Ё
вернулась к работе на том же участке, где трудилась и
Маомао
. Это было сравнительно загруженное отделение, где работало много военных чиновников, но для Ё, повидавшей куда более суровые места, умеренная занятость, похоже, действовала успокаивающе. Если подумать, что
старый
медчиновник вернул её именно сюда, предвидя это, — поистине, годы дают свой опыт.
А поскольку
Яо
,
Яньянь
и
Чанша
работают неподалёку, ад под названием
разговоров о любви
наверняка продлится ещё какое-то время. Покидая общежитие, Яо выглядела усталой и в то же время смущённой. А Яньянь выглядела так, словно за один день потеряла половину своего веса.
(Судя по этому, видимо, прозвучали какие-то положительные высказывания о
Рахане
.)
«Что же в нём хорошего?» — искренне недоумевала Маомао, провожая их взглядом.
Характер у Чанши такой, что симпатии и антипатии у неё выражены чётко, так что хорошо, что на этот раз совместимость оказалась относительно неплохой, думала Маомао. В иных случаях это могло бы привести к непоправимой трещине.
(И правда хорошо.)
Маомао думала об этом снова и снова. Если считать, что яд порой становится лекарством, то Чанша, похоже, удачно подошла на роль особого средства для Яо и Яньянь.
И всё же нельзя было не подумать, что среди придворных дам, помогающих медчиновникам, у каждой яркая индивидуальность. Конечно, они собрались здесь не случайно: сначала экзамен сдают только чудаки, готовые помогать медчиновникам, затем слабых отсеивают Яо и сами медчиновники, и в итоге остаются только толстокожие — это вполне естественно.
А если сказать, что Яньянь, оказавшаяся из-за этого в затруднительном положении, в каком-то смысле забавна, — это, наверное, говорит о дурном характере.
— Госпожа Маомао, так ли я веду журнал?
— Думаю, проблем нет.
В зависимости от отделения начальство разное, и порядки слегка отличаются. Ё, учитывая это, спрашивает Маомао по каждой мелочи. Это хлопотно, но как первоначальный подход — совершенно правильный.
А поскольку, когда появляется молодая девушка, военные чиновники подходят с похотливыми ухмылками, Маомао, скрежеща зубами, отпугивает их. Само собой, она поговорила с крепко сбитым медчиновником
Ли
и старшим коллегой-«гавкуном», чтобы к Ё не липли странные насекомые, — отпугивание насекомых поставлено основательно.
Но всё же находятся глупцы, которые подходят.
— Слушай, слушай, а какая обстановка была там, где оспа?
Не считаясь с обстановкой, подходит находящийся в разгаре штрафных вычетов из жалованья
Тэнъю
. Он специально пробирается мимо своего заклятого врага — медчиновника Ли с его кулаками.
— А умерших вскрывали?
— Не только поверхность кожи, но и внутри всё распухает?
— Лопаются?
Он до последнего ставит на первое место своё любопытство и заговаривает с Ё, поэтому Маомао потихоньку позвала медчиновника Ли, и тот обрушил на Тэнъю свой сокрушительный кулак.
— Можешь не отвечать.
Если неудачно вскрывать трупы умерших от оспы, заражение будет страшным. Даже если человек уже однажды переболел оспой, нельзя категорически утверждать, что он не заразится повторно.
— Хорошо.
Ё сильная. Как-никак она два года служила в Императорском гареме. С таким, как Тэнъю, она справится не моргнув глазом.
— На самом деле, говорят, что несколько тел всё же вскрывали.
— …Правда?
Неожиданный ответ удивил Маомао.
— Тело первого умершего ребёнка…
— И что же?
Ё качает головой.
— Похоже, ничего особенного не нашли. Я и сама не в том положении, чтобы глубоко в это вникать.
— Вот как.
Видимо, у медчиновника, проводившего вскрытие, были свои сомнения, потому он и решился. Должно быть, его волновало, как произошло заражение.
(Откуда же действительно произошло заражение?)
С чувством неприятного осадка Маомао продолжает работу.
Однако этот неприятный вопрос разрешился неожиданно быстро.
По окончании работы её вызвал медчиновник
Лю
. Он вызвал Маомао с серьёзным выражением лица, и она невольно напряглась.
(Неужели я что-то натворила?)
Вызов был рассчитан так, чтобы Ё уже ушла.
— Я хочу ещё раз спросить, можно ли доверять человеку по имени
Кэйо
.
— …Что касается медицинских знаний, то они безупречны, как, полагаю, вам и самому известно, медчиновник Лю.
— Да. Это я понимаю. Но есть кое-что, что меня беспокоит.
У медчиновника Лю суровое лицо.
— Я слышал, что Ё близка с Кэйо.
— Да.
Иначе говоря, есть нечто, о чём он не может говорить с Ё, и хочет уточнить у Маомао.
— Кэйо что-то натворил?
— Ты слышала о первом заразившемся в деревне, где случилась оспа?
— Ребёнок, путь заражения которого до сих пор неясен. И только что в разговоре с Ё она сказала, что даже вскрытие ничего не показало.
Похоже, есть факты, о которых Ё не сообщили.
— Вскрытие кое-что показало. У ребёнка были раны от лезвия. Подробностей выяснить не удалось, так как и сам он, и его семья уже мертвы, но по рассказам жителей деревни, когда он отправился в дальнюю поездку, на него напал уличный убийца. По их словам, было ещё несколько подобных случаев, нескольких детей порезали. Но преступника не нашли.
— Уличный убийца? Раз дальняя поездка, то, может быть…
— Да. Это случилось, когда он отправился в другой город. И эти порезы — лишь поверхностные раны на коже, лёгкие.
