— Что это значит?
В глубине руин зияла дыра. Анжелика подняла фонарь, но дна не увидела.
Откуда-то доносились выстрелы — похоже, внутри шёл бой.
Джилк тут же начал готовиться к спуску.
— Сейчас принесу верёвку!
Грег вскинул копьё на плечо.
— Я спущусь первым. Мари и Балтфорт, может, тоже там, внизу. Надо скорее их выручать.
Ливия тоже вызвалась:
— Я тоже пойду!
— Ты — нельзя. Оставайся.
— Я пойду!
Анжелика уже собиралась спускаться сама, когда прибежал запыхавшийся староста и закричал:
— Что вы творите?!
Анжелика метнула на него сердитый взгляд.
— И кто говорил, что здесь ничего нет? А это что — дыра прямиком под землю.
— Э-это… Прошу прощения. Мы сейчас сами туда отправимся. А вы, пожалуйста, выйдите наружу.
Грег, тревожившийся за Мари, и слушать старосту не стал.
— Там же, может, бой идёт! Если с Мари что-то случится, что тогда?!
— Т-тогда я пойду.
Староста взял в руки винтовку, которую нёс за спиной, и соскользнул в дыру.
Анжелика глядела на это с подозрением.
(Этот староста… один полез, не зная, что его ждёт?)
◇
Мы провалились под землю.
Луксион освещал всё вокруг, а мы с Мари шли по коридору.
Кое-где обвалились стены, оттуда высыпалась земля и камни, перегородив проход, — коридор превратился в лабиринт.
Я обернулся через плечо на Мари.
— Ты же лечебную магию применила? А идёшь медленно.
Ворча на хромающую Мари, я всё равно подстраивал под неё шаг.
Обиженная Мари, кажется, этого не замечала.
— Рану-то я залечила, но боль ещё какое-то время не пройдёт! Шагай помедленнее!
— Будь здесь Ливия, она бы и боль сняла. Вот что значит подделка.
— Ха! Повелась на смазливую мордашку и дурак дураком. Такой моб, как ты, вообще никому не нужен.
— А вот и нет, я в последнее время стал популярен у девушек. Даже письма часто получаю.
Письма, правда, сплошь нерадостные, но я хорохорился, и Мари с досады аж скривилась.
Я опять завёл разговор на тему, которую поднимал наверху.
— …С чего ты вообще придумала этот гарем наоборот?
— Жалуешься? Когда счастье само в руки плывёт, человек его и подберёт, разве нет?
Счастье?
— Типа, «сбивать с ног других — одно удовольствие»? Слушай, извинись перед Ливией.
Мари, потупившись, забормотала в тёмном коридоре:
— Что ты вообще понимаешь? В прошлой жизни я счастлива не была. А во второй жизни хочу пожить как хочу — что в этом плохого? Я!.. Я просто хочу быть счастливой.
Только методы уж больно жестокие, смеяться не тянет.
— Ливии мешаешь, Анжи в ловушку заманила. Ты просто отвратительна.
Тут Луксион, освещавший всё вокруг, заявил, что я такой же.
«Эти слова можно отнести и к мастеру. Вы сами говорили, что нашли меня и отобрали у Оливии. И ещё — что при всех разгромили ту пятёрку и чувствовали себя превосходно! …Мастер, это ведь тоже ваши слова».
Теперь уже Мари накинулась на меня.
— А ты-то сам хорош. Прежде чем других винить, в зеркало посмотри.
— От тебя слышать такого не хочу! Между прочим, из-за тебя мне пришлось намучиться! Да и вообще, как ты собираешься решать финальную битву? Вероятность, что княжество нападёт, низкая, но всё же.
Пока королевство удерживает госпожу Хелтруде и магическую флейту — утерянный предмет, — должно быть всё в порядке, но если их отберут — конец. А если начнётся финальная битва, будет очень скверно.
— С этим я как-нибудь справлюсь силой святой.
