Лао Цзе Кэ был явно очень терпелив к Тан Саню. В его глазах самым разумным ребёнком во всей деревне был именно этот мальчик перед ним. Трудно было представить, как такой отец мог иметь столь послушного сына.
— Великий Мастер Души — это звание определённого ранга. Мастер Души — самая почитаемая профессия на всей Душе Земле. Они могут быть могучими воинами или обладать выдающимися вспомогательными способностями. Но какой бы ни был Мастер Души, его ранг определяется единой системой званий.
— У каждого Мастера Души есть своя Сила Души. В зависимости от её уровня существует десять званий. Каждое звание делится на десять подуровней. Новички, только вступившие на путь, называются Учениками Души. Как только Боевая Душа пробуждается, каждый становится Учеником Души. Если Боевая Душа пригодна для культивации и Сила Души достигает одиннадцатого уровня, человек переходит к следующему званию — Мастеру Души. А Великий Мастер Души — уже третье звание в общей последовательности. Достигнув уровня Великого Мастера Души, можно считаться вполне сильным Мастером Души. Вот десять званий в целом.
— Ученик Души, Мастер Души, Великий Мастер Души, Достопочтенный Души, Пращур Души, Король Души, Император Души, Святой Души, Душа Дулоу и Титулованный Дулоу. Название нашей Души Земли произошло именно от этого. По преданию, Титулованные Дулоу, достигшие девяностого уровня и выше, могут сами избрать себе титул. Они — просто воплощение непобедимости!
Глаза его сверкнули гордостью. — Сто лет назад в нашей Деревне Святая Душа даже появился Святой Души — носитель восьмого звания! Во всём Городе Нуодин, да и во всей Провинции Фаснуо, подобное — чрезвычайная редкость.
Тан Хао, стоявший рядом, презрительно скривил губы. — Лао Цзе Кэ, это лишь легенда.
Как будто задели больное место — Лао Цзе Кэ пришёл в ярость: — Какая легенда! Легенды берут начало в реальных событиях. Тан Хао, ты в деревне уже шесть лет и должен понимать, какое место занимает тот Святой Души в наших сердцах. Если ещё раз услышу, как ты позоришь Святого Души, я выгоню тебя из деревни! Если бы не ради Сяо Саня, ты думаешь, я бы добровольно приходил в твою собачью конуру?
Тан Хао разозлиться не стал — продолжал стучать молотом по сельскохозяйственному инструменту, словно не услышал слов Цзе Кэ.
Цзе Кэ сердито посмотрел на него и лишь после этого обратился к Тан Саню: — Впредь не повторяй ошибок своего отца. Ладно, я ухожу. Через три дня я за тобой приду.
Сказав это, Лао Цзе Кэ в запале покинул кузницу.
— Отец, — позвал Тан Сань.
— М-м? — Тан Хао холодно взглянул на него. Увидев в глазах отца холод, Тан Сань был вынужден проглотать то, что хотел сказать. Опустив голову, он вернулся в свою комнату и возобновил работу над теми десятью тысячами ударов.
Ночь опустилась. Поужинав, Тан Хао вытер рот и привычно потянулся к выходу. Для него это было рутиной — выйти выпить самого дешёвого пива.
— Отец, подождите. — Тан Сань не успел убрать посуду со стола, но успел окликнуть Тан Хао.
— Чего? — Тан Хао нетерпеливо взглянул на него. Хотя Тан Хао никогда не бил Тан Саня, мальчик почему-то всегда испытывал перед отцом некоторый страх. Даже для человека, живущего уже во второй жизни, это чувство было невозможно изменить.
— Те десять тысяч ударов я закончил, — сказал Тан Сань.
— Да? — Взгляд Тан Хао, казалось, стал чуть ярче. — Покажи.
— Хорошо. — Тан Сань быстро побежал в свою комнату и вскоре вернулся, неся кусок железа.
Кусок был весь чёрный. Хотя форма его была неровной, каждое сечение выглядело удивительно гладким, с едва заметным тёмным отблеском внутри. Кусок был примерно в четыре раза меньше первоначального слитка. Тан Сань использовал Навык Мистического Неба, чтобы удержать его, иначе обращаться с ним было бы тяжело.
Тан Хао взял чёрный кусок в руки и внимательно осмотрел его. — Теперь понимаешь, что я имел в виду?
Тан Сань кивнул. — Сто ударов превращают железо в сталь. Даже самый низкосортный металл, проходя через бесконечную проковку и очистку, превращается в качественный материал. Отец, вы хотели объяснить мне именно этот принцип?
Тан Хао обнаружил, что за эти дни его сын преподнёс ему немало сюрпризов. Он вернул железо мальчику. — Тогда продолжай. Когда выкуешь его до размеров кулака — приноси, посмотрю. Сказав это, он развернулся и вышел из дома.
Согласно его первоначальному слову, после десяти тысяч ударов по железу он должен был обучить Тан Саня кузнечному делу. Но теперь он, казалось, не сдержал обещания. Однако Тан Сань не обратил на это внимания — он думал о словах Тан Хао.
«До размеров кулака?» Этот кусок железа действительно можно довести до таких размеров? Хотя он и был в четыре раза меньше первоначального объёма, Тан Сань прекрасно понимал, что с каждой проковкой плотность железа возрастает, и уменьшить объём становится всё труднее. Довести его до размеров кулака — это определённо не десять тысяч ударов.
Сто ударов превращают железо в сталь, а что же даст десять тысяч? В глазах Тан Саня мелькнул яркий блеск. Он чуть сместил ступни, и его гибкое тело легко проскользнуло обратно в комнату. Вскоре в кузнице снова раздался знакомый звон молота.
Три дня пролетели быстро. Каждое утро Тан Сань по-прежнему поднимался на гору для своих ежедневных занятий. Вернувшись домой, помимо приготовления пищи, он занимался ковкой. Похоже, он настроился серьёзно потягаться с тем слитком железа. С каждым днём скорость его ударов возрастала. Навык Мистического Неба помогал ему быстро восстанавливать силы, позволяя поддерживать непрерывный процесс ковки.
— Сяо Сань, дедушка пришёл за тобой. — Лао Цзе Кэ вовремя явился к кузнице. Возможно, из-за неприязни к Тан Хао, он на этот раз даже не зашёл внутрь, а позвал Тан Саня с улицы.
Тан Сань посмотрел на отца, который только что позавтракал. Тан Хао холодно сказал: — Иди. Только не опоздай к обеду.
(Глава окончена)