Наньгун Лунцзянь шёл впереди, ведя их в самую глубь Чёрной Горы Пурпурного Пламени.
Хоть Чу Фэн и был Мастером Духовного Мира драконьего ранга с императорским одеянием, он всё же ощущал могучее давление, шедшее откуда-то из глубин подземелья. Чем дальше в горы он проникал, тем тяжелее это давление становилось.
Наконец Наньгун Лунцзянь остановился и спустился вниз, к входу в скальную пещеру.
Едва ступив внутрь, Чу Фэн ощутил необычный аромат. Уже по одному этому запаху он смог определить, что здесь кто-то использует особую формацию в сочетании с травами и редчайшими природными сокровищами для закалки тела.
В этот момент Чу Фэн поспешил перевести взгляд на Бессмертного Ло Паня и обнаружил, что тот тоже смотрит на него. По его взгляду Чу Фэн сразу понял — Бессмертный Ло Пань тоже осознал то же самое.
«Старший Лунцзянь, позвольте спросить — кто тот человек, кто закаливает своё тело в глубине этой пещеры? Связано ли наше присутствие здесь с ним?» — спросил Чу Фэн.
«Вот это Мастер Духовного Мира драконьего ранга с императорским одеянием! По одним лишь запахам трав уже сумел сделать вывод.» Наньгун Лунцзянь с нескрываемым уважением посмотрел на Чу Фэна. Если бы Бессмертный Ло Пань догадался — это не удивило бы его, но Чу Фэн, такой молодой, тоже оказался настолько проницателен — тут уж приходилось отдать должное.
Это говорило о том, что Чу Фэн не просто носил звание Мастера Духовного Мира драконьего ранга с императорским одеянием, но и действительно обладал соответствующим мастерством.
«Невольно верится Су Янь и Жо Чэнь, которые так горячо тебя мне рекомендовали — ведь тогда ты ещё был лишь Мастером Духовного Мира змеиного ранга с императорским одеянием.»
«Но теперь, глядя на тебя, я вижу — они действительно не ошиблись в тебе,» — продолжил Наньгун Лунцзянь.
«Не Жо Чэнь ли это?» — спросил Чу Фэн.
«Именно моя дочь Бай Жо Чэнь,» — кивнул Наньгун Лунцзянь. — «Проходи внутрь. Жо Чэнь всё тебе расскажет.»
«Бессмертный Ло Пань, а с тобой... мне лучше поговорить лично,» — обратился Наньгун Лунцзянь к Бессмертному Ло Паню.
«Хорошо,» — с улыбкой кивнул Бессмертный Ло Пань.
Чу Фэн направился прямо вглубь пещеры. Добравшись до самого конца, он прошёл сквозь барьерную стену, и за ней перед ним открылись формация и два женских силуэта.
Одна — изящная красавица зрелого возраста, вторая — несравненная красавица, подобная лотосу, расцветшему среди льда.
Это были не кто иные, как мать Бай Жо Чэнь — Бай Су Янь, и... сама Бай Жо Чэнь.
Обе, похоже, уже давно ждали Чу Фэна, и потому Бай Жо Чэнь не погружалась в формацию для закалки тела, а стояла там, полностью одетая.
В этот момент Чу Фэн заметил, что Бай Жо Чэнь продвинулась очень далеко — она уже была полуимператором третьего ранга.
Что касается Бай Су Янь — той самой женщины, которая когда-то казалась Чу Фэну столь могущественной, почти непостижимой, — он теперь мог разглядеть её уровень одним взглядом.
Оказалось, Бай Су Янь была полуимператором восьмого ранга, но это был её нынешний уровень. Во времена на Горе Цинму она, вероятно, была лишь полуимператором седьмого ранга.
Однако времена изменились. Теперь Чу Фэн не просто превзошёл Бай Су Янь по уровню культивации — его истинная боевая сила была несравнимо выше.
«Чу Фэн!»
Бай Жо Чэнь, не сдержав восторга, подбежала к Чу Фэну. На её обычно холодном личике расцвела редкая, сладкая улыбка. Бай Жо Чэнь улыбалась нечасто, но когда улыбалась — была невероятно красива.
«Жо Чэнь, Госпожа Бай.» Чу Фэн тоже был очень рад — старые друзья, как тут не порадоваться.
«В тот раз в Союзной области мы расстались так быстро. Ты был ещё учеником, изгнанным с Горы Цинму, а ныне — один из самых влиятельных людей на Священной Земле Боевого Пути.»
«Скажи мне честно — тот страшный злой дух Асура в тот день в Наньгунском Императорском клане — ты действительно выпустил его?» — с серьёзным лицом спросила Бай Су Янь. Бай Жо Чэнь тоже с любопытством смотрела на Чу Фэна.
«Да,» — кивнул Чу Фэн.
«Ну ты даёшь... Ты и вправду превзошёл все мои ожидания.» Бай Су Янь невольно вспомнила тот день, когда Наньгун Лунцзянь сразился с тем злым духом Асура. Хотя Наньгун Лунцзянь и прогнал призрака, сам получил ранения.
«Я, Бай Су Янь, за всю жизнь ни перед кем не склоняла головы, но ты, малыш, действительно заставил меня преклониться — и по праву.»
На лице Бай Су Янь было написано искреннее удивление.