Глава 725. Дефицитный сотрудник

Впервые в жизни — и при жизни, и после смерти — Цюмэй услышала о себе такую оценку.

Её родители попали в тюрьму, когда она была совсем маленькой, и все это время её ростила бабушка.

Отсутствие отцовской и материнской любви сделало её характер с детства непохожим на других детей — она росла разболтанной, с лёгким хулиганским налётом.

С годами Цюмэй постепенно взрослела, и когда она наконец решила расстаться со своим прежним «я» и по-настоящему стараться, встретила Вэнь Юй.

Бутон так и не раскрылся и уже увял. Но, возможно, именно благодаря всем испытаниям детства Цюмэй не была сломлена этой внезапной бедой. Она не утратила себя и по-прежнему оставалась собой.

Вот чем Чэнь Гэ больше всего её ценит.

Посмотрев фильм, снятый Чан Гу, Чэнь Гэ так и не до конца разобрался, почему Вэнь Юй попала в ту школу, не понял, почему её левый глаз оказался у неё, и не мог понять, что произошло между Вэнь Юй и её братом Чан Гу. Но он точно знал одно: среди всех появившихся персонажей Цюмэй была самой невиновной.

В зале появились странные зрители, но ещё странным был живой человек, который вдруг забежал на сцену.

Нетронутый правый глаз Цюмэй медленно открылся. В багровой радужке мелькнул оттенок сомнения — слова собеседника приятно было слышать, но что-то казалось не так.

Она медленно повернула голову и посмотрела на Чан Гу, сидевшего в центре зала.

Как будто что-то почувствовав, Чан Гу поднял опущенную голову. Прошло долгое время, прежде чем он, казалось, наконец принял решение, и тихо вздохнул.

Веки дрогнули — долгое время сомкнутые глаза Чан Гу медленно открылись.

— Кто ты такой?

Левый глаз Чан Гу мало отличался от обычного — лишь вокруг радужки проступал багровый ободок. А правый, который должен был быть нормальным, выглядел жутко: зрачок словно расплавился, и виднелась только белая склера, испещрённая трещинами.

— Мой левый глаз — это левый глаз Вэнь Юй. Операция по пересадке не удалась. Этот глаз лишь различает простые цветовые оттенки и лишь изредка видит то, что обычный человек увидеть не может. — Чан Гу произнёс это, не сводя взгляда с Цюмэй перед экраном. После неудачной операции левый глаз сохранил часть способностей.

— Мой правый глаз полностью ослеп. Точную причину я тоже не знаю — возможно, это проклятие левого глаза. — Чан Гу сильно закашлялся и снова закрыл глаза. Но за те короткие секунды, что они были открыты, из его левого глаза уже потекла кровавая слеза.

— Значит, все мои догадки оказались верными. — Чэнь Гэ всё ещё стоял на сцене. Между ним и Цюмэй было всего несколько шагов.

— Не совсем верными, но сейчас это уже не имеет значения. — Чан Гу с трудом унимил кашель. — Я готов сотрудничать с тобой, но как мне поверить в то, что ты говоришь?

Чэнь Гэ только и боялся, что Чан Гу не сдастся. Стоило тому лишь немного смягчить тон — и у Чэнь Гэ было множество способов подружиться с ним.

Он достал телефон и нашёл несколько местных новостных сводок Ханьцзяна: — Мне незачем тебя обманывать. Эти новости — подтверждение. Если всё ещё не веришь, можешь сам поискать в интернете информацию о Западногородном доме ужасов.

Чэнь Гэ говорил очень искренне, но Чан Гу с трудом мог это принять — человек, который для подтверждения своих слов выискивает местные сводки о сверхъестественных происшествиях, не может быть простым.