Золотое небо, великолепное и непревзойденное.
Стая небесно-голубых волков парила в воздухе, Фан Юань сидел на спине вожака, сильный ветер развевал его волосы назад.
Его взгляд был сосредоточен, на лице появилось задумчивое выражение. Последние несколько дней он постоянно размышлял над тайными словами наследия Дицю, но, к сожалению, безрезультатно.
Великолепный дворец постепенно появлялся вдали, показывая свою круглую плоскую вершину.
Заметив это, Фан Юань сразу перевел взгляд, отложив в сторону хаотичные мысли в голове.
На его лице промелькнуло чувство волнения.
Святой дворец, наконец-то!
По мере приближения Фан Юаня величественный дворец медленно раскрывал свой полный вид.
Он состоял из восьми этажей, высотой более восьмисот чжанов. Первый этаж, то есть нижний, занимал самую большую площадь. Второй этаж располагался над первым, третий — аналогично.
Каждый этаж был окружен крепостными стенами, образующими концентрические круги.
Стены дворца были толщиной в три чжана, сплошные, без единой щели. На стенах через равные промежутки возвышались семицветные башни. Цвет каждой башни различался: красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий, фиолетовый, чередуясь.
Сложенные друг на друга, весь Святой дворец напоминал высокую гору.
Когда Фан Юань быстро приблизился, весь дворец словно поднялся из-под земли, явившись миру, пронзая небеса!
Великолепен, Святой дворец!
Даже Фан Юань, много повидавший на своем веку, не мог не восхититься, увидев это.
«Что это летит в небе?»
«Вожак прибыл!»
«Как и говорилось в разведданных, это должна быть стая небесно-голубых волков».
Появление Фан Юаня также привлекло внимание гу-мастеров в Святом дворце.
В этот момент в Святом дворце уже расположились более десяти тысяч человек. Эти люди были удачливы: после попадания в благодатное место они оказались рядом с дворцом, поэтому прибыли раньше Фан Юаня.
Хэй Лоулань уже дал указания, и гу-мастеры, отвечающие за встречу, быстро среагировали.
Когда Фан Юань медленно приземлился, кто-то уже стоял у огромных ворот первого этажа.
Как только Волчий царь под Фан Юанем коснулся земли, встречающий гу-мастер подошел и, поклонившись, сказал: «Господин Волчий царь, вы вернулись. Для меня большая честь сопровождать вас в город. Ваши покои находятся на восьмом этаже, комната уже убрана».
«Ммм, не спеши, сначала проведи меня, я осмотрюсь», — равнодушно кивнул Фан Юань и слез с небесно-голубого волка. Из уважения к Великому Ян Бессмертному в Святом дворце было запрещено ездить верхом, можно было только идти пешком.
«Слушаюсь, господин, для меня это честь».
Следуя за гу-мастером, он вошел в Святой дворец.
В Святом дворце было множество беседок, павильонов, дворцовых дворов. Снаружи можно было увидеть изогнутые карнизы, приподнятые углы крыш, медную черепицу, позолоту — все было великолепно.
Различные постройки то соединялись, то вкладывались одна в другую. В одних местах было просторно и светло, с величественной планировкой. В других — пересекающиеся галереи, перемежающиеся залы, запутанное пространство.
А внутри павильонов и залов — и колонны, и балки были покрыты яркими росписями и резьбой, создавая атмосферу роскоши и богатства.
«Господин, это Дворец радости и музыки. Великий предок Цзюй Ян, ныне пребывающий в Святом дворце, каждый день устраивает в этом дворце грандиозные музыкальные празднества. Согласно историческим записям, на каждом празднестве множество наложниц соревнуются в танцах, чтобы заслужить благосклонность Великого предка Цзюй Ян».
«Господин, это Зал весеннего супа, здесь находится самый большой горячий источник в Северной равнине. Великий предок Цзюй Ян каждые семь дней приглашает сотни наложниц вместе купаться и развлекаться».
«А это Павильон ароматов, Великий предок Цзюй Ян перенес сюда мифические «Вино рекой» и «Мясо лесом». Каждое утро в мясном лесу появляются всевозможные вкуснейшие мясные плоды. А каждый вечер в винном озере рождаются различные ароматные вина».
Встречающий гу-мастер рассказывал о каждом месте, у него был неплохой ораторский талант.
Фан Юань неторопливо шел, осматриваясь, находил это довольно интересным.
На четвертом этаже Святого дворца гу-мастер провел Фан Юаня в главный зал.
«Господин, это Зал живописи, один из восьми главных дворцов Святого дворца. Великий предок Цзюй Ян был многогранным талантом, особенно искусен в изображении красавиц. Все фрески в этом зале написаны им лично. Прошу вас, входите».
Гу-мастер открыл боковую дверь дворца и пригласил Фан Юаня войти.
У восьми главных дворцов Святого дворца были главные ворота, но через них мог входить и выходить только Бессмертный Цзюй Ян. Хотя Бессмертный Цзюй Ян уже ушел, этот обычай сохранился. Последующие поколения соблюдали его, выражая тем самым почтение и любовь к Бессмертному Цзюй Ян.
Войдя во дворец, взору Фан Юаня предстали грандиозные фрески.
В Зале живописи не было ничего, кроме огромных стен вокруг. На этих стенах были изображены разнообразные красавицы: одни соблазнительные и обольстительные, другие — чистые, как вода, одни — улыбающиеся, обнажая зубы, другие — задумчиво опустив голову. Все позы были полны жизни, и их было более восьмидесяти тысяч!
«Женщины, запечатленные в Зале живописи, были любимицами Великого предка Цзюй Ян в определенный период. В то время удостоиться личного портрета от Бессмертного было высшей честью для женщин в мире. У Великого предка Цзюй Ян было бесчисленное множество наложниц, но записаны здесь только самые выдающиеся, и теперь их красота сохранилась навечно».
Гу-мастер, рассказывая это, выглядел взволнованным.
Фан Юань молчал, только наблюдал, а сам подумал: «Навечно — не совсем. По крайней мере, в прошлой жизни, пятьсот лет назад, Удел Вантин был разрушен срединными гу-бессмертными, и Святой дворец канул в Лету. Увы, истинного бессмертия не достичь даже такому могучему, как Бессмертный…»
Любой, кто попадал сюда, не мог не поддаться роскоши и величию Святого дворца, даже если не впадал в очарование, то испытывал благоговение.
Но Фан Юань в этом великолепии чувствовал нотки упадка и тления.