— Я расскажу, расскажу… Эта местность теперь называется не Секта Сокровенного Дерева, а Секта Духа Дерева. Сюда стянулись отряды диких культиваторов со всех сторон, захватили территорию и основали собственную секту. Наиболее мощный из отрядов — его предводитель и несколько старейшин — как раз и составляют ядро Секты Духа Дерева. С тех пор как они здесь обосновались, к ним продолжают стекаться дикие культиваторы, и их влияние растёт.
Лысый здоровяк выглядел внушительно, но под напускной бравадой скрывался отъявленный трус. Наложница Дань едва приподняла голос — и он тут же обежался, как горох из мешка вываливая всё, что знал.
— Сброд, — Наложница Дань чуть нахмурила брови. Дикие культиваторы, захватывающие чужие территории и собирающие шайку головорезов — такая секта, слепленная на скорую руку, лишена всякого единства. Нечего и говорить о верности или признании. В сущности, они просто сбились воедино ради временной наживы.
— А прежние члены Секты Сокровенного Дерева где? — голос Наложницы Дань был холоден и бесстрастен.
— Пр… прежние? — запинаясь, заговорил лысый здоровяк. — Оказывается, их тут раньше не было! Когда мы пришли, Секта Сокровенного Дерева была пуста. Говорят, ещё до вторжения Чидинского Срединного Царства в область Ваньсян обитатели секты бесследно исчезли за одну ночь. Куда ушли — никому неизвестно. С тех пор их больше никто не видел.
— Ты уверен?
— Я… я тоже от других слышал, — лысый здоровяк побелел и замялся, ощутив ледяное дыхание Наложницы Дань. — Я пришёл поздно. Всё, что было до моего прихода — это чужие речи.
— Секта Духа Дерева? — по телу Наложницы Дань пронеслась волна ярости. — Захватили чужое гнездо — и ещё посмели переименовать секту? Кто такой этот глава Секты Духа Дерева?
— О… он — дикий культиватор из Верхних Восьми Областей. Его культивация далеко превосходит нашу. Это старейшина Святого Уровня, — лысый здоровяк, ощутив убийственное давление Наложницы Дань, весь претих от ужаса.
— Святой Уровень? Как его зовут?
— Госпожа, все называют его Главой секты Цинь, а ещё у него будто бы есть прозвище — Цинь Тринадцатый.
— Цинь Тринадцатый? Не слыхала, — Наложница Дань слегка покачала головой.
— Госпожа, я сказал всё, что знал. Умоляю вас, пощадите жизнь жалкого человека!
В глазах Наложницы Дань мелькнул холодный блеск, и голос её стал ледяным: — Раз так — вырежи себе язык и вали отсюда!
— А-а?! Госпожа, пощадите! — Услышав, что язык всё равно придётся отрезать, здоровяк был так напуган, что душа ушла в пятки.
Однако он дёрнул головой вверх, мельком взглянул на лицо Наложницы Дань — а там застыл морозный иней, — и сердце его сжалось. Он понял: если не повиноваться, головы он лишится наверняка.
Сжав зубы, он замахнулся ножом прямо себе в рот. Пол-языка мгновенно срезалось. Здоровяк стиснул зубы от боли, на лбу выступили холодные капли пота. Он схватил отрубленный кусок языка, развернулся и ушёл — и духу не хватило остаться тут хоть на мгновение.
Сейчас ещё можно успеть найти лекаря, и язык удастся пришить обратно.
Если же он замешкается и эта ледяная госпожа передумает — потеря языка покажется мелочью по сравнению с потерей головы.
Для Наложницы Дань такой мелкий персонаж — убила одного, и злость ушла. Она даже не посмотрела вслед уходящему лысому здоровяку, а лишь слегка нахмурив тонкие брови, устремила взгляд на ворота Секты Сокровенного Дерева.
«Старик когда-то жил уединённо в Королевстве Тяньгуй, но всё время мечтал о возвращении в Секту Сокровенного Дерева — его сердце по-прежнему принадлежало ей. А теперь эта секта оказалась в руках банды негодяев. Если бы старик узнал об этом, ему бы невыносимо больно стало.»
Думая об этом и вспоминая, что все эти дни она не добилась никакого успеха, Наложница Дань почувствовала, как накопившаяся в её сердце тяжесть разом вырвалась наружу.
«Ради старика, ради него — Секту Сокровенного Дерева ни в коем случае нельзя отдавать этим грубым скотам. А вдруг однажды они вернутся?»
Эти мысли роились в голове Наложницы Дань, и её изящный силуэт растворился в бледно-голубом сиянии, скрывшись внутри Секты Сокровенного Дерева.
В Секту Сокровенного Дерева Наложница Дань приезжала лишь несколько раз, и каждый раз — в сопровождении старика Е, так что глубокой привязанности к этой секте она не испытывала.
Однако, войдя за ворота, она обнаружила, что вокруг царит полный беспредел и разложение — ни малейшего подобия тому, какой была когда-то одна из четырёх великих сект.
Целые толпы вольных культиваторов бродили повсюду — тут кучка, там шайка. Одни пили и ели мясо, другие предавались утехам, третьи утонули в безудержных развлечениях...
Наложница Дань стояла на возвышении, глядя вниз на всё это, и чувствовала, что от злости у неё сейчас лёгкие взорвутся.
И в этот момент её уловила нить звука — из-за горы, из какого-то отдельного дворика, донёсся приглушённый женский стон, перемежающийся со злым хохотом группы мужчин, то и дело доносившимся оттуда.
У Наложницы Дань изящные брови дрогнули, и она перевела взгляд.
Но то, что она увидела во дворе, заставило её сердце сжаться. Голые женщины, их было несколько, в панике метались среди мужчин, словно стадо овец, за которыми гонятся гиены, время от времени издавая ужасающие крики.
Мужчины, один за другим, размахивали в воздухе кнутами, и хлесткие звуки сопровождались треском. Женщины в ужасе не могли думать ни о стыде, ни о чём-то ещё, лишь визжали и носились врассыпную.
Всё это выглядело так, словно стадо скота гонят.
Большинство женщин были молоды, все выглядели недурно, с хорошими фигурами. Однако на их белоснежных телах виднелись кровавые полосы и следы побоев. Сразу было понятно, что их содержали здесь как домашний скот для утех этих извергов, для их потворства скотским похотям и развлечений.
Мужчины ловили кнутами одну из женщин и, словно звери, набрасывались на неё, совершая над ними безобразия.
Этот хаос вызвал у Наложницы Дань неистовую ярость, её изящные брови сошлись перекошенной дугой.
«Эти скотины!» Наложница Дань была женщиной, и вид, как эти изверги так глумятся над женщинами, довёл её гнев до предела.
Её силуэт мелькнул — и она уже неслась вниз.
«М-м? Что происходит?» Мужчины явно были мастерами своего дела, и все без исключения были немалой силы. Они лишь моргнули, и им показалось, что кто-то только что появился во дворе?
А некоторые и вовсе не обратили внимания, продолжая погоню за той группой женщин, хохоча и не скрывая распущенности.
Стройная фигура Наложницы Дань пронеслась мимо, и короткий клинок в её руке рассёк встречный ветер.