Я произнёс это, искренне и от всей души.
«Мне весьма приятно, что ты ответил столь добросовестно.»
«Пощадите... кх... лишь бы жизнь...»
«Разумеется! Какая мне причина тебя убивать!»
«Зелье... зелье исцеления...»
Я с силой поднял Андромалиуса на ноги.
«К сожалению, никаких зелий у меня нет. Попроси у кого-нибудь другого. Но сперва встань и извинись перед хозяином таверны! Старших надобно уважать!»
Из-за раны на бедре Андромалиус, поднимаясь, непрерывно стонал. Я осведомился у него с озабоченным видом: «Ох, ты ведь в порядке?» Впрочем, замедлять шаг я при этом, разумеется, не стал. Наверняка он мысленно посылал меня к чёрту.
«Теперь я прошу тебя лишь об одном.»
«Д-да, понял.»
Поддерживая его, я вывел из таверны. Демоны по-прежнему стояли боевым строем, но, осознав мои намерения, больше не относились к големам столь настороженно. Среди тех, кто стоял в рядах, я направился к старику из Кошачьего племени.
«Хозяин! Этот человек говорит, что желает тебя извинить.»
Кошекий старик выглядел смущённым. Другие демоны шептались и поглядывали в нашу сторону. К тому моменту набралось столько зевак, что на площади собралось человек вдвое больше, чем до входа в таверну.
«Д-да...»
«Похоже, он ещё мало повидал свет и по незнанию допустил ошибку. Не простите ли его великодушно? Ну же — ты чего стоишь? Скорее извиняйся!»
Я внезапно выдернул руку, которой его поддерживал. Андромалиус, не вынеся боли в бедре, рухнул на пол. Сдерживая стоны, он медленно упал ничком на землю.
«Прошу прощения... я допустил ошибку.»
«Ха!»
Я основательно наступил на тыльную сторону его ладони.
«Кхеф, кхе-е-е-е-еф!»
«А то как ты извиняешься?! С гораздо большим чувством надо!»
«Гх, пр-простите...!»
«Вот так. Прижми лбом к земле. Прямо так.»
«Простите, у-хх, простите...»
Извинения продолжались. Андромалиус так часто бил головой о землю, что на лбу у него в один ком сплелись гравий, кровь и волосы. Похоже, ненавистников у него было немало — демоны посходили на зрелище и хихикали.
Услышав смешки, Андромалиус резко поднял голову. Пылающие зрачки его впились в толпу демонов. Демоны дёрнулись. Но стоило мне наступить на тыльную сторону его ладони, как с криком боли он вынужден был продолжить поклоны. Старейшина кошачьего племени, не выдержав, сказал, что хватит, — и лишь тогда извинения прекратились.
«Благодари хозяина, который принял твоё извинение.»
«Спасибо... кх-хх, спасибо...»
Старейшина кошачьего племени кивнул. Судя по его эмоциям, враждебность к сопернику полностью не ушла, но стыд от того, что на них устремились взгляды окружающих, был куда сильнее. Похоже, он поскорее хотел выбраться из этой ситуации.
«Хыыыых, кх... хыыых.»
Видимо, нахлынула обида — Андромалиус расплакался. Ох, он был ничуть не лучше ребёнка. Обижаться за то, что сам же получил по заслугам, — типичная детская черта. Как такому малышу удалось стать Повелителем демонов и натворить столько бед, не понять.
Я проверил окно статуса.
━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━
[Имя] [Здоровье] [Атака] [Защита]
- Андромалиус 1/5 3 3
━━━━━━━━━━━━━━━━━━━━
Здоровье оставалось всего одно. Кровотечение из бедра не прекращалось, и в скором времени оно должно было иссякнуть совсем. Я снова схватил его и поднял на ноги. Он пошатнулся, не в силах удержать равновесие.
«Хорошо. Всё, думаю, достаточно. Теперь иди, куда шёл.»
«...Спасибо...»
Я провёл ладонью по его плечам и коленям. Андромалиус был бледен от потери крови, словно рисовая вода. Он низко склонил передо мной голову, а затем перевёл взгляд на демонов, собравшихся на площади. Тонким голосом он попросил о помощи.
«М-может, у кого-нибудь есть зелье...?»
Более тридцати демонов разом замолчали. Чувствовалось, что они молчат нарочито. У жителей Нифльхейма, где войны и насилие — дело обыденное, не могло не найтись хотя бы одного зелья. И всё же они молчали.
«Пожалуйста, зелье... Я щедро отблагодарю потом. Хоть какое-нибудь восстанавливающее заклинание... кто-нибудь...»
На него обрушились холодные взгляды. Слышался лишь тихий шёпот. Хорошего там, надо полагать, не было ни слова.
