Хань Ли слегка опешил, и лишь мгновение спустя его взгляд пронзительно вспыхнул — он наконец разглядел, что творится внизу, в огромной воронке.
Пятицветный Павлин лежал на спине в яме, лапами вверх. Его оперение было в беспорядке — казалось, немало перьев срезали, — но он явно не получил серьёзных повреждений.
А в следующее мгновение Павлин, изрекая человеческими словами, начал произносить таинственные заклинания.
Те самые пятицветные световые формации, что непрестанно вились над его телом, загудели и одна за другой потянулись к одной точке в низинном пространстве.
Сотни малых формаций, закружившись, слились воедино, образовав гигантскую пятицветную световую формацию диаметром в несколько сотен чжанов.
Из колоссальной формации донёсся торжественный звон, подобный пению сутр, а от неё исходило поразительное пятицветное сияние.
Увидев это, Хань Ли — в его глазах мелькнул холодный блеск — и гигантская обезьяна, в которую он обратился, внезапно сомкнула обе руки перед собой.
В ослепительной вспышке золотого света два гигантских золотых меча мгновенно слились в один.
Объединённый меч достиг тридцати-сорока чжанов в длину. В пульсирующем золотом сиянии на его клинке мерцал силуэт бирюзового дракона, который, казалось, вился и клубился внутри, готовый в любое мгновение вырваться на свободу.
Холодное слово «Режь!» вдруг сорвалось с губ гигантской обезьяны!
Меч дрогнул и обрушился вниз.
В тот же миг сияющий бирюзовым светом клинок обрушился — и, вспыхнув, превратился в столб света длиной в сотню чжанов, который с рёвом ветра и грома ударил по гигантской формации.
Раздался глухой хруст!
После вспышки бирюзового света колоссальная формация разорвалась, словно бумага, но, перевернувшись, тут же вспыхнула пятицветным сиянием и восстановилась как прежде.
Только что нанесённый удар, казалось, не произвёл на формацию никакого действия.
В глазах обезьяны мелькнуло лёгкое удивление, но она холодно усмехнулась, и меч в её руках дрогнул — без малейшего колебания она нанесла следующий удар.
Хань Ли, обладавший немалым опытом, прекрасно понимал: такая формация не может быть абсолютно неуязвимой — достаточно нанести несколько ударов, и она не выстоит.
Но лишь второй, ещё более мощный поток бирюзового света покинул меч, как заклинания Павлина внизу внезапно оборвались — и он торжественно указал одной лапой куда-то в пустоту.
Тотчас же из другого места донёсся мучительный чудовищный рёв.
Хань Ли вздрогнул, бросил взгляд в сторону рёва и не мог не посмотреть.
Тот Громовой Зверь, который ещё мгновение назад яростно сражался с Золотым Телом Фаньшэн, теперь был искажён болью.
На его теле вспыхнули раскаты грома, трёхцветные дуги хлынули из тела с бешеной силой, и всё его существо окутала густая сеть молний. Затем зверь рванулся вперёд — и, бросив сражение с Золотым Телом, превратился в трёхцветную молниевую стрелу и ринулся к гигантской формации.
Хань Ли не понимал, к чему стремится зверь, но почти инстинктивно издал громкий рёв и обрушил мохнатый кулак на молниевую вспышку.
Одновременно Золотое Тело Фаньшэн, управляемое Демоническим Зародышем, тоже издало протяжный вой и, став шаром золотого света, понеслось следом.
Раздался оглушительный грохот!
Удар кулака гигантской обезьяны, нанесённый сквозь пустоту, породил золотую тень кулака размером с павильон — она мгновенно возникла перед молниевой вспышкой и, подобно молнии, обрушилась на тело Громового Зверя.
Зверь испустил яростный рёв — как бы велик ни был его род, он не мог выдержать удар обезьяны во всю силу. Защитная сеть молний мгновенно разбилась под ударом тени кулака, а само тело было отброшено прочь.
И пока зверь терял время в полёте, Золотое Тело Фаньшэн нагнало его. Шесть золотых лезвий в его руках закрутились и превратились в шесть древних зеркал из золота. Дёрнувшись, зеркала выпустили шесть столбов золотого света, обрушившихся на Громового Зверя.
Разрывы мгновенно сотрясли воздух. Громовой Зверь, поражённый лучами, не мог удержать равновесие — он снова покачнулся в полёте и издал мучительный низкий рёв, словно получив лёгкие раны.
Гигантский Павлин, в который обратился Владелец Рыбной Лавки, увидев это, впал в крайнее волнение и издал пронзительный протяжный крик, словно отчаянно подгоняя Громового Зверя.
Из пасти Громового Зверя вырвался чудовищный визг, за его спиной вспыхнуло зарево молний — и тут появилось нечто поразительное.
Три глухих звука — «фук», «фук», «фук» — и за спиной зверя неожиданно выросли три пары крыльев: золотые, серебряные и лазурные. Все шесть крыльев одновременно взмахнули, и с раскатом грома, окутанный трёхцветными электрическими дугами, зверь таинственным образом исчез.
Последующие столбы света из Золотого Тела Фаньшэн обрушились в пустоту, ни в чём не попав.
Увидев это, Хань Ли сжал зрачки и, почти инстинктивно, тут же перевёл взгляд на гигантскую формацию внизу. Между его бровями вспыхнул чёрный свет — и чёрный вертикальный глаз таинственным образом проступил на лбу.
Зрачок шевельнулся, и столб чёрного света вырвался из глаза, но тут же вспыхнул и скрылся в пустоте.
Над гигантской формацией прогремел раскат грома — и шестикрылый Громовой Зверь, сверкнув молнией, вновь обрёл видимость.
Одновременно чёрный столб света толщиной с чашу вырвался из пустоты. На таком близком расстоянии — даже при поразительной способности к мгновенному перемещению, которой обладал трансформированный Громовой Зверь — уклониться было невозможно.
Ещё одно мгновение — и чёрный столб обрушился бы прямо на Громового Зверя.
Но гигантская формация вдруг издала гул, пятицветное сияние вспыхнуло с новой силой, и чёрный столб на мгновение замер — а затем совершил необъяснимый поворот и, лишь слегка задев, промчался мимо Громового Зверя.