В этот момент Чу Фэн закрыл глаза и направил своё сознание в собственный ментальный мир.
Он стоял в Пространстве Духовного Мира, лицом к лицу с Дэндань, и спросил:
— Дэндань, эти ледяные и огненные шарики и впрямь так могущественны, как говорит мой брат-обезьяна?
— Я не Мастер Духовного Мира и не обладаю Ментальной силой, так что не могу разведать, насколько могущественна скрытая в этих шариках сила. Но чувствую, что они не так просты, как кажутся.
— А тот маленький обезьяний демон — Мастер Духовного Мира в фиолетовом одеянии, и его Ментальная сила уже весьма внушительна. Раз он так говорит, значит, оба шарика наверняка не просты. Ведь хозяин этой Императорской Гробницы — существо необычайное. Как могли быть слабыми вещи, которые он оставил после себя? — сказала Дэндань.
— Тогда я понимаю. — Произнеся это, Чу Фэн мысленно вернул своё сознание в физическое тело. Он открыл глаза и произнёс: — Прошу всех присутствующих отойти отсюда и выйти наружу.
— Потому что при любых обстоятельствах я, Чу Фэн, спасу Су Жу и Су Мэй. Даже если остаётся лишь тень надежды, даже если ценой провала может стать весь этот континент — я должен спасти их.
— Это…
Услышав это, все присутствующие переглянулись — особенно те, кто раньше уговаривал Чу Фэна отказаться от Су Жу и Су Мэй. Их лица были исполнены сложных чувств, но в итоге ни один человек не выбрал уйти — все продолжали стоять на месте, не сдвинувшись ни на шаг.
— Братец Чу Фэн, я, Чу Вэй, действительно трус и жалею о своей жизни, но я уважаю твоё решение и считаю тебя братом. Поэтому, будет ли это победа или поражение, я останусь рядом с тобой и разделю с тобой и жизнь, и смерть, — сказал Чу Вэй.
— Чу Вэй прав. Чу Фэн, действуй как считаешь нужным. Как бы всё ни закончилось, мы все тебя поддержим.
— Верно, младший брат Чу Фэн! Мы живём благодаря тебе. Как мы можем бросить тебя в такой момент?
— Младший брат Чу Фэн, моя сила невелика и я мало чем могу тебе помочь, но я буду поддерживать тебя всем сердцем. Я не уйду отсюда.
Однако Чу Фэн был удивлён — когда он наконец принял своё решение, все — и те, кто раньше уговаривал его спасти Су Жу и Су Мэй, и те, кто склонял его отказаться от них — теперь единодушно поддерживали его выбор.
Нельзя не сказать, что перед лицом такой бескорыстной поддержки — когда все были готовы жизнью своей рискнуть — сердце Чу Фэна согрелось. Ведь это значило, что он не зря считал этих людей семьёй и не зря жертвовал ради них.
Хоть некоторые из них и боялись смерти, хоть некоторые и были эгоистичны — все они были людьми, достойными его доверия. Все они были способны в решительный момент встать за него.
— Бум!
Но в этот самый момент раздался оглушительный грохот. Ледяная сила и пламя, запертые в барьере, прорвались сквозь барьерный массив и хлынули наружу. Синий холод и красное пламя переплелись, образовав волну жара и холода, что обрушилась во все стороны.
— Все немедленно выходите! Чем дальше — тем лучше!
Увидев это, Демон-Король обезьян громогласно выдохнул, и одновременно его руки стали сменяться одна за другой, высекая одну за другой причудливые мудры. Массивный фиолетовый барьер хлынул из его тела, подобно приливу, и сумел запечатать ледяную силу с пламенем.
— Брат-обезьяна, я останусь и помогу тебе, — сказал Чу Фэн.
— Я тоже останусь, — сказала Цзы Лин.
— Невозможно! Сила барьера, которой вы двое владеете, никак мне не поможет. Вы лишь помешаете. Быстро — вон! Все вон! Иначе я не смогу действовать на полную мощь, и эти шарики подавят меня. — В этот момент лицо Демон-Короля обезьян было уже покрыто потом, а в его кроваво-красных глазах мелькнул оттенок страха.
— Это… — В этот момент все опешили. Они не знали, стоит ли уходить, и потому все взгляды обратились к Чу Фэну.