— А? Думаешь, одной силы святой хватит? А как же сила Ливии? Что с ней делать собираешься?
— …Ты о чём?
— Да я же о том!
Пока мы так препирались, Луксион вмешался в разговор.
«…Мастер, кажется, один мучивший меня вопрос разрешился».
Дверь открылась, и перед нами предстало зрелище…
Ряды цилиндрических капсул с жидкостью, а внутри — нечто, похожее на человека.
Эльфы уже ждали нас, наставив винтовки и пистолеты.
Я встал перед Мари — потому что у меня к этим типам накопилась куча вопросов, и чтобы задать их, её надо было защитить.
Я вскинул винтовку. Эльфы, глядя на меня, посмеивались.
— О, самец и самка человека… И ещё какая-то круглая штуковина.
Говорили так, будто разглядывали подопытных животных.
— Это вы создавали чудовищ?
Обычные монстры после смерти исчезают, а те, что в подземелье, оставались. Значит, это не монстры.
Эльф-мужчина, похожий на главного, ответил мне, держа в руке пистолет.
— Быстро соображаешь. А я-то думал, вы и представить себе не сможете.
Он коснулся рукой капсулы. Внутри был огромный цветок растения, а в его сердцевине — человеческое лицо. До того жуткое, что даже эльфов передёргивало.
— Мы в этих руинах ступили в божественную сферу — в таинство зарождения жизни. Вам, людям, не понять, но в древние времена существовала высокоразвитая цивилизация. Наверняка миром правили не дикие люди, а мы, эльфы. Тому есть доказательства. Здесь, под землёй, находили кости эльфов. И ни одной человеческой.
При мысли, что эльфы издавна создавали этих тварей, меня пробрала дрожь.
Я покосился на Луксиона, но тот качнул своим единственным глазом — мол, нет. Похоже, Луксион об этом не знал.
Но самодовольная речь не кончалась.
— Мы вернём мир, отнятый людьми, и именно эльфы объединят и поведут за собой все расы…
Тут самолюбование эльфа прервал Луксион.
«Это не так. Цивилизацией, которую вы называете древней, правили люди. И в этом комплексе создавали… вас, эльфов».
Мари потянула меня за рукав и снизу вверх уставилась на Луксиона.
— Слушай, а что это за фамильяр у тебя?
— Это мой чит-предмет Луксион. Ясно же?
— Понятия не имею. Да и вообще, чит-предмет — это бесчестно. Отдай.
— …Характер у тебя и правда замечательный.
Лица эльфов исказились.
— Что несёт эта странная круглая штука?
«Я получил доступ к административному ИИ, спящему в этом помещении, и обменялся с ним данными. Этот остров — испытательный полигон. Остров, где люди, противодействуя Новому Человечеству, прикоснулись к запретному… Эльфы — искусственно созданные существа, способные управлять магией».
Отовсюду раздался ещё один голос — электронный, отличный от Луксиона, с женским оттенком.
«Всё верно. Эльфы на этом острове — одичавшие особи, выведенные здесь».
— Искусственный интеллект?
Я огляделся, но никого не увидел.
«Да. Мне повезло встретить вас, носителя генов Старого Человечества. Это доказывает, что наша борьба не была напрасной».
Эльфы, услышав этот голос впервые, заметались в панике.
— К-кто это! Кто смеет плести такую ложь! Мы, эльфы, выше людей! Живём дольше и владеем магией куда искуснее!
Административный ИИ хладнокровно продолжал:
«Долгая жизнь дана, чтобы дольше сражаться. Если вы будете быстро умирать, от вас не будет толку. А превосходное владение магией — потому что вас такими создали. Впрочем, возможно, из-за одичания вы заметно деградировали по сравнению с первыми выведенными нами эльфами».
Эльфы стояли ошеломлённые, и только мужчина перед нами всё больше распалялся гневом.
— Не смеши! Такой правды не существует. Это мы…
Я почувствовал движение за спиной и обернулся — там стоял староста деревни.
Но вид у него был странный.
