Цзян Чэнь вдруг ощутил укол стыда. Он всё время не слишком жаловал Вэй Синэр — и дело было вовсе не в предупреждении Лин Биэр. Просто прежний стиль поведения Вэй Синэр был слишком своевольным, слишком коварным. Пара слов — и она уже пускала яды.
Ради достижения цели она не гнушалась никакими средствами. Цзян Чэню это, разумеется, не нравилось.
Впрочем, Лин Биэр не сказала о Вэй Синэр ни единого дурного слова — лишь посоветовала Цзян Чэню быть начеку. И Лин Биэр оказалась права: вскоре Вэй Синэр действительно попыталась навредить ему, Цзян Чэню.
Та Вэй Синэр воистину была воплощением зловещей девы.
Однако времена изменились. Катастрофа, обрушившаяся на территорию Множества Явлений, дала Цзян Чэню возможность увидеть Вэй Синэр с иной стороны.
Хотя Цзян Чэнь тоже спас немало жителей Множества Явлений — в частности, у ворот Предела Множества Явлений он вызволил целую толпу молодых талантов, — в глубине души он никогда не мог бы представить, что Вэй Синэр поступит так же.
А она — поступила.
Просто каждый делал это по-своему.
Пока они разговаривали, гости аукциона потихоньку подтягивались, и к назначенному времени зал почти заполнился. Разнёсся голос ведущего, и аукцион вошёл в стадию разогрева.
— Пленники из Даньцяньгуна — штука непростая. Обычно они не попадают на открытый рынок, а уж тем более на аукцион. Но, похоже, сейчас все стороны ваш Даньцяньгун в большом почёте. Все хотят захватить нескольких учеников Даньцяньгуна, чтобы выбить из них формулу Таблетки Десяти Тысяч Жизней, — пояснила Вэй Синэр. — Торг рабами — главная часть этого аукциона. Но людей из Даньцяньгуна тут точно не будет. Сейчас все надеются на учеников Даньцяньгуна как на источник обогащения. Даже те, кто не гонится за Таблеткой Десяти Тысяч Жизней, всё равно хотят похитить кого-нибудь из Даньцяньгуна, чтобы привлечь тебя. Ты ведь знаешь, какова сейчас твоя цена за голову?
Цзян Чэнь еле заметно улыбнулся.
Если они и правда так думают, значит, слишком наивны.
Если бы для того, чтобы заставить Цзян Чэня явиться, достаточно было схватить одного ученика Даньцяньгуна — значит, у Цзян Чэня крыша поехала бы. Во всём Даньцяньгуне Цзян Чэню небезразличны немало людей, но тех, ради кого ему пришлось бы явиться, — совсем немного.
С некоторыми у него вообще не было никаких отношений, и ради мнимого долга перед сектой он точно не стал бы лезть на рожон.
Это не долг — это глупость.
— Мисс Вэй, вы говорили, что Старейшина Ухэнь из Секты Сяояо отступил вместе с Мастером Даньцяньгуна и другими. Неทราบ ли у вас каких-нибудь новостей о них?
Цзян Чэнь внезапно заговорил об этом.
Вэй Синэр с горечью покачала головой:
— Если бы у меня были новости о Старейшине Ухэне, я бы обязательно пошла к нему. Он — единственный здравомыслящий человек во всей секте. У него гораздо шире кругозор, чем у того самонадеянного Мастера Секты.
Цзян Чэнь хорошо запомнил Старейшину Ухэня. В те времена, в запретной зоне Горы Иллюзорных Волн, он получил Сосну Тысячи Иллюзий Скрытых Облаков, и Старейшина Ухэнь неотступно преследовал его, придумывая один хитрый план за другим.
В итоге Цзян Чэнь вступил с ним в битву умов и силы, и в конце концов Старейшина Ухэнь, оценив трудности, счёл за лучшее отступить.
Говоря о Старейшине Ухэне — он умеет брать и умеет отпускать, в критические моменты способен верно оценить обстановку. Поистине выдающаяся личность.
Только вот он и Мастер Даньцяньгуна со своей свитой — все они сильнейшие Святой Сферы. Сколько они продержатся под бесконечной погоней? И где они теперь?
Цзян Чэнь искренне за них переживал.
Хуанэр вдруг спросила: — Мисс Вэй, мне любопытно — мы все были переодеты, а вы нас узнали. Я и сама неплохо разбираюсь в маскировке.
Этот вопрос Цзян Чэня тоже занимал, только он всё никак не решался спросить.
Вэй Синэр игриво улыбнулась, и в её глазах мельнуло что-то подчёркнуто-кокетливое. Она перевела взгляд на Хуанэр: — Боюсь, если я скажу, вы расстроитесь.
Хуанэр слабо улыбнулась и покачала головой.
— Хорошо, тогда я расскажу. Я, Вэй Синэр, от природы обладаю обонянием, особенно чувствительным к мужскому запаху. Ты не представляешь, насколько уникален его запах для меня — он запал мне в душу, и я не могу его забыть. Не говоря уже о том, что вы были совсем близко — я бы, наверное, почуяла вас и за несколько сотен метров.
В мире боевых искусств полно всяческих талантов.
Кто-то от природы обладает зорким зрением и культивирует различные техники глаз, словно с божественной помощью. Кто-то имеет невероятно острые уши и улавливает малейший звук.
Естественно, есть и те, кто наделён тонким обонянием — врождённым хорошим носом.
Неожиданно, но у Вэй Синэр оказался такой уникальный дар. В алхимической практике этот талант поистине неоценим.
При занятиях алхимией обоняние — важнейший инструмент при распознавании духовных лекарств и оценке качества эликсиров.
Пока они болтали, разогрев аукциона подошёл к концу, и торги официально начались.
— Дамы и господа, добро пожаловать на ежемесячный аукцион Таверны «Дракон и Феникс». Как и всегда, торги состоят из двух частей: аукцион предметов и аукцион рабов.