он уже начал отсекать территории своего Малого Космоса!
Две расы противостояли друг другу столько лет, что прекрасно знали всё друг о друге.
Когда воины-кайтяне подвергались разрушительному воздействию сил Мо и были вынуждены отсекать части своего Малого Космоса, это на поле боя случалось сплошь и рядом. Именно поэтому после каждого крупного сражения на поле боя появлялось множество плавучих островов — все они были кусками Малого Космоса, от которых воины-кайтяне были вынуждены отказаться.
Но стоило воину-кайтянину пойти на такой шаг — значит, он загнан в угол. Подобный поступок был равнозначен тому, чтобы пить яд, утоляя жажду: хотя он и позволял временно избежать поглощения силами Мо, фундамент Малого Космоса оказывался повреждён, а мощь резко падала. На хаотичном поле боя это нередко приводило к ещё более скорой гибели — обращённый Мо воин становился лёгкой добычей.
Ян Кай ранее показывал себя столь бесстрашным, что число мокланов, павших от его руки, было не сосчитать — он совершенно не выглядел как обычный кайтянин седьмого ранга.
Лишь теперь, когда он отсёк часть территории своего Малого Космоса, мокланы наконец успокоились: этот человек не всесилен — его можно победить, его можно убить.
Когда он когда-то отдал Небесный Источник в Билогуане, Ян Кай уже однажды жертвовал частью своего Малого Космоса. Та разрывающая душу боль до сих пор была у него свежа в памяти.
Если бы не крайняя необходимость, зачем бы он прибегал к подобному?
Однако на этот раз ему необходимо было выглядеть как обычный кайтянин седьмого ранга. Каким бы сильным ни был воин этого ранга, после столь долгих боёв с мокланами полностью противостоять разрушительному воздействию сил Мо было невозможно. Поэтому он ранее столь демонстративно проглотил «таблетку», а теперь не поскупился и на отсечение территории Малого Космоса.
Всё, что он предпринимал, лишь затем, чтобы его грядущий план выглядел абсолютно закономерным.
К счастью, у него теперь было дочернее Дерево Мира. Даже если он отсекал территории Малого Космоса, под воздействием дерева они постепенно восстанавливались с течением времени — так что о необратимом ущербе основам можно было не беспокоиться.
В тот миг, когда он отсёк территорию, разрывающая душу боль вновь пронизала всё его тело, и Ян Кай издал глухой рык, подобно раненому зверю, — всё его тело сотрясалось.
В тот же миг на него обрушились бесчисленные удары, и его швыряло из стороны в сторону; кровь фонтанировала из ран.
Потеря территории Малого Космоса обрушила его силу. Если раньше он демонстрировал боевую мощь, превосходящую обычного кайтянина седьмого ранга, то теперь он был равен обычному воину, недавно вступившему в седьмой ранг Кай Тянь.
При столь скромном уровне культивации и в столь опасной обстановке — как ему было удержаться на ногах?
Мокланы, осаждавшие его со всех сторон, это, несомненно, заметили. Ранее сдержанная осторожность сменилась яростным напором — они ринулись вперёд.
Положение Ян Кая мгновенно стало отчаянным.
Менее чем за время, нужное для сгорания одной благовонной палочки, тёмная энергия вновь окутала его лицо — словно силы Мо вновь обрушились на его Малый Космос.
Однако стоило ему отсечь ещё один плавучий остров, и положение тут же пошло на поправку.
На корабле-башне Хэ Юань молча наблюдал за происходящим, и даже он не сдержал восхищённого вздоха:
— Стойкий парень.
Хотя он и не представлял, какую муку испытывает воин-кайтянин, отсекая часть своего Малого Космоса, это определённо не было чем-то приятным. Обычно на поле боя воин-кайтянин, способный решиться на подобное хоть раз, уже считался невероятно стойким.
А этот молодой человек с копьём повторил это целых два раза за столь короткое время!
Какой же смелости и решимости это требовало! Этот человек был жесток не только к мокланам — к самому себе он был беспощаднее!
Предводитель, который до сих пор уклонялся от боя, неожиданно для всех вызвался добровольно:
— Господин, позволите мне его подобрать?
Ничего удивительного: после двухкратного отсечения территории Малого Космоса аура Ян Кая падала снова и снова — он едва мог удерживать величие седьмого ранга. Ещё одно подобное пожертвование — и он непременно откатился бы обратно на шестой.
Раньше, видя, как Ян Кай неудержимо прёт вперёд, предводитель не решался подходить. Но теперь, когда тот явно был на последнем издыхании, чего было бояться?
Если удастся взять его в плен — это будет заслуга перед областным владыкой.
Хэ Юань лишь холодно фыркнул:
— Ты-то на это способен?
Предводитель тут же замолчал, не решаясь произнести ни слова. Хотя он и не знал замысла областного владыки, по его поведению легко было догадаться: областному владыке этот человек был интересен, и, вероятно, тот намеревался обратить его в послушника Мо. Иначе зачем столько времени тратить на преследование?
На поле боя Ян Кай стоял с растрёпанными волосами — жалкое, измождённое зрелище.
Это отнюдь не была игра — он действительно был на грани краха. Несмотря на наличие дочернего Дерева Мира как страховки, два последовательных отсечения нанесли ему колоссальный урон. После столь продолжительного боя его раны становились всё серьёзнее, а небесная мощь Малого Космоса почти иссякла.
Однако моклан, которого он ждал, всё ещё не появлялся.
Он чувствовал, что таинственный областной владыка на корабле-башне всё это время наблюдал за происходящим, но не проявлял ни малейшего намерения вмешиваться.
Подобная крайняя осторожность говорила о том, что его раны были чрезвычайно тяжёлыми — не имея уверенности в смертоносности первого удара, он естественно не стал бы рисковать.
Раз так, Ян Кай необходимо было подтолкнуть события.
Приняв решение, он стиснул зубы. Яростным взмахом копья отбросив окружающих мокланов, он поставил копьё вертикально перед собой — и его мощь, упавшая до самого дна, начала стремительно подниматься.
Он окинул окружение презрительным взглядом — и его величие возникло словно само собой.
Окружавшие его мокланы, озадаченные этой внезапной переменой, на мгновение замерли и не решались подступиться.