— Что вы вытворяете!
Выкрикнув это, староста… направил гнев не на собратьев-эльфов, а на нас.
— А, староста… А?
Староста вскинул винтовку и направил ствол прямо в лицо Мари.
Луксион, похоже, всё понял.
«Вот оно что. Значит, не всё, что говорил тамошний старейшина, было ложью».
Староста скомандовал растерявшимся эльфам. Стало ясно: вот его истинное лицо.
— Прикончите их здесь. Представим, будто их убили искусственные твари.
Эльфы открыли капсулы, и из них, стекая жидкостью, полезли чудовища.
«Стоит ли похвалить их за то, что они вообще смогли запустить оборудование?» — спокойно заметил Луксион.
Рядом с невозмутимым Луксионом я вскинул винтовку.
— Убить нас и замести следы? Эльфы, как и с виду, порочны до самых глубин.
Староста, глядя на меня, усмехался.
— Не зазнавайся, жалкий человек. Таким низшим существам, как вы, должно только преклонять головы перед нами!
Административный ИИ произнёс с оттенком сожаления:
«…Исполняю экстренный протокол».
И тотчас из стен комплекса выдвинулось оружие, которое нацелилось на бросавшихся на нас искусственных существ и перебило их всех до единого.
Пока эльфы пребывали в смятении, я прострелил старосте плечо из винтовки.
— А-а-а!
Когда он выронил винтовку, я шагнул перед Мари и прикладом снёс его лицо наотмашь.
Эльфы завопили:
— С-стреляйте!
На нас обрушился град пуль и заклинаний, и Мари вцепилась в голову.
— Да сколько же можно-о-о!
Думая лишь «Как же вы меня достали», я приказал Луксиону:
— Давай.
«Такой уровень не способен поцарапать мастера».
Вокруг нас возник световой барьер, отразивший и пули, и магию.
Наставив винтовку на старосту, я посмотрел на эльфов, понявших, что ни пули, ни магия не действуют.
— Продолжим? Благородные и мудрые господа эльфы предпочитают эстетику гибели?
Поняв, что дальше сражаться бессмысленно, эльфы побросали оружие и подняли руки.
— Свяжи их всех. Ты тоже помогай.
— Эй! Я всё-таки святая. Вообще-то я твоя начальница!
— …Я могу списать на них и прострелить тебе голову, так и знай.
Я не собирался этого делать, но надавил — и Мари тут же расцвела улыбкой.
— Ну хватит, не сердись. Я-я всё сделаю, только не стреляй.
…Вот так бы с самого начала.
◇
Когда эльфов наконец связали, административный ИИ обратился ко мне и Луксиону.
«…Я осознаю, что мы потерпели поражение. В таком случае этот комплекс необходимо уничтожить самоподрывом».
— Тоже мне, любители самоподрыва. Ни дать ни взять Луксион.
Административный ИИ объяснил назначение этих руин — комплекса.
«Изначально он создавался для противостояния Новому Человечеству. Теперь, когда это утратило смысл, сохранять комплекс незачем. Если его оставить, найдутся те, кто злоупотребит им, как эти эльфы».
Эльфы, создавшие искусственных существ. И правда, оставлять такое нельзя.
— …Административный ИИ, тебя это устраивает?
Искусственный интеллект, веками присматривавший за этим местом, пробудился и вынужден был выбрать самоподрыв. Почему-то от этого становилось тоскливо.
«Никаких проблем. Луксион, я передаю тебе все свои данные. И ещё — прими это. Тебе, кораблю-колонисту, это пригодится».
Из-под пола поднялось нечто — множество слипшихся вместе кубов.
Оно парило и сияло.
«Примем с благодарностью. Теперь я смогу проявить себя ещё ярче».
— А это что?
«Сокровище. Крайне ценный предмет».
Услышав это, Мари подпрыгнула:
— Сокровище!
«Да. Для нас ценность имеется, но в этом мире не знают, как им пользоваться, так что оно стоит примерно как светящаяся безделушка».
