В Долине Смерти все замерли в тишине — давление, исходившее от главы семьи Гэйсилэйсэня, подавляло каждого из присутствующих.
— Какая сила. — Правая рука Лин Лэй онемела и слегка дрожала — как цыплёнок в когтях орла, он не мог сопротивляться. Даже запястье, за которое схватил глава семьи, ныло болью. Сила этого главы семьи была огромна!
— Глава семьи, это был смертельный поединок, предложенный старейшиной Иммануилом. Совет старейшин также его одобрил, — спокойно сказал Лин Лэй, не склоняясь и не выпрашивая.
— Совет одобрил? — Глава семьи Гэйсилэйсэнь бросил взгляд на старейшин вдали. Ни один из них не посмел проронить слово — всем было горько на душе. Особенно тем трём старейшинам, которые рассматривали это дело. Кто из них мог знать, что Лин Лэй окажется столь силён?
— Одобрил и что с того? Ты не слышал моего приказа? — Гэйсилэйсэнь холодно и сурово взглянул на Лин Лэй.
Лин Лэй замер.
Иммануил также заговорил:
— Лин Лэй, в нашей семье Лазоревого Дракона приказ главы семьи не может быть нарушен никем. То, что совет старейшин одобрил, глава семьи может отменить одним словом. А ты посмел ослушаться.
Лин Лэй краем глаза уловил выражения старейшин вдали, а затем посмотрел на лицо Иммануила и мысленно отметил: «В семье Лазоревого Дракона авторитет главы семьи, похоже, чрезвычайно высок. Намного выше авторитета совета старейшин!»
Когда один человек обладает подавляющей силой, в семье легко становится так, что решает всё один!
В семье Лазоревого Дракона таким человеком был Гэйсилэйсэнь.
— Глава семьи, я прибыл в семью Лазоревого Дракона меньше ста лет назад и о многих вещах в семье не знаю, — прямо сказал Лин Лэй.
— О, меньше ста лет. — Глава семьи Гэйсилэйсэнь нахмурился.
— Лин Лэй, какое отношение имеет время твоего пребывания у Лазоревого Дракона к неповиновению приказу главы семьи? Приказ главы семьи не может быть нарушен... Пренебрежение приказом — это неуважение к главе семьи, — с гневом воскликнул Иммануил.
На этом Иммануил остановился. Он знал, как велико преступление — неуважение к главе семьи.
Лин Лэй, слыша это, не мог сдержать гнева.
— Фух! — Мелькнула тень.
— Хлоп! — Ладонь обрушилась на лицо Иммануила с такой силой, что его швырнуло в воздух, кровь брызнула изо рта. Лишь затем Иммануил приземлился и в панике уставился на главу семьи Гэйсилэйсэня. Он не понимал, зачем тот его ударил!
— Заткнись!
Гэйсилэйсэнь холодно взглянул на него:
— Ты — старейшина, разве нет? И до сих пор не понял своей ошибки? Сегодня ты мог бы погибнуть от его рук — и никто бы не был виноват. Я ещё не наказал тебя, а ты несёшь чепуху. Думаешь, я не решаюсь тебя убить?
Иммануил содрогнулся и больше не посмел пикнуть.
Лин Лэй невольно удивился:
«Похоже, этот глава семьи не просто безоглядно защищает Иммануила. С таким характером лучше никому не перечить этому главе семьи.» Лин Лэй не был безрассудным человеком.
Единственный сын прародителя Лазоревого Дракона, глава семьи на протяжении бесчисленных лет! Человек, чьё слово в семье было законом, предводитель четырёх семей Божественных Зверей!
Как можно было покушаться на его авторитет?
Гэйсилэйсэнь бросил взгляд на Лин Лэй и Иммануила, затем на группу старейшин вдали и не сдержал холодного фырка:
— Вы двое и все старейшины — за мной!
С этими словами Гэйсилэйсэнь взмыл в небо.
— Парень, тебе конец, — бросил Иммануил на Лин Лэй. — Глава семьи больше всего ненавидит, когда кто-то покушается на его авторитет.
Затем и он взмыл в небо.
Лин Лэй посмотрел в сторону — все старейшины, один за другим, молча поднялись в воздух и последовали за ним.
— Не знаю, какой это человек, этот глава семьи, — Лин Лэй тоже был вынужден подняться в воздух. После короткой стычки он мог с уверенностью сказать — сила главы семьи превосходит его собственную многократно. Убить его было бы проще простого.
Сейчас он находился в горном хребете Тяньцзи, а родные и друзья были рядом. Лучше было промолчать и стерпеть.
Лин Лэй обернулся. В Долине Смерти Дилия, Бэй Бэй, Барух, Тароша и другие смотрели вверх, и в их глазах читалась тревога.
— Шеф, будь осторожен. Не связывайся с этим главой семьи — он мне кажется опасным, — передал Бэй Бэй душой, исполненный тревоги. — Взгляд этого главы семьи внушает мне страх. Настоящий.
— Понял, не волнуйтесь. Все возвращайтесь обратно, — передал Лин Лэй душой.
Одновременно с этим Лин Лэй летел вместе с Иммануилом и старейшинами. Гэйсилэйсэнь летел впереди один, не произнося ни слова. Старейшины и Лин Лэй тоже молчали, следуя за ним — атмосфера была душной.
— Лин Лэй, когда будешь разговаривать с главой семьи, будь осторожен. Не разгневай его, — передал молодой красавец-старейшина Гави, приблизившись к Лин Лэй.
— Спасибо, — ответил Лин Лэй мысленно.
— Не относись к этому легкомысленно. Я тебе говорю — глава семьи прежде всего не выносит, когда сородичи проливают кровь друг друга. А затем — когда ему перечат. Во всей семье только старший старейшина может его образумить, — серьёзно сказал Гави. — Если ты ещё раз его разгневишь, даже старший старейшина не сможет тебя спасти.
Лин Лэй благодарно кивнул.
— Старейшина Гави, как вы думаете, как глава семьи поступит со мной? — Лин Лэй не был уверен — ведь раньше никогда не имел дела с этим главой семьи. Короткого наблюдения хватило лишь чтобы понять, что он властен и деспотичен, но больше ничего.
— Сейчас семья находится в кризисе, и я полагаю, глава семьи не станет тебя убивать. Он лишь накажет тебя, — передал Гави.
Лин Лэй чуть успокоился.
Вскоре глава семьи Гэйсилэйсэнь и все старейшины прибыли к большой крепости на самой вершине «Драконьей Дороги» семьи Лазоревого Дракона. Врата древней крепости были распахнуты настежь, и стражники почтительно отдавали честь.
Один за другим они вошли в крепость во главе с главой семьи.
В тронном зале крепости глава семьи восседал высоко наверху, а все старейшины, включая Лин Лэй, стояли внизу.
— Словно император и подданные, — подумал Лин Лэй, увидев эту картину. Ему стало ещё яснее, каково положение главы семьи в клане. В некоторых семьях старейшины обладают большой властью. Но в семье Лазоревого Дракона это было совершенно не так.
— Хм! — Глава семьи Гэйсилэйсэнь посмотрел вниз и сердито фыркнул. — Я уже говорил — сейчас семья в опасности, и наша задача — уничтожить те восемь семей. Наши сородичи не должны убивать друг друга. Если умирать, так в битве с этими восемью семьями!
— Когда два семизвёздных демона внутри семьи вступают в бой, для одобрения требуется либо согласие всего совета старейшин, либо моё собственное. Как же так? Их смертельный поединок — и совет старейшин дал согласие? — возмутился Гэйсилэйсэнь.