Маомао поняла, что хочет сказать медчиновник Лю.
— Если что-то заметила, скажи. Из-за наставлений
Лоумэна
ты, должно быть, не можешь так просто выпалить, что думаешь. Сейчас я хочу услышать даже самые пустые предположения.
Медчиновник Лю побуждает Маомао высказаться.
— Целью уличного убийцы было ввести детям гной оспы. Был ли это эксперимент или попытка обработать детей, чтобы они не заболели оспой, — неясно. Но Ё в прошлом была намеренно заражена оспой Кэйо, и в результате обрела сопротивляемость к этой болезни. Медчиновник Лю, вы хотите сказать, что причиной нынешней вспышки оспы является Кэйо?
— Утверждать наверняка нельзя, но такая вероятность есть. Поскольку детей выбирали наугад, заразить надёжно не удалось — и лишь один действительно заболел оспой. Болезнь у него протекла тяжело, он заразил других, и так пришли к нынешней ситуации. Есть противоречия?
Всё верно. Однако и у Маомао есть свои соображения.
— Где появлялся этот уличный убийца?
— Карту читать умеешь?
— Да.
Медчиновник Лю достаёт карту. Он специально уточнил, потому что есть немало людей, которые карт никогда и не видели.
Медчиновник Лю проводит указательным пальцем от столицы на северо-запад.
— Вот здесь. Расстояние — дня три пешком.
Маомао, прикинув, что это около тридцати ли, проверила название одного из главных городов, изображённых на карте.
— Этот человек по имени Кэйо имел договор приходить в аптеку в квартале цветов на несколько дней в месяц. Обычно он должен находиться в этой деревне. Там, где он останавливается, есть один старик — стоит проверить у него.
Деревня, где находился Кэйо, — это та самая деревня, куда Маомао ездит покупать травы, которые сама вырастить не может. От столицы она не так уж далеко, так что от места, где появился уличный убийца, до неё тоже идти пешком дня три.
— Значит, по твоему мнению, Кэйо можно исключить из числа подозреваемых.
— Да. Полагаю, вероятность крайне мала.
— Основания?
— Теоретически это не невозможно, но я не понимаю причины специально выбирать место в трёх днях пути пешком. Если это эксперимент, то некая нечистая совесть могла бы подталкивать проводить его в дальнем городе — это я понимаю, но одновременно ему нужно следить за развитием событий. С быстроходной лошадью время можно сократить, но не похоже, что у этого Кэйо есть средства, чтобы позволить себе быстроходную лошадь.
Медчиновник Лю молча слушает Маомао.
— К тому же, если это процедура для предотвращения оспы у детей, её можно было бы провести и поближе. Главное — он лучше всех должен понимать опасность, поэтому я не думаю, что он стал бы делать это там, где не сможет за всем уследить.
Медчиновник Лю задумчиво поглаживает подбородок.
— В общих чертах понятно. Тогда давай изменим предпосылку.
— Предпосылку?
— А что, если это не эксперимент и не процедура, а нечто, сделанное со злым умыслом?
— Со злым умыслом.
На слове «злой умысел» Маомао запинается.
Человеческий злой умысел страшен. Ведь, даже зная, что сам останется в проигрыше, человек делает это, лишь бы причинить вред другому. В этом нет никакого расчёта выгоды и потерь.
Когда-то злой умысел, угнездившийся в Императорском гареме, привёл к мятежу. И как расплату за это один род был полностью истреблён.
— Можешь ли ты понять, человек ли Кэйо со злым умыслом?
— Не могу. Но на данный момент моё восприятие таково, что со мной он держится наравне.
Кэйо в денежных расчётах с Маомао хоть и придирчив, но не пытается заломить непомерную цену. К Маомао, маленькой и к тому же женщине, часто относятся как к низшей, и если так рассудить, то по сравнению с другими он не такой уж плохой человек — таково мнение Маомао.
Тем не менее, это субъективное мнение Маомао, и утверждать наверняка она не может.
Маомао думает, что строгость медчиновника Лю в этом вопросе, возможно, идёт из его опыта странствий по западным землям вместе с Лоумэном.
Чем действовать на эмоциях, лучше рационально просчитывать все возможные варианты — на такого начальника можно положиться.
(Не суди субъективно. Имей объективный взгляд.)
И ещё больше, чем у Маомао, субъективности в восприятии этого вопроса у Ё. Поэтому медчиновник Лю и вызвал Маомао, обходя Ё. И правду о вскрытии скрывал, наверное, по той же причине.
— Ё об этом говорить не стоит, верно?
— Сама понимаешь, без слов.
— Это для надёжности.
Маомао вздохнула с облегчением, что её не отругали, но в уголке души осталось что-то тяжёлое, словно осадок.
— Ещё одно дело.
— …Что же?
Может, всё-таки натворила что-то такое, за что будут ругать? — нервно реагирует Маомао. Но ведь правда, правда же она ничего такого не делала…
Лицо медчиновника Лю было очень суровым.
— Я хочу, чтобы ты регулярно проверяла самочувствие лунного князя.
— …А я подойду для этого?
Есть много других, гораздо более талантливых медчиновников. Маомао же и медчиновником не является.
— Это же не осмотр.
Но всё же у медчиновника Лю недовольное лицо. Стало понятно, что это не его собственное решение — отправлять Маомао пытается кто-то по нажиму извне.
В голову мгновенно пришло лицо
Сузумэ
, но у самой Сузумэ такой власти нет. По-видимому, отдать подобное распоряжение могут только люди с очень высокого положения — таких, что меньше пяти на пальцах одной руки, — а Сузумэ способна разве что нашептать.
— Слушаюсь.
Маомао склонила голову перед медчиновником Лю.