— …Ну просто ужас. Никаких сокровищ, и всё не так, как в игре? Вообще-то я думала, это фэнтези, а мне тут про научную фантастику — ничего не понимаю.
…Эльфов создали люди. Их вывели для борьбы с Новым Человечеством, и, похоже, другие расы нелюдей появились по схожим причинам… Да, мир и правда несколько странноватый.
Куда подевался тот пушистый, сладкий и ласковый мир фэнтези из отомэ-игры?
— Других сокровищ нет?
Мари заметно приуныла, и я спросил у административного ИИ — и тот ответил с явной, непонятно почему, неприязнью.
«Не уверена, можно ли назвать это сокровищем, но кое-что имеется. Если уж так хотите — заберите, пожалуйста, заберите».
Мари мгновенно ожила.
— Так есть же! Ну хватит, не прячь давай сюда!
Вот же характер, честное слово.
◇
Место в стороне от руин.
Там мы…
«Куапролджзщшгне!!»
…изо всех сил пытались успокоить взбешённого Луксиона.
— Да успокойся ты!
«Я спокоен. Спокойно уничтожу этот объект, измельчу, испепелю и сотру без остатка, чтобы даже пылинки не —гии-и-и-и-и!»
…Он что, сломался?
Мари в полном отчаянии лежала на земле, уставившись в пустоту.
— …Такое получить — никакой радости.
А Джилк и Грег с искренним облегчением утешали её.
— Слава богу, вы целы, госпожа Мари.
— Да, Мари. Сокровище ещё найдём, чего уж там.
Перед нами было то, что напоследок передал административный ИИ руин. Правая рука брони — силовой брони. Часть от локтя и ниже.
При виде этого шипастого обрубка Луксион сломался окончательно.
Мари сокрушалась, что такой мусор не продашь, и Ливия растерянно металась вокруг Луксиона.
— Лукси-кун, успокойся! Ну же, глубокий вдох, глубокий вдох!
«Я не дышу, так что не смогу».
— А, ну, да. Э-э… прости как-то.
Хладнокровный ответ вогнал Ливию в ещё большую неловкость, и это было мило.
Анжелика подошла ко мне разобраться в ситуации.
— Леон, почему староста ранен, а ты его не развязываешь? И эти эльфы — где они были в руинах? Неужели их держали в плену?
Она подозрительно глядела на связанных эльфов.
Рассказывать всё как есть про руины я не мог. Доложу — обвинят в уничтожении памятника. И самовольно наказать эльфов я не вправе — ситуация безвыходная.
— А, эти ребята, просто… Ой-ой.
Земля вздрогнула, я подхватил оступившуюся Анжелику и посмотрел в сторону руин. Похоже, самоподрыв прошёл успешно. Не знаю, уместно ли тут «успешно», но теперь эти руины больше не создадут искусственных тварей.
Так и должно было быть.
Пока я так думал, в небе возник огромный лётный корабль.
…Это был Луксион.
Под оптической маскировкой он скрывался, но я различал неестественные очертания. В небе еле заметно проступал корабль — главное тело Луксиона.
— Эй!
Я зыркнул на него, а Луксион ничуть не раскаиваясь ответил:
«Примите расплату за то, что провели меня. Подсунуть мне такое!»
Удар разъярённого основного тела Луксиона превратился в столп света и обрушился на руины.
При виде этого столпа староста затрясся.
— Неужели старейшина говорил об этом… Владыка демонов! Владыка демонов гневается на нас!
Прости, это всё мой напарник. Не Владыка демонов.
Эльфы стояли с лицами, будто наступил конец света.
Пока все, кто здесь был, не отрываясь смотрели на столп света, одна лишь госпожа Хелтруде глядела на правую руку брони.
Кстати, её форма мне что-то напоминала.
Эту чёрную шипастую руку я где-то вроде уже видел…
— Слушай.
— А?
Госпожа Хелтруде обратилась ко мне.
