— Малый! В жизни надо знать меру, чтоб потом не стыдно было встретиться вновь! Хватит давить! — Цзюй Тянцин стиснул зубы так, что те почти раскололись, и с исказившимся от бешенства лицом уставился на Ян Кая.
Увидев это, Цзу Хун тоже оскалился: — Верно! Даже если ты и владеешь пространственной силой — ты всё равно в одиночке. Если я и брат Цзюй объединимся — не факт, что мы не сможем дать отпор. А если совсем не справимся… разве самоуничтожение нам не по зубам?
Ян Кай презрительно скривил рот: — Говорите так, словно у вас шанс на это появится.
Говоря это, он резко сосредоточился, его руки стремительно сложились в печати — один за другим возникали таинственные знаки, и невероятно зловещая аура вспыхнула вокруг.
— Малый, что ты делаешь?! — Цзюй Тянцин побледнел. Инстинктивно ощущая надвигающуюся опасность, он не сдержался и рассвирепел.
Ян Кай холодно усмехнулся: — Что делаю? Ну конечно, готовлю мощный приём, чтобы разделаться с вами обоими разом. Не скрою — когда я его применю, вы будете абсолютно бессильны сопротивляться, и ваша гибель станет неизбежной. Так что если правда хотите взорваться — делайте это скорее, иначе шанс упустите!
Цзюй Тянцин и Цзу Хун одновременно втянули воздух сквозь зубы и, пошатываясь, отступили на шаг.
Ян Кай говорил это совершенно серьёзно, и его лицо было полно смертоносной решимости — оба они чувствовали настоящий страх. Но до самоуничтожения люди прибегают, только когда совсем не остаётся иного выхода. В подавляющем большинстве случаев это лишь слова, призванные устрашить.
Однако этот малый, похоже, не обратил на их угрозы ни малейшего внимания и продолжал нести чепуху о каком-то невероятном ударе…
Правда, печать, которую он формировал, была воистину непостижима — даже опытные глаза Цзу Хуна и Цзюй Тянцина не могли разгадать её тайну. Одно было несомненно: мощь этого приёма будет огромной.
— Брат Цзу, давай на всё готовое! — Цзюй Тянцин стиснул зубы, и на его лице застыла решимость.
— Хорошо! — Цзу Хун тоже понимал, что отступать некуда. Ян Кай давил безжалостно, словно собираясь истребить их до последнего. Если они с Цзюй Тянцином и дальше будут трусить, проигрыш неизбежен. Лишь отчаянная схватка могла дать шанс выжить.
Произнося это, оба бурно разожгли Императорскую энергию, и их ауры засвистели.
Из раны на плече Цзюй Тянцина, под напором высвободившейся силы, хлынула кровь — неизвестно, сколько литров её выплеснулось наружу. Лицо его побелело, как бумага.
В одно мгновение аура обоих достигла предельного накала.
Из Печати десяти тысяч зверей раздавались рёвы бесчисленных чудовищ, Клинок моря звёздного пламени гудел без умолку, и лезвие пульсировало непостоянным сиянием.
Движения рук Ян Кая внезапно замерли. Он медленно направил ладонь вперёд, на его лице застыла торжественная сосредоточенность, и тихо пропел: — Моря сменяются полями, время мелькает, как челнок! Травы и деревья вянут и цветут — всё как сон, всё как мираж!
Казалось, время в этот миг застыло.
Грохот…
Печать бегущего времени, подобно круглому солнцу, целиком накрыла Цзюй Тянцина и Цзу Хуна. Оба таращили глаза — в них мелькали видения стремительной смены времён, превращения морей в поля и обратно… В этот миг им показалось, что они прожили целую вечность.
Их аура, ещё мгновение назад достигшая пика, начала стремительно угасать под напором уходящих лет. Кожа покрылась морщинами и дрябла, жизненная сила угасала, волосы стремительно седели.
Всего за одно мгновение оба превратились из могучих бойцов в дряхлых старцев — с потухшими глазами, готовых вот-вот испустить дух.
Сверхъестественная сила Великого Императора Времени, затрагивающая самые законы времени — разве могли ей противостоять уже потрёпанные Цзюй Тянцин и Цзу Хун? Ещё будучи на третьем уровне Истока Дао, Ян Кай уже успешно применял этот приём против отражения нисхождения духа могущественного Императора третьего ранга. Теперь же, когда он сам достиг ранга Императора, его сила неизмеримо возросла.
Один удар — и оба полностью утратили способность сражаться.
— Залетайте-ка ко мне! — Ян Кай холодно фыркнул, и в его глазах вспыхнуло странное сияние. Поток духовного восприятия ударил вперёд — и двое, утратившие способность сопротивляться, мгновенно оказались внутри Малого Мистического мира.
В Малом Мистическом мире Духовное Тело уже нетерпеливо поджидало гостей. Едва Ян Кай швырнул к нему двоих, оно выпустило мощный поток силы и обрушило на них сокрушительный удар раскрытой ладони. Свирепый рёв сотряс воздух: — Метод «Пожирание Небес»!
Судьба Цзу Хуна и Цзюй Тянцина была предрешена — быть высосанными досуха.
Остановившееся время снова потекло, и в малом мире восстановилась тишина.
Внутри барьера сада лекарственных растений Гао Сюэтин стояла с распахнутыми от изумления глазами и никак не могла прийти в себя.
Печать бегущего времени затронула и её в определённой степени — на мгновение её мысли перепутались. Но когда она пришла в себя, Цзу Хун и Цзюй Тянцин бесследно исчезли.
Она увидела лишь, как Ян Кай развернулся и ринулся к ней.
Гао Сюэтин, всё ещё с онемевшим лицом, машинально сняла защиту сада.
Снять её было нетрудно — в противном случае она и не смогла бы так быстро укрыться здесь.
— Старейшина Гао, как ваши раны?! — Ян Кай подлетел к ней и торопливо спросил.
Гао Сюэтин подняла на него взгляд, и на её прекрасном лице играл оттенок сложных чувств — она оценивала его с головы до ног, словно заново знакомясь.
Всего несколько лет назад разрыв в силе между ними был огромен, а теперь, кажется, ей и правда приходится смотреть на него снизу вверх…
— Старейшина Гао… — Заметив, что Гао Сюэтин молчит, Ян Кай не удержался и окликнул снова.
Гао Сюэтин наконец отвела взгляд, слегка прокашлялась и произнесла: — Раны непростые, но не критичные. Если отдохнуть, через какое-то время пройдёт. А те двое? Ты обратил их в прах?
Даже если бы из них и остались лишь останки — от чего-то должно было что-то остаться.
Те двое бесследно исчезли, словно растворились в воздухе.
— Мертвы, — Ян Кай широко ухмыльнулся. — Не стоит о них печалиться, Старейшина Гао. Два негодяя — потеря ничтожная.
Гао Сюэтин облегчённо кивнула и, слегка вздохнув, произнесла: — Ты очень сильно вырос. Даже сильнее, чем предполагал Господин.