— Я не хочу, чтобы кто-нибудь из Горы Духовных Зверей узнал о том, что произошло сегодня вечером. Вы с сыном не из болтливых, верно? — Хань Ли внезапно поднял голову и холодно произнёс, обращаясь к Мастеру зала Пяти Цветов.
Старик почувствовал, как по спине пробежал холодок, а затем его лицо тут же приняло смиренное выражение, и он стал повторять, что не посмеет.
Хань Ли молча смотрел на Мастера зала Пяти Цветов какое-то время, лишь расплывшись в улыбке, когда на лице того выступил холодный пот. Затем его тело качнулось, и он бесследно исчез с того места.
Старик как раз охватил ужас, как вдруг почувствовал, как ладонь легко похлопала его по плечу. Его тело мгновенно окаменело, и он медленно повернул голову.
Это, конечно, был Хань Ли, стоящий спокойно за его спиной с безразличным выражением на лице.
— У Бессмертного мастера есть ещё какие-нибудь приказы? Этот старик непременно выполнит, — Мастер зала Пяти Цветов сказал с натянутой, неуверенной улыбкой.
— Ничего особенного. Просто хотел поздороваться, — Хань Ли ответил, его выражение не изменилось.
— Поздороваться?
Старик опешил, не вполне понимая намерения Хань Ли. Но тут ему что-то пришло в голову, и лицо его резко изменилось. Он начал проверять своё тело, перенаправляя энергию, и лишь убедившись, что всё в полном порядке, наконец успокоился.
К этому моменту Хань Ли, не произнося больше ни слова, выпустил Лодку Божественного Ветра, а затем мелькнул и встал на магическом артефакте.
Тщательно посмотрев на старика и молодого человека, Хань Ли холодно фыркнул, превратился в полосу белого света и устремился в небо.
Он оставил позади ошарашенных отца с сыном и Мо Юйчжу, на лице которой играло сложное выражение.
…
Хань Ли стоял на магическом артефакте навстречу ветру, и на уголке его губ непроизвольно появилась насмешливая улыбка.
Тот Мастер зала Пяти Цветов теперь клялся, что не позволит людям с Горы Духовных Зверей узнать о его визите, но Хань Ли уловил в его манерах нечто, указывающее на неискренность.
Раз так, Хань Ли, разумеется, не стал бы оставлять подобного человека с глубоким умом, который втайне таил бы злобу против него в тени, даже если тот был смертным.
Именно поэтому он незаметно подкрадулся к нему сзади и, слегка похлопав по плечу, тайно внедрил в его тело «Сердцепрокидывающего червя».
Этот червь был весьма необычен. Его тело было тонким, как волос, практически неразличимым для невооружённого глаза и ощущаемым исключительно духовным восприятием. Но стоит ему проникнуть через кожу в тело человека, он начинает прилипать к кровеносным сосудам и медленно продвигаться к сердцу.
Через один-два года у человека появляются боли в сердце и бессонница. Симптомы усиливаются, и если проходит ещё несколько месяцев, этот человек умирает от сердечного приступа, внешне неотличимого от обычной смерти от сердечной недостаточности. Даже высокоранговый культиватор, осматривавший тело заранее, не увидит ни малейших признаков.
Когда пройдёт столько времени, они, конечно, не свяжут смерть с тем самым похлопыванием Хань Ли сегодня вечером, и он сможет с лёгкостью отстраниться от любых подозрений.
Эту скверную, червеобразную тварь Хань Ли получил от одного убитого ученика из демонической секты. Поначалу он не знал, что это такое, но позже, показав специалисту, узнал о её происхождении и предназначении. Теперь она оказалась как раз кстати для Мастера зала Пяти Цветов.
Таким образом, ему не пришлось выступать злодеем перед Мо Юйчжу, и в то же время он в какой-то мере выполнил своё обещание Мо Фэну. Хань Ли с некоторым самодовольством подумал об этом.
И даже если бы старик действительно рассказал людям с Горы Духовных Зверей о сегодняшнем вечере, Хань Ли бы не особо переживал.
В конце концов, он не причинил отцу и сыну ни малейшего вреда при свидетелях. Вероятно, и люди с Горы Духовных Зверей не стали бы чинить ему неприятности из-за такой мелочи. Что касается сына Мастера зала Пяти Цветов, тот показался неплохим человеком. Хань Ли надеялся, что Мо Юйчжу будет с ним хорошо впредь.
Размышляя об этом, Хань Ли направил Лодку Божественного Ветра на запад, в сторону города Цзяюань.
Ему ещё предстояло поторопиться разобраться с аномалией Цю Хуня. Хотя он и не знал точно, что случилось с Цю Хунем, оставлять это без внимания никак нельзя было.
Чуть более чем в ста ли к западу от города Цзяюань располагалась обширная область высоких гор и густых лесов. Говорили, что среди гор бродили ядовитые змеи и свирепые звери, поэтому люди редко сюда забирались. Вероятно, именно поэтому изменившийся Цю Хунь и прибежал сюда.
Хань Ли стоял высоко в воздухе, спокойно глядя вниз на тёмные, расплывчатые горные хребты, и не произносил ни слова.
Полеждав так довольно долго, он залез в сумку-хранилище и извлёк «Душепризывающий колокол».
Он держал его на ладони ровно и медленно начал вливать в него духовную энергию. Через непродолжительное время Душепризывающий колокол издал тусклое белое свечение и паром взмыл в воздух.
— Вперёд.
Хань Ли другой рукой сложил печать заклинания, быстро бросил её в сторону маленького колокола и тихо произнёс команду.
Душепризывающий колокол дрогнул, издал чистый, звонкий звук и стремительно устремился в определённом направлении.