Едва Академия Эрнст открыла свои двери после каникул, Хиллман прибыл в академию, чтобы разыскать Лин Лэя.
У входа в Академию Эрнст Хиллман хмуро ходил взад-вперёд, и было видно, что он полон тревожных мыслей. Правила академии были весьма строгими — посторонний человек без связей и влияния не имел права свободно проникнуть внутрь.
Спустя некоторое время к нему подошли Еру и Рейн, оба в небесно-голубых мантиях.
— Вы дядя Лин Лэя, Хиллман, верно? Я вас видел, — приветливо сказал Еру.
Хиллман раньше встречался с тремя братьями Лин Лэя. Увидев Еру и Рейна, он тут же подошёл к ним.
— Здравствуйте. Я знаю, что вы однокурсники Лин Лэя. Хотел бы спросить — почему Лин Лэй в этот раз не приехал домой на Новый год? Раньше он всегда приезжал.
— Эт... — Еру и Рейн переглянулись.
Его разрыв с любимой девушкой — не самая приятная тема, и рассказывать об этом его старшему было не совсем уместно.
Рейн был быстр на выдумку и с улыбкой пошутил:
— Дядя Хиллман, Лин Лэй целиком увлечён тренировками. Он достиг уровня шестого класса волшебника ещё до прошлой годовой аттестации, а потом снова отправился на Горный хребет Магических Зверей. Ай, он так рвётся ковать себя, что даже не явился на аттестацию. А вот Дикекси как раз дотянул до шестого класса, и люди уже говорят, что он перегнал Лин Лэя.
— Третий брат не обращает внимания на такую пустую болтовню. Кстати, дядя Хиллман, Лин Лэй уехал на Горный хребет Магических Зверей ещё в середине декабря прошлого года. Скоро уже должен вернуться. У вас есть что-то важное? Если да — скажите мне, я обязательно передам ему первым делом, — вежливо сказал Еру.
Хиллман помолчал, выдавил на губах улыбку и покачал головой:
— Нет, ничего особенного. Просто за последние несколько лет Лин Лэй всегда приезжал домой на Новый год. Когда он не появился в этот раз, семья забеспокоилась, вдруг что-то случилось — вот я и пришёл спросить. Раз вы говорите, что Лин Лэй ушёл тренироваться на Горный хребет Магических Зверей, значит, всё в порядке.
— Не переживайте, дядя Хиллман. Когда третий брат вернётся, я заставлю его поскорее поехать домой, чтобы вы успокоились, — тут же добавил Еру.
Однако Хиллман покачал головой:
— Не стоит, не надо торопить Лин Лэя. Пусть спокойно занимается, приедет, когда будет время — мы в деревне никуда не спешим. Благодарю вас обоих, я пойду.
Еру и Рейн проводили Хиллмана взглядом, а затем усмехнулись и развернулись, чтобы уйти.
Внезапно —
— Молодой Еру! Молодой Еру! — издали раздался радушный голос.
Еру и Рейн обернулись и посмотрели вдаль за пределы академии. Там стояла карета, а рядом — четверо рыцарей в доспехах. Еру нахмурился в недоумении:
— Кто меня зовёт? О, это Остони. — Он узнал лицо, высунувшееся из окна кареты.
Остони первый выскочил из кареты, скромно улыбнулся Еру и почтительно встал в сторону. В этот момент занавеска кареты раздвинулась, и старик с лысой головой, опираясь на трость, медленно спустился на землю.
Еру и Рейн переглянулись с недоумением.
— Кто этот старикан? Весьма недурной вид, — тихо сказал Рейн.
Еру покачал головой и прошептал:
— Я тоже не знаю этого старика. Но, глядя на то, как себя ведёт Остони, понимаю — это кто-то важный. Остони — высший менеджер Зала Прукуса, и его статус весьма значим.
В сопровождении Остони лысый старик с улыбкой подошёл к ним.
— Маленький Еру, здравствуй, — приветливо обратился он. — Недавно я встречался с твоим отцом, и он тебя расхваливал. Ха-ха, у Досона есть такой сын-волшебник — ему действительно стоит гордиться.
Еру с недоумением посмотрел на лысого старика.
Уже и отца его знает? Пытается сблизиться?
Остони тут же вмешался:
— Молодой Еру, перед вами главный директор Зала Прукуса. Вы можете обращаться к нему — директор Майа.
— Не нужно, называй меня дядя Майа, — лысый старик тепло улыбнулся. — Я с твоим отцом уже несколько десятилетий дружен.
Внутри Еру был сильно удивлён.
Зал Прукуса — это храм искусства. Он имел отделения во всех крупнейших городах Континента Юйлань. Не говоря уже о других местах — лишь в самом Зале Прукуса в Городе Фенн все каменные скульптуры, взятые вместе, стоили астрономическую сумму.
Это было лишь второстепенным.
Главное — статус. Как директор главы храма искусства, Майа был знаком с самыми влиятельными людьми Континента Юйлань, многие мастера Святого Царства состояли с ним в дружеских отношениях. Такого человека нельзя было недооценивать.
Более того, вооружённые силы самого Зала Прукуса были весьма внушительны — иначе как они могли бы защитить столько драгоценных скульптур?
— Дядя Майа, — почтительно сказал Еру.
Лысый директор Майа повернулся к Рейну:
— А это кто?
— Это мой хороший друг, Рейн, — тут же представил Еру.
Рейн также учтиво поклонился:
— Рад знакомству, директор Майа.
Директор Майа слегка кивнул — по каждому жесту Рейна он чувствовал, что тот получил блестящее воспитание с детства.
— Дядя Майа, не подскажете, зачем вы пришли? — спросил Еру.
Он и сам уже догадывался: «Скорее всего, из-за той скульптуры третьего брата — "Пробуждение от сна".» В прошлый раз, перед каникулами Академии Эрнст, Лин Лэй долго не доставлял новых работ, и Остони приходил поинтересоваться.
А когда Остони зашёл в общежитие Лин Лэя, он случайно увидел скульптуру, выставленную в комнате.
Одна лишь секунда — и Остони остолбенел.
Будучи высшим менеджером Зала Прукуса, Остони обладал острым, зорким глазом. Он мгновенно признал: работа Лин Лэя — абсолютная вершина искусства каменной скульптуры, безусловно достойная войти в «Десятку величайших скульптур».
А самое главное — скульптура Лин Лэя была огромных размеров; одна такая заменяла пять чужих работ.