— Не хочешь… дать мне руку?
Судя по виду, она что-то замышляла, но я отказался, не желая ввязываться.
— Шутите? Неохота.
— Дам тебе всё, что захочешь. Обещаю условия куда лучше, чем в королевстве.
— Не надо.
Госпожа Хелтруде чуть досадливо пробормотала: «Вот как».
◇
Вернувшись в эльфийскую деревню, мы встретили старейшину и остальных.
Эльфы вышли из домов и, точно молясь, взывали к небу о прощении.
— О Владыка демонов, смилуйся!
— Пощади наш остров!
— Вот поэтому я и говорил — не надо! Деревенский староста со своими людьми разворошил руины!
Увидев деревню в таком состоянии, Кайл презрительно усмехнулся. Тут же убрал усмешку с лица, но я сделал вид, что не заметил.
У парня наверняка свои обстоятельства.
Грег вместе с Джилком тащили извлечённую из руин правую руку брони и оглядывались по сторонам.
— Что-то здесь атмосфера другая.
— Я-то думал, нас возненавидят за то, что руины обрушились… Но, похоже, всё в порядке.
Хотя обрушил их я.
Когда мы пришли, старейшина приблизился. Взглянув на связанных эльфов, он что-то прошептал.
Эльфийка, стоявшая рядом и поддерживавшая его, перевела:
— Он хочет поговорить об участи этих людей. И просит, чтобы вы как представители пришли в дом старейшины.
Я вызвался, понимая, что придётся многое объяснить.
Старейшина смотрел на Мари.
— Её тоже звать?
— Да. И ещё чёрноволосую госпожу и тех двоих вас просят сопроводить.
Грег и Джилк, которых не позвали, сгрузили ношу и отдыхали.
— Идите, переговорите без нас. Мы пока эту штуку донесём.
— До погрузки на лётный корабль будет нелегко.
Услышав это, Луксион отозвался омерзительным тоном:
«Мне — принять на борт такую грязь?»
— Да смирись уже. Ладно, пошли.
◇
Дом старейшины.
Там мы сидели напротив старейшины — и получили благодарность.
— Старейшина передаёт всем вам свою признательность.
Мари засмущалась.
— Да зачем благодарить… Лучше бы сокровище или что-нибудь…
Анжелика зыркнула на неё, заставив умолкнуть.
— …Это уж нам надо извиняться. В результате мы уничтожили руины.
Старейшина покачал головой.
— Старейшина говорит, что счастлив уж тем, что гнев древнего Владыки демонов ограничился лишь этим.
Ливия вмешалась в разговор:
— А-а можно… немного не по теме? Что значит «смешанный»? Госпожа Юмерия так сказала… Да и Кайл-кун ведёт себя странно. Что это значит?
На вопрос Ливии, тревожившейся за Кайла, Мари скорчила откровенно кислую мину.
— Оставь в покое моего личного слугу.
— Я не в том смысле, просто всё это как-то ненормально.
И правда, ненормально.
Я перевёл взгляд на эльфийку, говорившую от лица старейшины, и та, потупившись, всё же ответила:
— Известно ли вам, что понятие красоты у эльфов определяется магической силой?
Джилк, кажется, хвастался чем-то таким. Я кивнул, и она продолжила:
— У каждой магической силы есть свои особенности. Людям трудно объяснить, но мы различаем их как цвета. Однако изредка рождаются те, в ком сила напоминает смешение нескольких цветов.
Нам не понять, но для эльфов это, видно, уродство.
— Магия таких очень сильна и необычна. Но мы, глядя на них, не можем подавить отвращение. Таких жители деревни называют «смешанными».
То есть они владеют особой магией? И одно это вызывает у эльфов отвращение? Тут уж ничего не поделаешь. Видимо, на уровне физического неприятия.
— Мать Кайла, Юмерия, когда-то уходила из деревни и странствовала со своей магией, как бродячая артистка. И тогда у неё родился ребёнок от человеческого мужчины.
