На следующее утро, поскольку нужно было отнести ноты фортепианного произведения Иосифу для регистрации, Люсиан после утренней зарядки и завтрака, приготовленного поварихой, неспешно направился в Музыкальную Ассоциацию в Административном Районе.
Было около девяти. Широкие улицы наполнялись пленительной и изящной музыкой, подкрепляя славу Алтора как музыкальной столицы. А Люсиана забавляло и удивляло то, что он уже мог расслышать первый раздел струнной серенады соль мажор, которую сам играл лишь прошлой ночью — её энергичная мелодия, сразу и без предисловий раскрывавшая тему, то и дело звучала в каждом углу. «Неужели какой-то музыкант продал ноты бродячим бардам и уличным артистам, чтобы у них появился ещё один номер для выступления?»
Нужно признать, что по развлекательности, доступности и широте распространения эта пьеса действительно превосходила «Симфонию Судьбы».
В атмосфере музыки Люсиан вошёл в зал Ассоциации. Елена, сегодня дежурившая на приёме, едва завидев его, тут же бросила ему многозначительный взгляд и жестом позвала подойти.
«Елена?» Люсиан встал перед деревянной стойкой и тихо спросил с недоумением.
Елена несколько раз тихо хихикнула, прикрыв рот рукой, и лишь потом сказала: «Люсиан, до тебя уже несколько раз приходили благородные дамы — хотят заниматься у тебя пианино и музыкой. Хех, среди них есть Иветт, подруга Филлис. А вот, кстати, письма от музыкантов из соседних стран — все хотят обсудить с тобой написание симфоний.»
В последнее время как раз вышли новые номера «Музыкального обозрения» и «Симфонического вестника», которые полностью разошлись по странам центральной и западной части континента, и как раз наступало время первых откликов читателей.
Люсиан принял обширную стопку писем, взглянул наверх — его несколько пугали ожидающие там Иветт и прочие, — поразмыслил и прямо сказал Елене: «Елена, впредь, если будут подобные случаи, просто отвечай им, что я сосредоточен на создании музыкального произведения и в ближайший год, помимо обязанностей музыкального советника при Её Высочестве, не принимаю никаких приглашений и не беру учеников. Хех, мои собственные основы в музыке ещё весьма непрочны.»
«Господин Эванс, у вас снова появилось вдохновение для создания произведения?» Кэйси, стоявшая поблизости и подслушавшая их разговор, распахнула глаза и с огромным любопытством впилась взглядом в Люсиана. Разве не говорили, что он только недавно аранжировал канон и написал фортепианную миниатюру? Неужели его вдохновение и правда неиссякаемо?
Люсиан кивнул и с улыбкой ответил шутливо: «Хех, потому что я хочу поскорее устроить собственный концерт.» Это была своеобразная подводка к будущим событиям.
«Восхищает и вызывает зависть,» — одновременно вздохнули Кэйси и Елена.
Затем Елена запинаясь спросила: «Люсиан, ты правда больше не будешь брать учеников? Я ведь говорила, что когда ты станешь музыкантом, пойду учиться к тебе.»
Люсиан улыбнулся: «Мы же друзья, Елена. Если у тебя возникнут вопросы по музыке — обращайся ко мне в любое время. Но в ближайший год я действительно не смогу учить учеников.»
На деле Люсиан этим незаметно оберегал Елену. Если бы, по его прибытии в штаб-квартиру Магического Совета, до Церкви дошли слухи, то с обычными друзьями всё было бы в порядке — Джон, став рыцарём, и его семья тоже не пострадали бы. А вот музыкальным ученикам Люсиана, по всей видимости, пришлось бы очень нелегко.
«Тогда спасибо, Люсиан.» Елена была весьма удовлетворена, получив такое обещание.
После этого Люсиан передал ей ноты, поручив отнести их Иосифу для регистрации, а сам намеревался подняться на четвёртый этаж в фортепианную комнату для занятий, чтобы избежать ожидающих там благородных дам.
Но стоило Елене подняться наверх, как к Музыкальной Ассоциации подъехала карета тёмно-фиолетового цвета, неприметная и сдержанная — та самая, что обычно присылала за Люсианом Наташа.
«Её Высочество приглашает господина Эванса к себе. Часть книг не требует перевода — вы можете ознакомиться с ними непосредственно.» Вежливо передал Люсиану слова Наташи кучер.
Люсиан усмехнулся и покачал головой. Наташа и правда была нетерпелива — стоило ей что-то решить, как она пускалась вперёд всеми силами, не зная препятствий.
Однако это как раз отвечало намерениям Люсиана, и он, не отказавшись, сел в карету.
……
В кабинете «Военной галереи» Наташа в чёрном придворном платье вела Люсиана между рядами книжных полок, показывая ему: «Там — рыцарские романы, там — классические оперы, там — исторические документы различных государств, там — путевые заметки…»
Закончив с обзором расположения книг, Наташа указала на средневозрастного мужчину у письменного стола у окна: «Это знаменитый историк и лингвист древних языков, господин Бекк, член семьи Шилл. Я специально пригласила его, чтобы он перевёл для тебя часть книг, написанных шрифтом древней магической империи.»
Бекку ещё не исполнилось пятидесяти, но он уже был лыс. Оставшиеся волосы поредели и поседели, а на расплывшемся вширь лице красовались толстые очки.
«Здравствуйте, господин Бекк. Благодарю вас за помощь.» Люсиан вежливо приветствовал его.