По щекам Андромалиуса потекли слёзы. Он понял, что просить помощи бесполезно, и, волоча сломанную ногу, покачиваясь, поплёлся к дальнему краю площади. Не успев сделать и нескольких шагов, упал. Андромалиус полз, издавая голос, в котором смешались икота и стон. Кровь, хлынувшая из его бедра, рисовала на земле длинную красную линию.
«Хр-р-р... кх... хр-р-р...»
Мне хотелось закурить. Не из жалости или сострадания — просто в такие моменты хочется покурить. Досадно было, что я не мог прочитать эмоции Повелителя демонов. О чём думал этот человек? Было ли у него что-нибудь, кроме нежелания умирать?
«Ваше Высочество.»
Буфе подошёл и прошептал.
«У меня есть зелье.»
«Не давай.»
«Но ведь такая смерть — слишком одинока.»
«За считаные минуты превратился в филантропа.»
Я слегка усмехнулся.
«Смерть по своей природе одинока, считаю я.»
«......»
«Просто наблюдай в молчании.»
Андромалиус прополз немного и остановился. Стоит ли похвалить его за то, что добрался до дальнего края площади? Спина то поднималась, то опускалась — дыхание ещё не оборвалось. Но и это длилось лишь мгновение. Всякое движение прекратилось.
«Окно статуса.»
Голограмма не появилась. Это означало — мёртв.
Я развернулся и свернул в любую улицу, ведущую с площади. Буфе молча последовал за мной. Как только мы вышли за пределы площади, демоны заговорили в голос — Андромалиус убит, мол, хорошая картина, и тому подобное.
Мы брели по узкой переулку. Долго между нами не было ни слова.
Осторожно заговорил Буфе:
— Э-э... Можно спросить, зачем было его непременно убивать?
Я не любил молчание в такой обстановке, так что охотно ответил:
— Три причины. Первая — он публично оскорбил меня. Оскорбление от сильного я терплю сколько угодно, но унижению от слабого не стану покоряться. Меня сочтут ещё более слабым. К имени Данталиана нельзя относиться пренебрежительно.
Уже разошлись слухи — напротив к нам бежали дети-демоны. Они перекрикивались, крича, что Повелитель демонов погиб, и стремительно проносились мимо. Одни толкали: «Быстрей!», другие: «Подожди!» — и мчались вслед.
— Вторая причина — здесь, в Нифльхейме, открылся шанс завести хорошую репутацию. Когда узнают, что я казнил того, кто постоянно досаждал жителям, появятся люди, расположенные ко мне. Среди них могут оказаться и те, кто реально поможет. Издревле говорят: для короля впечатление — дело важное.
— ...Да, верно. Но неужели вам самому можно такое вслух произносить?
Буфе посмотрел на меня с лёгким недоумением.
— Тебе-то я могу сказать. Ведь мы с тоба соучастники.
— Со-соучастники?
— Ведь эликсир был, а ты его не применил.
Он вздрогнул:
— Это ваше Величество—
— Ох. Ты разве мой подданный? Жизнь или смерть человека перед тобой — дело твоего собственного решения. Так что оставить его умирать — в конечном счёте твоя ответственность. Если по Нифльхейму пойдёт слух, что торговый дом Кункуска допустил гибель Повелителя демонов... любопытно, чем бы это кончилось.
Буфе открыл рот. Секунду спустя опомнился и вскричал:
— Это — это софизм!
— Шутил.
"……."
Морозный воздух тончайшим образом прошёл между нами. От собеседника исходило откровенное отвращение.
Хм, знает ли этот парень, что я только что косвенно пригрозил торговому дому Кункуска? Будь он хоть немного сообразительнее. А в противном случае придётся передавать угрозу через Лаписа, а навязывать ему неприятную роль мне не хотелось бы.
— И третья причина.
Я слабо улыбнулся.
— Это секрет.
— А?
— Сказал же, секрет. Какое тебе дело до каждого моего замысла? Ступай, сам постигай.
Я зашагал вперёд, напевая под нос. Из-за спины мне яростно передавалось чувство обиды, но мне было всё равно. Сказал ли бы я ему, что Андромалиуса убили, чтобы убить героя, или чтобы впоследствии не дать герою пробудиться, — поверил ли бы он? Пусть сам напрягает мозги и размышляет.
В мужчине должен быть хотя бы один секрет, чтобы быть привлекательным.
Вечером Бупфе прибыл в штаб-квартиру торгового дома Кункуска. Он как раз возвращался с ужина в традиционном ресторане Нифльхейма, где ужинал с Данталианом. Морепродукты в ресторане оказались превосходными, но, по правде говоря, у Бупфе не было душевного спокойствия, чтобы насладиться вкусом еды.
— Здравствуйте, Бупфе.
На стойке регистрации на первом этаже штаб-квартиры обратилась сотрудница. Роскошная блондинка — прелестная представительница Тигриного племени. Достаточно красивая, чтобы быть лицом торгового дома, и при этом способная проявить боевую силу в экстренной ситуации — именно такой талант Бупфе лично привлёк при приёме на работу.