Анжелика широко раскрыла глаза.
— …Слыхала краем уха. Полуэльфы, да?
Эльфийка кивнула.
— Положение полуэльфа двойственное. Рождение полуэльфа — проблема, которую мужчины, уезжающие на заработки, не могут оставить без внимания.
Эльфийские рабы, которых покупают в личные слуги за большие деньги. Одна из причин их популярности — невозможность иметь детей от людей. Если же станет известно хоть о малейшей вероятности, покупатели, возможно, призадумаются. Хотя… призадумаются ли? Скорее, наоборот: некоторые станут покупать из-за остроты ощущений.
— В-вот почему он признался, что он полуэльф… — пробормотала Мари, вся в холодном поту, но я не обратил на неё внимания и подвёл черту.
— Значит, изгои в эльфийской деревне. Ладно, оставим это пока.
— Леон-сан, нельзя так резко переключаться! — упрекнула меня Ливия.
Но мы мало что могли сделать.
— Совать нос в чужую семейную жизнь и там что-то исправлять — не выйдет. Не скажешь же эльфам: «перестаньте чувствовать отвращение». Да и насчёт двойственного положения Кайла теперь понятно. Он, похоже, и сам этот остров ненавидит?
Эльфийка кивнула.
— Скорее всего. Этого вам, увы, тоже не разрешить.
Старейшина что-то сказал женщине. Она обернулась к нам.
— Старейшина гадал о вас. Хочет сообщить результаты. Это единственное, чем он может вас отблагодарить.
В доме старейшины, ещё более скромном, чем у деревенского старосты, почти не было вещей. Жили здесь явно небогато.
— Итак, начнём с госпожи святой.
— Гадание? Ну хорошо, так и быть, выслушаю. Давай самый лучший результат.
Ну и гонор же у неё.
Впрочем, интерес к гаданию на лице напомнил мне сестру из прошлой жизни, которая каждое утро проверяла гороскоп. Ей надо было, чтобы вышел непременно лучший результат, иначе она переключала канал на другой гороскоп. …Как вспомнил — аж закипел.
— Судьба её окутана тайной. И встречу с суженым она да пройдёт стороною.
— Кто этот суженый?!
— Этого он не знает, но говорит, что встреча уже состоялась. И что с этим человеком они разойдутся и вместе им не быть. А ещё…
— Что?
— Не убежать от того, что несёшь на плечах. Говорит, жизнь тебе предстоит суровая. И только два пути: или обрести всё, или потерять всё.
Мари ошарашенно застыла, а потом понемногу начала закипать.
— Переделай! Требую перегадать!
— Теперь черноволосая госпожа…
— Да слушай же меня!
Госпожа Хелтруде, сидевшая молча, с равнодушным видом выслушала итог.
— Говорит, что когда-нибудь наступит для тебя великий перелом. И что перед тобой предстанет огромное препятствие.
— Вот как. Чем труднее, тем интереснее жить.
— Ещё говорит, что ты встретишь суженого. Если удастся вместе пройти путь, твоя трудная дорога озарится светом и он станет тебе надёжной опорой.
— …В-вот как. Ладно, запомню.
По тому, как она слегка обрадовалась, видно девушку. Услышать про суженого — и уже счастлива. Уметь так радоваться — любо-дорого поглядеть.
— Теперь вы.
— Я, значит.
Я покосился на Анжелику, которая слегка приосанилась в ожидании, и она показалась мне необычайно милой. Может, и гадания иногда небесполезны?
Эльфийка, услышав слова старейшины, вдруг замялась.
— Ч-что? Говори скорее, — поторопила её Анжелика.
Та сказала:
— Кажется, вас и вот того господина оберегает герой, способный подчинить даже древнего Владыку демонов. Уже появился ли, ещё встретится ли — непонятно.
— …Герой?
Анжелика склонила голову, и Ливия тоже растерялась.
— Такой бывает в сказках для мальчиков. Герой, победивший Владыку демонов… Э-э, но среди моих знакомых таких поразительных людей нет.
