На маленьком острове Хань Ли, заключённый в серебряном световом куполе, запрокинул голову и капнул в рот каплю духовной жидкости. Затем он посмотрел на бутылочку в руке, и на его лице появилось задумчивое выражение.
Это была уже пятая капля духовной жидкости, которую он принял. Золотой свет вокруг купола нисколько не ослаб, но внешнее золотое пламя заметно уменьшилось по сравнению с началом. Похоже, после столь долгой нагрузки противник начал сдавать позиции. Вероятно, ещё немного — и он освободится.
Обдумав это, Хань Ли вспыхнул белый свет — с невозмутимым лицом он спрятал бутылочку в сумку для хранения, одновременно подняв взгляд к тучам на небе и слегка нахмурившись.
Он, разумеется, отчётливо видел зелёный столб света и перемены на небе. Столб исходил из направления малой долины — похоже, его вызвала Юань Яо, колдовавшая там. Хотя подробности того, что происходило по ту сторону, ему были неизвестны, вид тяжёлых туч не походил на завершение воскрешающего заклинания.
Все эти мысли пронеслись в голове Хань Ли одна за другой и были тут же отброшены. Пока он не освободился из золотого света, ему было не до размышлений — выживание было важнее.
Теперь, выдохнув, он почувствовал, как все его артефакты внутри тела начали подавать сигналы готовности, а за спиной — там, где серебряные крылья уже почти исчезли — снова смутно проступили их очертания.
……
Над золотым пламенем парил Вэнь Тяньжэнь. Та самодовольная улыбка, с которой он заключил Хань Ли в ловушку, давно исчезла — его лицо было бледно-серым, окутанным лёгкой дымкой чёрного тумана. Золотой рог между его бровями по сравнению с вчерашним днём уменьшился до трети прежнего размера. Теперь он едва выступал на несколько сантиметров.
Теперь лицо этого наследника Шести Путей было мрачным до жути. В его душе бушевали одновременно страх и ярость, а ещё — тонкая ниточка скрытого ужаса.
Никто не знал силу этого божественного золотого пламени лучше, чем он сам — хозяин данного артефакта.
Поначалу, когда он говорил, что противник продержится под золотым пламенем хотя бы час-другой, он уже преувеличивал. По его настоящим расчётам, тот вряд ли продержался бы и получаса.
Так что, несмотря на потерю части жизненной энергии, уничтожение столь опасного врага стоило этих жертв.
Но спустя полчаса в золотом пламени не было ни малейшего движения — и это его слегка удивило.
Когда прошёл целый час, а дыхание противника всё ещё не угасло, на его лице появилось удивление.
Спустя два часа купол Хань Ли был по-прежнему нерушим, и Вэнь Тяньжэнь по-настоящему почувствовал неладное.
Он смутно ощутил, что, похоже, совершает глупость. Противник вовсе не боялся затяжного расхода магической силы.
Очевидно, тот либо нёс с собой что-то, способное ускорить восстановление магической силы, либо скрывал в рукаве какой-то иной козырь.
По его сведениям, единственная вещь, способная быстро восполнить магическую силу, — та самая невероятно редкая духовная жидкость тысячелетней выдержки. Неужели противник действительно нёс её с собой?
Вэнь Тяньжэнь быстро догадался о правде!
Но теперь он был как всадник на тигре — не мог ни ехать дальше, ни слезть. Сначала была уничтожена большая часть его истинного демонического воплощения, а затем он не пожалев жизненной субстанции, использовал Зеркало Восьми Врат Золотого Света. Его собственный уровень культивации существенно упал.
Выпустив Хань Ли на открытый бой, он вряд ли имел бы значительное преимущество.
Однако Вэнь Тяньжэнь прекрасно понимал: духовная жидкость тысячелетней выдержки — вещь противоестественная, и обычный культиватор вряд ли мог взять с собой большой её запас.
Он стиснул зубы и продолжил расходовать жизненную субстанцию, поддерживая золотое пламя для уничтожения Хань Ли.
Он был готов к тому, что по возвращении ему придётся провести в уединении двадцать-тридцать лет, восстанавливая силы, — лишь бы выжечь золотым божественным пламенем все запасы снадобий противника, а затем обратить того в пепел.
Это противостояние длилось вплоть до настоящего момента.
С каждым четвертьчасом лицо наследника Шести Путей становилось всё более мрачным.
А сейчас серебряный купол в золотом пламени по-прежнему был крепок, как скала, и не подавал ни малейшего признака разрушения.
Сам же Вэнь Тяньжэнь уже не мог долго продержаться.
Теперь его мозг лихорадочно работал, ища способ выйти из создавшегося положения. И вот появление того зелёного столба света нашло отклик в его сознании — смутно оформилась мысль.
— Цзы Лин! Отправляйся туда, откуда он явился, и приведи мне его спутника. Тот сейчас в самом разгаре колдовства и не способен оказать сопротивления. — Вэнь Тяньжэнь сухо сомкнул губы и внезапно холодно скомандовал Фее Цзы Лин, стоявшей далеко. Манера мягкого и учтивого обращения с девушкой исчезла без следа — на его лице проступило жестокое оскалённое выражение.
Услышав эти слова, Фея Цзы Лин, всё это время стоявшая на месте, чуть изменилась в лице.
Этот поединок не раз ставил девушку на грань рассудка. Она была уверена, что Хань Ли в золотом пламени долго не продержится, но прошла целая ночь — и Хань Ли оставался невредимым, тогда как Вэнь Тяньжэнь оказался в безвыходном положении. Это потрясло её до глубины души!
Когда слова Вэнь Тяньжэня достигли ушей Цзы Лин, эта чрезвычайно умная девушка сначала опешила, а затем тут же поняла его замысел.
Этот молодой глава Мятежного Звёздного Альянса собирался использовать того, кто колдовал, чтобы шантажировать Хань Ли — поставить его в нерешительность, заставив бояться навредить своему спутнику!