Говорят, что Великая Бездна состоит из семи миров, и каждый последующий мир во много раз обширнее предыдущего. Но даже при этом площадь первого мира отнюдь не мала — чтобы добраться до запланированного входа во второй мир, Хань Ли и его спутникам понадобится ещё четыре-пять дней.
Предыдущий день прошёл благополучно. Они всё время летели над территорией, поросшей густыми лесами, и по пути, за исключением нескольких стай бессмысленно нападавших хищных птиц, ничего неожиданного не произошло.
Однако рано утром следующего дня трое внезапно ощутили, как над ними потемнело, и всё вокруг окутал сероватый туман.
Хань Ли с удивлением поднял голову.
Оказалось, что туман, который всё время едва светился, полностью исчез, а на огромной высоте возникла тёмная каменная стена, от которой свисали сталактиты, напоминающие каменные сосульки. Издалека было видно, что в некоторых местах на ней бурно росли мхи и лианы.
Они оказались за пределами зоны, покрытой влиянием Врат Бездны, — и наконец официально вступили в подземный мир первого слоя.
К счастью, многие деревья на поверхности — не то чтобы из-за долгого пребывания во тьме — сами по себе излучали слабое мерцание, а кроме того, на земле встречались какие-то неизвестные минералы, которые тоже в большей или меньшей степени светились.
Таким образом, подземный мир совсем уж чёрным не был — издалека всё ещё можно было различить немало предметов.
Однако ощущение было совершенно иным — вокруг стало заметно холоднее и мрачнее.
К тому же время от времени сюда налетали порывы чёрного тумана и ледяного ветра, от чего по коже пробегал нервный озноб.
Но это было ещё не самое главное: вскоре после того как они влетели в эту мрачную область, Хань Ли почувствовал, что его духовное восприятие подавлено — он мог простирать его лишь на несколько десятков чжан за пределы тела.
Это было результатом того, что он культивировал Великое Искусство Даря — его духовное восприятие далеко превосходило таковое у обычных культиваторов стадии Преображения Духа. Что касается Бай Би и Лэй Лань, их духовное восприятие могло простираться лишь на несколько чжан за пределы тела — и это было бы уже хорошо.
Размышляя об этом, Хань Ли обрушил поток духовного восприятия назад — и действительно ощутил, что лица двух Святых Сынов позади него потемнели.
Впрочем, троих это не сильно удивило.
О подавлении духовного восприятия Старейшины клана Тяньпэнов предупредили их ещё при отъезде из Священного Города.
Это касалось не только чужеземных врывателей вроде них — с тем же самым сталкивались и тёмные монстры, обитающие в самой Бездне. Разница была лишь в том, что монстры, прожившие здесь долгие века, давно привыкли к таким условиям, тогда как для впервые попавших сюда представителей Племени Летящих Духов это было крайне непривычно, и все их боевые приёмы и способности значительно утрачивали в эффективности.
Хань Ли к этому относился совершенно безразлично. С подавлением духовного восприятия он сталкивался уже не раз — в таких условиях ему было хорошо знакомо, как действовать.
Пролетев так ещё несколько часов, Хань Ли вдруг нахмурился, поднял одну руку и быстрыми движениями пальца несколько раз ткнул в воздух, указывая на несколько лунных камней, вращавшихся перед ним.
Раздался ряд звонких хлопков — лунные камни один за другим лопнули и рассыпались в ничто.
Хань Ли погасил вокруг себя голубое сияние и тоже остановился.
Ближайшее окружение мгновенно размылось, и даже чёрный ветер, дувший отовсюду, стал казаться ещё холоднее.
Бай Би и Лэй Лань инстинктивно тоже остановились, но были явно озадачены.
Лэй Лань выглядела особенно удивлённой и как раз собиралась что-то спросить, когда вокруг послышался едва слышный гул, который быстро нарастал. Со всех сторон внезапно возникло бесчисленное множество зелёных огоньков, стремительно приближавшихся к ним.
«Теневые паучьи шершни!» — Лэй Лань сначала вздрогнула, но тут же выкрикнула название.
Услышав это, Бай Би тоже изменился в лице.
«Верно, это низшие демонические шершни, пожалуй, самый неприятный вид среди всех низших тварей Бездны. Они предпочитают нападать на любые движущиеся светящиеся объекты,» — невозмутимо произнёс Хань Ли, обведя взглядом окрестности.
На самом деле даже без слов Хань Ли Лэй Лань и Бай Би уже разглядели, что представляли собой эти зелёные огоньки.
В зелёных световых шарах находились странные насекомые величиной с ноготь большого пальца: передняя часть их тела была похожа на паучью, а задняя заканчивалась ядовитым жалом. Тела их были изумрудно-зелёными с жёлтыми кольцеобразными полосами и выглядели чрезвычайно свирепыми и отвратительными.
Судя по бесчисленным, сплошной стеной приближавшимся издалека огонькам, их было не менее десяти тысяч.
Поражающее количество!
Даже такие начинающие Духовные Полководцы, как Бай Би и Лэй Лань, серьёзно сосредоточились.
Впрочем, дело было не в том, что они по-настоящему боялись этих жалких шершней, — проблема была в том, что при столь огромном количестве, даже уничтожив их все, они немало израсходуют своих духовных сил. А ведь они всё ещё находились в первом слое и продвинулись лишь на два дня пути — естественно, они не хотели ввязываться в лишний бой.
Однако вид этих шершней, надвигавшихся воинственной толпой, ясно говорил — их не так просто будет отогнать.
Лэй Лань и Бай Би, не имея другого выбора, тоже были вынуждены приготовиться к бою.
Одна из них раскрыла пару крыльев — по серебряным крыльям забегали тонкие серебряные дуги, — другая сложила руки в печать, и вокруг её тела начали появляться и исчезать тонкие нити бледно-золотистого сияния — какая именно это была способность, оставалось неизвестным.
Хань Ли бросил на них боковой взгляд, ничего не говоря, и, открыв рот, выплюнул шар серебряного пламени.
Мерцнув один раз, шар огня превратился в серебряную огненную птицу размером с кулак.