Бупфе по привычке вежливо улыбнулся.
— Спасибо за работу в столь поздний час.
— О нет, это ведь моя работа.
Представительница Тигриного племени покраснела. Бупфе давно знал, что она испытывает к нему симпатию. Однако ему нужно было оставаться чистым в отношениях с женщинами. Торговому дому Кункуска были нужны и такие люди. Нет, точнее, это нужно хозяину торгового дома.
— У меня есть дело для доклада председателю.
— А. Так вот.
В выражении лица женщины проступила зависть.
Глава. Председатель торгового дома, Ивар Лодброк.
Этот легендарный истинный прародитель занимал первое место среди семи приближённых торгового дома Кункуска. Номинально председатель был равен остальным шестерым и лишь выполнял роль председателя на совещаниях, однако женщина знала, что это было не просто номинальное положение. Среди приближённых встречались и те, кто выступал против председателя Лодброка. Однако они лишь меньшинство.
Мужчина перед ней был достаточно перспективным талантом, чтобы докладывать председателю напрямую. Женщина жалела о том, что её встреча с Бупфеем оказалась такой короткой, но всё же провела его к телепортационному устройству. Когда Бупфей достал из одежды ожерелье, из устройства хлынул красный свет. Это означало, что телепортация была одобрена.
— Тогда прощайте. Удачи вам.
— Подождите, Бупфей-ним. Если у вас будет время… то есть…
Женщина замялась.
— Не могли бы мы как-нибудь поужинать вместе?
— Ужин, говорите?
— Да! Я всегда вам благодарна за внимание, и ещё… ну… то есть, я хотела бы выразить личную признательность…
О нет, мысленно вздохнул Ивар Лодброк. Случилось то, чего он боялся. Подобные признания от женщин примерно его возраста уже были не впервой. Ивар Лодброк должен был всегда оставаться не более чем перспективным, вежливым и талантливым молодым человеком.
Существовали задачи и роли, которые были по плечу только такому человеку. Например, когда нужно было установить контакт с аристократками мира демонов, предпочитающими исключительно безупречных молодых людей. Именно поэтому существование Бупфея было допустимо.
«Хотя такая роль и необходима, всё же немного утомительно.»
Бупфей сказал максимально мягко:
— Простите. Я пока хочу сосредоточиться на работе.
— А…
Лицо женщины вспыхнуло яркой краской. Тигриное племя славилось гордостью. Бупфей догадывался, что она ужасно стыдится, осознав, что ей отказали. Чтобы хоть немного смягчить это унижение, он тут же подобрал правдоподобное объяснение.
— Андрелина, вы чрезмерно красивы для меня. Но раз председатель проявляет ко мне интерес, я не хочу упустить эту возможность. Простите.
— П-понятно. Конечно.
Выражение лица женщины несколько успокоилось. Она подумала о будущем молодого человека, которого полюбила. Безусловно, внимание председателя торгового дома Кункуска — это высочайшая честь и бесценная возможность. Осознав, что она хоть в незначительной мере помешала этой возможности, она, напротив, ощутила угрызения совести.
Бупфей слегка улыбнулся.
«Мне пора отправляться. Если заставлять Председателя ждать дольше, последствия могут быть неприятными.»
«А, да, конечно! Простите, что задержала вас без причины...»
«Ничего. Я тоже был рад побеседовать с госпожой Андерлиной.»
Сказав это, Бупфей вошёл в магический круг телепортационного устройства. Это была одиночная телепортация. Пока женщина не знала, как отреагировать на его слова, Бупфей снова бросил ей улыбку и без колебаний активировал ману. Тут же перед его глазами мелькнул красный свет.
Верхний этаж штаб-квартиры торгового дома. Место, куда можно попасть лишь через одно из немногочисленных телепортационных устройств. Бупфей шёл по совершенно безмолвному коридору. В конце коридора стояла деревянная дверь. Роскошная, но на створках были вырезаны довольно причудливые узоры, характерные для вкусов вампиров.
— Скрииип.
В комнате никого не было. Бупфей вошёл внутрь, не задумываясь, словно делал это привычное дело. Пересекши просторное помещение, он подошёл к окну. Там, вдоль стены, выстроились в ряд несколько гробов, предназначенных специально для вампиров. В наше время даже вампиры находили гроба немодными и не использовали их вместо кроватей. Но Бупфею нравилось спать в гробу. И сейчас тоже.
Тысячу лет назад тоже.
Бупфей подошёл к одному из нескольких гробов и забрался внутрь. Крышка бесшумно открылась и закрылась. Спустя немного времени дверца открылась в другом гробу — из него поднялся пожилой джентльмен. Мужчина несколько раз провёл ладонями по лицу, словно умываясь.
Он посмотрел в окно. Красный вечер Нифльхейма заливал переулки и дворы.
«Повелитель демонов Данталиан... интересная личность.»
Старик носил лицо Ивара Лодброка.