Сразу повеяло шарлатанством. Опять Владыка демонов. Да ещё тот самый «древний Владыка демонов», про чей гнев он говорил. Если его победили, так зачем же он опять лезет?
Может, старейшина уже выдохся? Деревенский староста сам говорил: про точность предсказаний уже не та.
И вообще, если герой существует — где он? Почему я за него отдуваюсь? Поистине бесполезный господин герой и подчинённый ему господин Владыка демонов. Толку никакого.
— Если старейшина устал, может, лучше ему отдохнуть?
Эльфийка остановила меня.
— В-всё хорошо. Продолжение касается вас обоих вместе.
Она, кажется, сама уже слегка сомневается в происходящем. В наступившей неловкой тишине мы слушали дальше.
— Судьбы вас двоих сложно переплетены и сильно отклонились от предначертанного пути. И бремя, которое должны были нести вы, уже взял на себя другой.
Ливия растерялась.
— Э-э… то есть кто-то выручил нас?
— Да. И вас тоже уже выручили.
Анжелика посмотрела на меня.
— Н-ну, меня и правда не раз выручали.
Эльфийка была явно в замешательстве.
— Старейшина говорит, что всё слишком запутано и он плохо видит. Только, по его словам, возле вас двоих виднеется благословение героя.
И Анжелика, и Ливия стали коситься на меня. Ливия попросила старейшину:
— Погадайте и Леону-сан!
Анжелика тоже.
— Д-давай. Ему одному остаться без предсказания — как-то одиноко. Не то чтобы мне любопытно, просто это… когда все вместе, оно как-то лучше!
Я же смотрел на старейшину.
— Старейшина, если вы устали, можете и поспать. Я вовсе не собираюсь что-то делать с этим островом…
Старейшина выпрямился напротив меня. И тихим голосом, который всё же долетел до меня, заговорил. Голос был хриплый, каждое слово давалось с трудом. …Не мучайся так, бабушка. Из-за тебя я чувствую себя злодеем.
— Благодарю, что спасли эту деревню. Вы, должно быть, очень добрый человек.
При этих словах старейшины у Мари и госпожи Хелтруде глаза округлились.
…Что, претензии есть? Впрочем, наверняка. Для этих двоих я отнюдь не добрый.
— И моё гадание не может прочесть ваше будущее. Только знайте… когда-нибудь вы потеряете… нечто драгоценное… и вас ждут тяжкие…
Внезапно мне выпало самое паршивое предсказание — что ни одно желание до конца не сбудется. Я прошептал еле слышно:
— С-старейшина?
Я взмолился перегадать ещё раз, но старейшина лишь безмолвствовал.
— А? Старейшина?
Эльфийка подхватила его.
— К-кажется, он утомился. Уснул.
Я вскочил и схватил старейшину за плечи.
— Подождите! Прошу, откройте глаза! Прошу, скажите как положено! Не засыпайте, оставив меня с таким зловещим напутствием!
Анжелика и Ливия оттащили меня от старейшины.
— Леон, перестань уже.
— Со стариками надо обращаться бережно! «Ме!» — понял?!
Я и сам понимаю. Но такой результат признавать не хочу. Не могу!
Мари и госпожа Хелтруде, глядя на меня, от души забавлялись.
— Так тебе и надо.
— Правда. Аж жалко бедняжку.
Госпожа Хелтруде вроде говорила «жалко», а сама смеялась. Нет, у этой женщины всё-таки дрянной характер.
— Не хочу-у-у! Требую перегадать!
Луксион, молча слушавший всё это, пробурчал недовольно:
«Сами же говорили, что в гадания не верите, а теперь искренне негодуете. Мастер, это некрасиво».
— Отстань! Да кто угодно расстроится от такого результата!
Дело не в том, красиво или нет. Я ради того, чтобы жить счастливо, не могу принять такое!
Да и вообще — «потеряю драгоценное»? Это как понимать?!