«Старшая, мне кажется, что эти бумажные куклы на нас смотрят?» Хэшань вцепился в дверной косяк и отказывался входить в помещение: — Это не шутка! С этими куклами точно что-то не так! А вдруг там люди наряжены? Чёрт, у меня такое чувство, что стоит только подойти, как они поднимутся с пола!
Бумажные куклы, обработанные навыком загробного грима Чэня Гэ, были пронизаны чем-то невыразимо жутким. Явно неживые, но в них проступал оттенок жизни.
Гао Жуэсюэ сердито взглянула на Хэшаня — не хватало ещё обузы. Страх заразителен, она сама тоже не слишком боялась, но после слов Хэшаня и в ней шевельнулся страх: «Можешь помолчать? Если ещё раз начнёшь, я оставлю тебя тут одного.»
Она первой вошла в помещение и осмотрелась. Окна на стенах главной комнаты оказались просто декорацией — пути наружу не было.
«Старшая, давай быстрее уйдём отсюда! Эта комната какая-то проклятая, она вся замурована, выход точно не здесь.»
«Владелец дома ужасов мастерски владеет психологическим внушением и умеет читать людей. Поэтому нам нужно действовать наперекор — чем невозможнее кажется место, тем тщательнее его надо обыскать.» Гао Жуэсюэ ходила по комнате, и от её движения бумажные куклы на полу покачивались.
Хэшань на пороге смотрел с дрожью: «Но в комнате нет ни одного укрытия — видно всё как на ладони. Где тут может быть выход?»
«Нет укрытия? А кто тебе сказал?» Гао Жуэсюэ стояла в центре главной комнаты, подняла стройную белоснежную ногу и твёрдо ступила на красный гроб: — Подходи, помоги — я вскрою гроб!
«Вскроем гроб?!» У Хэшаня уголки рта дёрнулись, ему стало совсем не по себе: — Это, пожалуй, не совсем уместно...
«Или ты собирался провести в этом доме ужасов всю оставшуюся жизнь?» Под напором Гао Жуэсюэ Хэшань медленно, по сантиметру, продвинулся в комнату, осторожно обходя бумажные куклы на полу, согнулся и поддержал другой край крышки гроба.
«Я считаю до трёх, и толкаем одновременно.»
«Хорошо.»
«Раз, два...»
«Бух!»
Гао Жуэсюэ не успела договорить, как в комнате раздался странный звук!
«Что за звук?» Хэшань, обнимая крышку гроба, от страха вздрогнул.
«Тише.» Гао Жуэсюэ поднесла палец к губам, огляделась в обе стороны и наконец уставилась на красный гроб перед собой: — Кажется, звук доносился изнутри гроба.
Как только она это сказала, лицо Хэшаня почернело от ужаса, кадык подрагивал, а руки, державшие крышку, словно хватались за раскалённую доску: «Сестрёнка, ты моя родная сестрёнка, давай уже уходим отсюда!»
«Соберись. Звук донёлся из гроба, когда мы собирались его вскрыть — разве это не странно?»
«Звук из гроба — это не странно, это прямая угроза жизни!» Под воздействием Чёрной Пятницы страх в душе Хэшаня раздувался до бесконечности — он хотел только одного: поскорее выбраться отсюда.
«Подумай хорошенько. Звук из гроба — это либо работник, спрятавшийся внутри, который выпрыгнет и напугает нас, как только мы вскроем крышку, либо какой-то механизм, который приводится в действие при вскрытии и порождает третью переменную. В любом случае гроб — ключевой реквизит в сцене призрачной свадьбы. Чтобы выбраться, вскрыть гроб — необходимый шаг.» Гао Жуэсюэ похлопала по крышке: — Не раздумывай, просто открывай.
«Не очень понимаю, о чём ты говоришь, но звучит разумно.»
Хэшань и Гао Жуэсюэ одновременно приложили усилия, и тяжёлая крышка медленно сдвинулась. Когда она отодвинулась на четверть, из обветрившегося гроба без всякого предупреждения раздался оглушительный грохот!
«Бум!»